Содержание

Руководство Российской Федерации уже несколько лет уделяет пристальное внимание технологиям искусственного интеллекта (ИИ). В частности, президент России Владимир Путин неоднократно заявлял о том, что лидер в сфере ИИ станет «властелином мира». Тем не менее вплоть до последнего времени Россия оставалась едва ли не последней из крупных стран, не имеющих собственной стратегии развития технологий ИИ.

Ситуация изменилась в октябре 2019 года, когда была утверждена «Национальная стратегия развития искусственного интеллекта на период до 2030 года» (далее — Стратегия). Созданию этого документа предшествовала длительная общественная дискуссия, как на официальных, так и на экспертных площадках. В частности, одним из главных «моторов» написания стратегии стал президент и председатель правления ПАО «Сбербанк» Герман Греф. Сбербанк является разработчиком «дорожной карты» развития ИИ в России. Именно Сбербанк сыграл роль координатора в создании российской стратегии развития технологий ИИ, которая в значительной степени получилась корпоративной: в написании документа также участвовали представители «Яндекса», Mail.ru Group и «Газпром нефти».

Николай Маркоткин
Эксперт Российского совета по международным делам.
More >

Те же компании вместе с примкнувшими к ним ПАО «МТС» и Российским фондом прямых инвестиций (РФПИ) сформировали альянс по развитию ИИ (AI-Russia Alliance), который будет продвигать российские технологии на основе ИИ. Соглашение о создании альянса было подписано 9 ноября 2019 года на конференции AI Journey, в которой принял участие Владимир Путин. Предполагается, что новое объединение будет лоббировать:

  1. упрощение внедрения технологий ИИ;
  2. участие бизнеса в разработке а) нормативной базы для беспилотного транспорта, б) законодательства в области промышленных и персональных данных.

По мнению участников альянса, эти меры должны ускорить развитие технологий ИИ в России. Кроме того, предполагается, что данное объединение будет координировать усилия бизнеса и научного сообщества, с тем чтобы достичь целей, заложенных в Национальной стратегии по развитию ИИ. Таким образом, можно говорить о том, что развитие в России технологий ИИ в ближайшие годы будет иметь четкий коммерческий вектор. При этом его драйверами выступят не столько стартапы, сколько крупные IT-компании.

Для руководства страны высокий приоритет развития ИИ определяется значительным, по российским меркам, финансированием отраслевых проектов. Отдельного упоминания заслуживает применение ИИ в военной промышленности — сфере, где позиции России традиционно прочны.

Елена Черненко
Журналист, сотрудник ИД «Коммерсантъ»

Тем не менее заявленная в российской стратегии амбициозная цель — стать одним из лидеров развития ИИ — представляется труднодостижимой из-за существующего отставания от ведущих технологических держав и ряда фундаментальных факторов, таких как малый объем рынка венчурных инвестиций. Более вероятен сценарий успешного развития отдельных направлений использования технологий ИИ, где возможно локальное лидерство России.

На международной арене Россия выступает против запрета смертоносных автономных систем (САС) и военного использования ИИ, однако участвует в диалоге с другими странами и игроками и поддерживает выработку четких универсальных правил и этических норм.

Приоритеты России в сфере ИИ

Национальная стратегия определяет две реперных точки развития ИИ в России — 2024 и 2030 годы. Предполагается, что к первой дате страна значительно улучшит позиции в этой сфере, а к 2030 году ликвидирует отставание от развитых стран и добьется мирового лидерства в отдельных направлениях, связанных с ИИ. При этом, согласно документу, ключевые приоритеты развития ИИ в России соотносятся с Национальными целями и стратегическими задачами развития РФ на период до 2024 года (так называемыми майскими указами Владимира Путина 2018 года). Среди приоритетов можно выделить следующие:

  • ускорение технологического развития РФ, увеличение количества организаций, осуществляющих технологические инновации, до 50% от их общего числа;
  • обеспечение ускоренного внедрения цифровых технологий в экономику и социальную сферу;
  • создание в базовых отраслях экономики, прежде всего в обрабатывающей промышленности и агропромышленном комплексе, высокопроизводительного экспортно ориентированного сектора, развивающегося на основе современных технологий и обеспеченного высококвалифицированными кадрами.

Непосредственно в Стратегии также описаны фундаментальные цели развития ИИ в России: «Обеспечение роста благосостояния и качества жизни ее населения, обеспечение национальной безопасности и правопорядка, достижение устойчивой конкурентоспособности российской экономики, в том числе лидирующих позиций в мире в области искусственного интеллекта».

Для выполнения указанных целей Стратегия предусматривает ряд приоритетных областей развития ИИ, которые можно условно разделить на две группы: экономические и социальные.

К экономическим целям относятся:

  • повышение эффективности процессов планирования и прогнозирования,
  • автоматизация рутинных операций,
  • использование автономных устройств,
  • повышение безопасности труда,
  • повышение лояльности потребителей,
  • оптимизация подбора и обучения кадров.

Среди социальных целей:

  • повышение качества услуг в сфере здравоохранения и образования;
  • повышение качества государственных и муниципальных услуг, снижение затрат на их предоставление.

Стратегия также обозначает ряд задач, которые необходимо решить для успешного развития технологий ИИ в России:

  • создание высокопроизводительных рабочих мест;
  • обеспечение конкурентоспособных условий труда для специалистов в сфере ИИ;
  • привлечение специалистов из-за рубежа;
  • поддержка экспорта продуктов и услуг, созданных с использованием ИИ;
  • создание стимулов для развития корпоративной науки и исследований;
  • формирование комплексной системы безопасности при создании, развитии, внедрении и использовании технологий ИИ.

В Стратегии обозначены и критерии успешности политики по развитию технологий ИИ в России:

  • увеличение числа компаний и организаций, разрабатывающих технологические решения на основе ИИ и при этом относящихся к мировым лидерам отрасли;
  • рост числа отечественных патентов в сфере ИИ, применяемых в промышленности;
  • увеличение числа государственных органов и общественных организаций, использующих технологии ИИ.

Последний «критерий успешности» увязывает документ с политикой цифровизации государственных услуг.

Значительное внимание в Стратегии уделено поддержке научных исследований со стороны как государства, так и частных инвесторов. К 2024 году должна существенно повыситься цитируемость российских ученых в сфере ИИ, а также количество зарегистрированных ими патентов и разработанных прикладных технологических решений. Кроме того, предполагается ревизия существующего нормативного регулирования для упрощения разработки технологий ИИ и внедрения решений на их основе (включая беспилотный транспорт). Документ акцентирует необходимость международного сотрудничества России по вопросам стандартизации и сертификации продуктов, созданных на основе ИИ.

Стратегия подчеркивает значимость подготовки специалистов в области ИИ. Помимо уже упомянутого привлечения кадров из-за рубежа, документ предлагает внедрить образовательные модули, связанные  с ИИ, на всех уровнях образования, создать соответствующие программы повышения квалификации и профессиональной переподготовки кадров. Подчеркивается необходимость повышения качества математического и естественно-научного образования, интеграция его с социально-гуманитарным. Согласно Стратегии к 2024 году в России должно значительно вырасти количество специалистов по ИИ, а к 2030-му в российских вузах должны появиться программы мирового уровня, которые позволят восполнить дефицит кадров.

Российская стратегия также уделяет внимание разработке и развитию отечественного программного обеспечения с использованием ИИ, созданию открытых библиотек ИИ, повышению доступности и качества данных и аппаратного обеспечения для решения задач в области ИИ.

Стоит отдельно отметить, что военные цели обозначены в документе исключительно в рамках «обеспечения национальной безопасности». Сама же Стратегия имеет явный уклон в сторону коммерческого использования ИИ.

Оценки текущего развития ИИ в России

В отличие от Китая и США, Россия не является глобальным лидером в области технологий ИИ. Хотя в Стратегии заявлено, что «Российская Федерация обладает существенным потенциалом для того, чтобы стать одним из международных лидеров в развитии и использовании технологий искусственного интеллекта», достижение этой цели в краткосрочной и среднесрочной перспективе маловероятно. Тем не менее действительно существуют определенные сферы разработки и применения ИИ, где Россия имеет хороший задел и может преуспеть.

Заметим, что определить место России в гонке технологий ИИ не так просто, поскольку существующие международные рейтинги используют разную методологию. Во многих из них Россия отсутствует в принципе, что объяснимо: вплоть до ноября 2019 года у страны не было официальной стратегии развития ИИ.

К примеру, Government Artificial Intelligence Readiness Index 2019 от Oxford Insights поместил Россию на 29-е место из 194 между Исландией и Португалией по готовности правительства к использованию потенциала ИИ. Однако и признанный лидер развития ИИ Китай занимает в этом рейтинге лишь 20-е место, что объясняется особенностью методологии расчета (Китай отсутствует в индексе открытости данных OKFN Open Data Index, который учитывается в рейтинге).

В другом рейтинге, The Global AI Index, рассчитанном сайтом Tortoise Media, положение России еще хуже — 33-е место из 54. При этом крайне низко оценено коммерческое развитие ИИ в России, что вызывает определенные вопросы, учитывая, что в стране есть такие крупные технологические компании, как «Яндекс», Mail.ru Group и ПАО «Сбербанк» (рейтинг учитывает преимущественно стартапы). Одновременно Россия занимает 11-е место по показателю регулирования и общественного восприятия ИИ.

Таким образом, чтобы лучше понять уровень, на котором находятся эти технологии в России, имеет смысл посмотреть на отдельные показатели технологического развития, связанные с ИИ. К примеру, по количеству суперкомпьютеров, входящих в топ-500 мощнейших в мире, Россия в общемировом рейтинге находится сегодня на 15-м месте, между Саудовской Аравией и Южной Кореей. В то же время в ее распоряжении всего три подобных суперкомпьютера. Для сравнения, в Китае их 228, в США — 117, в Японии — 29.

Другой важный индикатор — количество научных публикаций по ИИ. Согласно рейтингу Scientific Journal Rankings, Россия по этому показателю находится на 31-м месте, между Австрией и Израилем, что представляется несколько заниженной оценкой. В то же время, если брать только 2018 год (последний, по которому доступна статистика), положение РФ выглядит чуть лучше — 22-е место.

При этом у России довольно хорошо обстоит дело с образованием в сфере компьютерных наук, к которым относится и машинное обучение. 16 российских университетов с данной специальностью попали в число 684 лучших вузов по версии World University Rankings 2019. Правда, в первой сотне оказались всего два отечественных университета — ИТМО и МГУ им. М. В. Ломоносова. Даже Московский физико-технический институт (МФТИ) расположился между 101-м и 125-м местами.

Один из ключевых показателей развитости ИИ в той или иной стране — количество стартапов, занимающихся развитием данных технологий. Согласно оценке компании TRACXN, в настоящее время в России насчитывается 168 стартапов в сфере ИИ. Для сравнения, TRACXN насчитали 6903 стартапа, связанных с ИИ, в США и 1013 в Китае. Надо отметить, что эти оценки несколько завышены, поскольку в списки «стартапов» включены крупные компании с 20- и 30-тилетней историей (например, в российском списке фигурирует ABBYY). Тем не менее они дают возможность оценить общую картину развитости рынков венчурных инвестиций в сфере ИИ.

Отчасти небольшое количество стартапов в сфере ИИ объясняется тем, что в России в этой отрасли доминируют уже устоявшиеся компании. Такая особенность отличает ее от большинства других развитых технологических держав. Согласно проекту «Карта искусственного интеллекта России», всего в России насчитывается 400 компаний, занимающихся разработкой в сфере ИИ.

Следовательно, можно заметить, что, несмотря на отдельные относительно развитые направления, Россия в настоящий момент далека от лидерства в сфере ИИ. Сергей Карелов, основатель и главный технический директор компании Witology, председатель Лиги независимых IT-экспертов, на основе анализа приведенных выше показателей определил место России в Cambrian AI Index1 как 14-е из 14 возможных. По оценке эксперта, уровень развития технологий ИИ в России приблизительно равен уровню Франции и Финляндии, однако для РФ характерна недостаточно развитая ИКТ-инфраструктура.

Применение ИИ в военной сфере

Говоря об уровне развития ИИ в России, необходимо сделать одну важную оговорку: по понятным причинам международные рейтинги не учитывают военные разработки. Между тем многие десятилетия именно военная наука и оборонная промышленность были локомотивами российского технологического развития. Особую роль военных в развитии российских технологий ИИ отмечают и некоторые международные эксперты. К примеру, профессор политологии Пенсильванского университета Майкл Горовиц высказывал мнение, что Россия и Китай способны бросить вызов военному превосходству США за счет применения ИИ.

В силу закрытого характера данных о военных разработках, достаточно трудно оценить уровень использования в них технологий ИИ. Тем не менее некоторые выводы можно сделать на основании публичных заявлений российских официальных лиц. Как представители Министерства обороны РФ, так и руководство России неоднократно подчеркивали, что в арсенале Вооруженных сил РФ имеется целая линейка вооружения, основанного на разработках в сфере ИИ. Это касается, например, беспилотников, истребителей, подводных роботов.

В частности, 1 марта 2018 года в Послании Президента РФ Федеральному Собранию Владимир Путин заявил, что в России разработан глубоководный беспилотный аппарат, способный двигаться с практически неограниченной дальностью и нести ядерный боеприпас. Предполагается, что такие автономные устройства, получившие название «Посейдон», поступят на вооружение Военно-морского флота РФ до 2027 года.

В марте 2018 года министр обороны РФ Сергей Шойгу призвал военных и гражданских ученых объединить усилия для разработки технологий ИИ, «развитие которых необходимо для парирования возможных угроз в области технологической и экономической безопасности России». Эти слова прозвучали на первой конференции «Искусственный интеллект: проблемы и пути решения», организованной на площадке Министерства обороны РФ по инициативе Российской академии наук при содействии Министерства образования и науки РФ. Разработки Минобороны России в сфере ИИ курирует Главное управление научно-исследовательской деятельности и технологического сопровождения передовых технологий. Оценить вложения России в развитие ИИ военного применения сложно. Но можно сделать приблизительный обзор связанных с Минобороны России структур, которые занимаются этой тематикой.

Представители государственной корпорации «Ростех» заявляли, что целый ряд ее дочерних компаний разрабатывают вооружения с использованием ИИ. Среди них концерны «Калашников» и «Техмаш», НПО «Высокоточные комплексы», АО «ЦНИИточмаш». В частности, элементы ИИ уже несколько лет используются в реактивных системах залпового огня, производимых «Техмашем». Выступая на итоговой коллегии Минобороны России в декабре 2019 года, Владимир Путин заявил, что: «Действовавшие ранее образцы вооружения и техники в Воздушнокосмических силах, ВМФ, в других видах и родах войск последовательно заменяются на современные, в том числе основанные на цифровых технологиях и искусственном интеллекте. Активно внедряются, осваиваются в ходе боевой учебы роботизированные комплексы и беспилотные аппараты, что в разы повышает возможности частей и подразделений».

Новые образцы российской военной техники активно тестируются в ходе сирийской кампании. Еще в 2016 году Минобороны России заявляло об использовании беспилотных летательных аппаратов (БПЛА) для контроля за соблюдением перемирия. В последующие годы в сирийском небе были замечены не только серийные модели БПЛА, такие как «Орлан-10» и «Форпост», но и опытные образцы, например средневысотный БПЛА большой продолжительности полета «Орион», потенциально способный нести вооружение. Автономные летательные аппараты — одно из наиболее перспективных направлений для внедрения и военного использования ИИ.

Точное количество беспилотных летательных аппаратов в арсенале российской армии неизвестно, однако в 2018 году начальник Управления строительства и развития системы применения беспилотных летательных аппаратов Генерального штаба Вооруженных сил Российской Федерации генерал-майор Александр Новиков оценил его более чем в 1,9 тыс. единиц. С тех пор их численность, вероятно, лишь возросла. В августе 2019-го Минобороны России опубликовало видео первого полета тяжелого ударного БПЛА С-70 «Охотник», разработанного ОКБ им. П. О. Сухого. Предполагается, что «Охотник» способен нести вооружение и поражать цели в воздухе и на земле.

В апреле 2020 года стало известно, что Минобороны России объявило о проведении закрытого конкурса на выполнение научно-исследовательской работы «Исследования по созданию экспериментального образца комплекса разработки, обучения и реализации глубоких нейронных сетей для нового поколения военных систем с искусственным интеллектом» (шифр «Каштан»). Изначальная (максимальная) цена контракта составила 387 млн 751 тыс. руб. В IV квартале 2020 года в Анапе планируется завершить строительство военного технополиса «Эра», специализирующегося на робототехнике, ИИ, информационной безопасности и суперкомпьютерах.

Резюмируя, отметим, что военное направление является одним из наиболее сильных с точки зрения развития технологий ИИ в России. Достижения российской армии в этой сфере признает и западное экспертное сообщество. К примеру, по мнению Роджера Макдермонта из Jamestown Foundation, новые российские системы боевого управления с использованием ИИ, продемонстрированные во время командно-штабных учений «Центр-2019», по скорости принятия решений могут дать ВС РФ стратегическое преимущество над войсками НАТО.

Инструменты поддержки и потенциал развития

Согласно проекту «дорожной карты» по развитию технологий ИИ, подготовленной Сбербанком в рамках контракта с правительством, на развитие ИИ в России до 2024 года планируется потратить 244 млрд руб. Интересно, что в более ранней версии «дорожной карты», опубликованной на сайте Министерства цифрового развития, связи и массовых коммуникаций РФ, предлагалось потратить на развитие ИИ 392 млрд руб., из которых 335 млрд руб. должно было прийтись на внебюджетные источники.

Кроме того, предлагается создать новый федеральный проект «Искусственный интеллект» в рамках нацпрограммы «Цифровая экономика» («дорожная карта» относится к другому федеральному проекту «Цифровой экономики» — «Цифровые технологии») с предполагаемым объемом затрат в 120 млрд руб. Отметим, что федеральный проект «Искусственный интеллект» также разработан Сбербанком. Планируется, что его будет курировать Министерство экономического развития РФ. Таким образом, в настоящее время существует путаница как в инструментах развития ИИ в России, так и в объеме средств, которые планируется потратить.

Возьмем за основу последний из опубликованных бюджетов «дорожной карты» — 244 млрд руб. Согласно информации в СМИ, значительную долю из указанных средств планирует вложить непосредственно Сбербанк. Организация готова инвестировать чуть менее половины суммы — 112 млрд руб. На федеральный бюджет приходится 91 млрд руб. В финансировании развития ИИ готов также принять участие РФПИ.

В ноябре 2019 года РФПИ сообщил, что привлек 2 млрд долларов от российских и международных партнеров для инвестиций в российские компании, использующие ИИ. Предполагается, что фонд займется также выводом этих компаний на международные рынки. По информации СМИ, часть средств фонда будет инвестирована в создаваемый Институт перспективных исследований проблем искусственного интеллекта и интеллектуальных систем на базе МГУ им. М. В. Ломоносова, который возглавит генеральный директор фонда «Национальное интеллектуальное развитие» Катерина Тихонова. РФПИ является индустриальным партнером данного института.

Для российской науки подобный объем инвестируемых средств уникален. Однако насколько он велик в мировом масштабе? Конечно, эта сумма весьма далека от расходов лидеров технологической гонки в сфере ИИ. Китай ежегодно инвестирует десятки миллиардов долларов в ИИ, в том числе на уровне регионов. К примеру, только один Пекин собирается вложить 2,1 млрд долларов в технопарк, который будет специализироваться на ИИ, а в планах Тяньцзиня — создать фонд по развитию ИИ объемом 16 млрд долларов. В свою очередь, правительство США планирует потратить в 2020 году 4,9 млрд долларов на исследования в сфере ИИ. Еще больший объем американских инвестиций в сферу ИИ приходится на венчурных инвесторов — только в 2018 году они вложили в ИИ-стартапы более 8 млрд долларов.

Тем не менее бюджет российской «дорожной карты» вполне сравним с расходами других технологически продвинутых стран на развитие ИИ. К примеру, Великобритания в 2018 году анонсировала намерение вложить 1 млрд фунтов (1,3 млрд долларов) в развитие ИИ. Германия планирует инвестировать в ИИ 3 млрд евро (3,3 млрд долларов) до 2025 года. Предполагается, что подобную сумму также вложат частные инвесторы.

Правительство России и российские технологические гиганты предпринимают значительные усилия, чтобы сократить разрыв в развитии ИИ со странами-лидерами. К примеру, в феврале 2020 года Владимир Путин поддержал идею создания сети суперкомпьютеров и вычислительных центров второго уровня в крупных городах по всей территории страны.

В этой сфере России уже удалось достичь значительного прогресса. В конце 2018 года в Сколковском институте науки и технологий (Сколтех) был запущен первый в России петафлопсный энергоэффективный суперкомпьютер «Жорес». Он специально предназначен для решения задач машинного обучения и моделирования, основанного на данных. В ближайшем будущем предполагается увеличение его мощностей до 2–3 петафлопс в секунду, что позволит ему войти в топ-500 суперкомпьютеров мира. Год спустя свой суперкомпьютер «Кристофари» запустил Сбербанк. Специально созданный для работы с алгоритмами ИИ, этот компьютер имеет эффективную производительность порядка 6,7 петафлопс в секунду, что делает его самым мощным в России и 29-м по мощности в мире.

Значительные объемы средств Сбербанка и РФПИ предполагается вложить в разработку российского программного обеспечения. Кроме того, в планах государства развитие системы грантов, дополнительного образования в сфере ИИ, введение обучения работе с ИИ в школьную программу. В результате предполагается, что количество публикаций российских специалистов на конференциях в области ИИ высшего уровня вырастет с 30 в 2018 году до 500 в 2030-м. За аналогичный период количество специалистов в области ИИ, подготовленных по программам высшего и дополнительного образования, должно вырасти с 650 до 6000 человек.

Одним из конкурентных преимуществ России является готовность отечественного бизнеса применять на практике технологии ИИ. Так, компания Microsoft назвала Россию мировым лидером по активному внедрению ИИ в бизнес-сферу. Согласно результатам исследования, 30% российских компаний активно внедряют ИИ, что является самым высоким показателем из всех стран — участниц опроса (средний уровень составил 22,3%).

Российские компании активно участвуют и в разработке технологий ИИ. К примеру, именно российский бизнес стал локомотивом развития беспилотного транспорта. Хотя в рейтинге готовности к беспилотникам позиции России пока достаточно слабые (22-е из 25 мест в 2019 году), эта сфера применения ИИ активно развивается в РФ. Соответствующие разработки ведет целый ряд компаний и организаций — «Яндекс», «КАМАЗ», НПО «СтарЛайн», институт НАМИ, Московский автомобильно-дорожный университет (МАДИ).

С 2019 года беспилотные автомобили в тестовом режиме курсируют по дорогам Москвы и Татарстана. В марте 2020-го эксперимент был расширен еще на 11 регионов: Санкт-Петербург и Ленинградскую область, Подмосковье, Краснодарский край, Ханты-Мансийский и Ямало-Ненецкий автономные округа, Чувашию, Владимирскую, Нижегородскую, Новгородскую и Самарскую области. В конце февраля 2020 года в Государственную Думу был внесен законопроект об использовании автономных автомобилей на дорогах общего пользования. Кроме того, в марте текущего года НП «ГЛОНАСС», в которое входят «Яндекс», «Ростелеком», «МТС» и другие компании, направило письма в МИД, Минтранс и Минюст России с просьбой приостановить в России действие отдельных положений Венской конвенции о дорожном движении, которые затрудняют внедрение беспилотного автомобильного транспорта. В случае окончательной легализации использования автономных автомобилей российская индустрия беспилотников получит значительные стимулы для развития.

Таким образом, можно отметить, что в России идет ускорение темпов развития технологий ИИ. Во многом оно объясняется повышенным вниманием к отрасли руководства России и крупных технологических корпораций. И хотя государственные вложения и гранты не могут служить полноценной заменой венчурным инвестициям, у России действительно есть шанс существенно улучшить свои позиции в гонке ИИ.

Цель стать одним из мировых лидеров представляется на сегодня малореалистичной. Однако при грамотной государственной политике и использовании своих преимуществ Россия вполне способна успешно развивать ИИ и даже добиться научно-технологических прорывов по определенным направлениям.

Россия и международное сотрудничество в сфере ИИ

Россия считает преждевременным обсуждать на международном уровне ограничения в сфере военного применения ИИ, объясняя это отсутствием общепринятой терминологии, а главное — самих смертоносных автономных систем (САС). Частично подобная позиция объясняется тем, что Россия рассматривает себя как одного из лидеров развития ИИ и робототехники. Схожей политики в отношении САС придерживаются многие страны, имеющие успешные разработки в сфере автономных устройств: США, Израиль, Великобритания и другие.

Главной международной площадкой для регулирования сферы ИИ сегодня служит ООН, где с 2017 года специально созданная группа правительственных экспертов (ГПЭ) обсуждает тематику САС в контексте Конвенции о «негуманном» оружии. В свое время из обсуждений в подобном формате рождались запреты кассетных боеприпасов, напалма, ослепляющих лазеров и противопехотных мин. Со стороны России в работе ГПЭ ООН участвуют представители МИД, Минобороны и Минэкономразвития.

Ряд стран — на сегодняшний день их 30 — настаивают на принятии ограничений по разработке и применению САС. Согласно официальной позиции России, Москва «исходит из того, что работа по выработке рабочего определения и базовых функций во многом должна выстраиваться исходя из конечной цели дискуссии по проблематике САС — изучение возможностей наиболее адекватного использования данного вида оружия в будущем и поддержания над ним должного уровня контроля со стороны человека». При этом, по мнению российской стороны, формы и методы такого контроля должны оставаться на усмотрение государств. Стоить отметить, что Россия не отказывается от работы в рамках ГПЭ и выдвигает предложения по выработке рабочего определения перспективных САС с продвинутым уровнем ИИ.

Российские официальные лица подчеркивают, что работа ГПЭ не должна нарушать «баланс между гуманитарными озабоченностями и интересами оборонной безопасности» государств. Под «гуманитарными озабоченностями», в частности, подразумевается призыв запретить «роботов-убийц» (Campaign to Stop Killer Robots): с 2017 года под соответствующей инициативой подписались более 26 лауреатов Нобелевской премии мира, более 160 религиозных лидеров и несколько тысяч специалистов по ИИ. Наибольшую известность получило адресованное генеральному секретарю ООН обращение Илона Маска, Билла Гейтса, Стивена Хокинга, Ника Бострома и ряда других известных предпринимателей и ученых.

Другой значимой международной площадкой, где обсуждаются вопросы, связанные с ИИ, стало ЮНЕСКО. С марта 2020 года в организации работает экспертная группа, которой предстоит выработать рекомендации по этическим принципам разработки и использования ИИ. Созданию группы предшествовало решение, принятое на последней сессии Генеральной конференции ЮНЕСКО в ноябре 2019 года: разработать первый глобальный нормативный документ по данному вопросу.

От России в работе этой группы участвует директор Центра по научным и инженерным вычислительным технологиям для задач с большими массивами данных Сколтеха (CDISE) профессор Максим Федоров. Предполагается, что группа будет работать до августа 2020 года. К этому моменту она должна выработать международно применимые рекомендации по формированию этических принципов разработки и использования ИИ.

Позицию российского экспертного сообщества по этому вопросу призван консолидировать комитет по вопросам искусственного интеллекта при Комиссии РФ по делам ЮНЕСКО. Его председателем был избран ректор Сколтеха академик РАН Александр Кулешов. На первом заседании комитета обсуждались расхождения в мировом понимании этики ИИ, которые предстоит преодолеть. В частности, Максим Федоров заявил, что необходимо «перейти от полярности к международному взаимодействию».

В целом можно говорить о том, что Россия настроена на развитие международного сотрудничества в сфере ИИ и выступает за выработку универсальных этических и правовых норм. Позиция Москвы по вопросам возможного запрета САС объясняется ее попытками лоббировать интересы своей оборонной промышленности и соответствует линии поведения большинства стран — производителей беспилотников.

На сегодняшний день Россию трудно отнести к лидерам «гонки искусственного интеллекта». Даже если развитие ИИ станет высшим приоритетом национального развития, шансы Москвы догнать Вашингтон и Пекин фактически равны нулю. Тем не менее грамотная инвестиционная политика и использование конкурентных преимуществ, таких как высокий уровень компьютерных специалистов и наличие крупных отечественных IT-компаний, способны дать результат в среднесрочной и долгосрочной перспективе. Традиционно позиции России особенно сильны в военной сфере, однако вполне возможно успешное развитие и других отраслей применения ИИ. При благоприятном стечении обстоятельств России вполне по силам стать крупным игроком в сфере ИИ и даже добиться локального лидерства по некоторым направлениям.

Примечания

1 Методика данного рейтинга, основанного преимущественно на количественных показателях, разработана Cambrian Group по заказу Фонда Конрада Аденауэра.