

Избрание президентом США бизнесмена, неопытного в вопросах мировой политики, вроде бы дает Китаю шанс упрочить позиции в Азии. Но из Пекина ситуация выглядит по-другому. Там еще не решили, что их больше беспокоит в Трампе: его антикитайская риторика, команда лютых синофобов, которая собралась вокруг нового президента, или его склонность менять позиции и вообще не слушать экспертов

Без США ТТП окажется бессмысленным, потому что американский рынок – тот приз, ради которого участники готовы принять высокие стандарты, отказаться от части суверенитета. Если доступа к крупнейшему в мире американскому рынку нет, то нет и смысла в столь высоких стандартах.

Новый президент США не будет мешать российско-японской сделке по Курилам. Путин и Абэ теперь могут договариваться без спешки.

В Японии все, что касается предстоящих переговоров Путин—Абэ, является важнейшим приоритетом внешней политики. Внезапный арест Улюкаева — одного из ключевых переговорщиков — вызвал в Токио шок.

Руководитель Азиатской программы Московского Центра Карнеги об итогах пленума ЦК Компартии Китая, антикоррупционной кампании и новом титуле Си Цзиньпина.

Хорошо или плохо то, что Си Цзиньпин хочет остаться, — это спорный вопрос. С одной стороны, он пытается побороть коррупцию и провести столь нужные стране реформы. С другой — его стремление остаться нарушит внутриэлитный баланс и вызовет активное сопротивление внутрипартийной оппозиции, что разбалансирует систему сверху.

Игра, которую затевает Си Цзиньпин, очень рискованна, в том числе для него лично. Еще больше рисков она таит для системы. Пытаясь спасти ее, Си рискует разрушить тот хрупкий баланс в элитах, который делал китайский случай столь уникальным среди однопартийных режимов.

У Китая накоплен огромный опыт переговоров по соглашениям об экономическом партнерстве, а количество закаленных в боях переговорщиков исчисляется сотнями. В Минэкономики РФ таких специалистов сейчас активно рекрутируют, но пока их можно пересчитать по пальцам.

Азиатская политика Москвы на многих направлениях остается противоречивой. Свежий пример – отношение Кремля к работе Восточноазиатского саммита, который глава государства игнорирует не первый раз.

Участие в ВЭФ премьера Японии и президента Южной Кореи должно символизировать успех всего курса «поворота к Азии». Москве также удалось послать сигнал Китаю, что на нем свет клином не сошелся.