Суд, который ужесточает обвинительное заключение прокуроров. Суд, который не заботит его собственная репутация и который возводит абсурд в свой принцип. Суд, который отражает суть Системы. Суд, который становится способом осуществления личной мести «национального лидера», волею случая выброшенного наверх и не собирающегося оттуда уходить. Это и есть суд над Михаилом Ходорковским и Платоном Лебедевым.

27 декабря судья Виктор Данилкин начал зачитывать обвинительный приговор, который оказывается даже более жестким, чем обвинение прокуроров. Этого и следовало ожидать. Неужели суд, который является частью исполнительной «вертикали», признáет, что эта «вертикаль» — в лице Владимира Путина, заявившего еще до суда о виновности Ходорковского, — неправа?

Суд над Ходорковским и Лебедевым имеет немало измерений — человеческое, социально-экономическое и, наконец, политическое. Долгое и упорное преследование властью двух человек, длящееся с 2003 года, продемонстрировало накал и драматизм страстей: со стороны правящей команды и ее лидера — озлобленность, мстительность и страх перед расплатой, с другой стороны — упорство в сохранении человеческого достоинства и воли. Этот процесс стал развилкой в развитии России, подтвердив осознанный разворот Кремля в сторону бюрократического капитализма и репрессивного государства. Этот процесс дал понять, что либерализация российской системы при нынешней власти невозможна. Этот процесс стал доказательством беспомощности президента Медведева и свидетельством его незавидной роли — роли прикрытия, позволяющего порядком осточертевшему всем (и даже элите!) «национальному лидеру» оставаться у власти.

При решении вопроса о том, куда движется Россия и какова суть ее системы, не нужно никаких дополнительных доказательств и аргументов. Суд над Ходорковским — это и показатель движения России в тупик, и подтверждение персоналистского характера российской власти, которая последние два года усиленно пыталась надеть человеческую маску.

Конечно, кремлевская игра продолжается. Игра состоит и в том, что обвинительный приговор зачитывается в период рождественских праздников на Западе и в канун Нового года в России. Расчет Кремля — в том, что политическая жизнь замрет недели на две — на три, а когда она активизируется вновь, Ходорковский перестанет быть новостью. Игра заключается и в том, что обвинительный приговор должен дать Медведеву возможность попытаться сохранить лицо и смягчить приговор (как это сделал Путин в прошлый раз) — скажем, на год. Правда, еще неясно, разрешит ли Путин своей тени реализовать эту возможность.

Но что это меняет в траектории движения России и судьбах самых известных российских заключенных, которых власть сделала самыми известными политическими узниками?

Обвинительный приговор оказывается для многих некомфортным. В России этот приговор затрудняет сохранение лица тем представителям элиты, которые доказывают, что медведевская Россия меняется к лучшему и что сам президент имеет «реформаторский потенциал». Этот приговор оказывается некомфортным для западных правительств, которые начали процесс «перезагрузки» с Россией, обосновывая его надеждами на ее либерализацию. Как теперь российским «адаптантам» сохранить репутацию, находясь внутри репрессивной системы? Как теперь западным лидерам оправдывать свои объятия с Медведевым? Наверняка все они сегодня думают: «Черт побери! Ну разве не мог Путин просто освободить этих ребят? И он бы решил свою имиджевую проблему, и нам всем было бы легче вести свои дела».

Все дело в том, что Путин и его команда, включая и Медведева, просто не могут освободить Ходорковского. Они сделали его «системным фактором». Ходорковский в тюрьме — это подтверждение преемственности курса, всевластия Путина и его команды и их стремления не упускать власть ни при каких обстоятельствах. Освобождение Ходорковского в этой ситуации было бы равнозначно для этой власти самоубийству. А к самоубийству, тем более в предвыборный период, она не готова. Наоборот: она готовится к неограниченному по времени правлению.

Так что следите за делом Ходорковского и Лебедева — оно вам даст больше информации о России, устойчивости ее власти и настроениях в ее элите и ее обществе, чем все другие обстоятельства. Дело Ходорковского — это синтетический критерий российской реальности.

А что же сам Ходорковский? Благодаря усилиям Кремля и своему собственному выбору он превратился в политическую и моральную альтернативу российской власти. А этого власть не прощает.