Carnegie Endowment for International Peace
Россия запоздала с разворотом на Восток, придя на этот рынок последней и, в силу политической обстановки, работая теперь лишь с одним потребителем — Китаем. Однако сотрудничество с Китаем необходимо, хотя и не так выгодно, как это рисует правительственная риторика.
Отношения между Москвой и Пекином асимметричны: для РФ Китай — один из трех важнейших партнеров, а для Китая РФ имеет не такое большое значение. И в экономическом плане Китай и Россия неравнозначны. Но китайцы стараются заверить Москву, что она с ними на одной ступени, и демонстрируют ей уважение, в то время как Запад поучает Россию.
Двойной саммит в Уфе важен для Москвы в эмоциональном плане. Запад должен увидеть, что Россия и ее лидер не находятся в международной изоляции, а, напротив, председательствуют в перспективных глобальных форматах с могущественными партнерами. Тем временем, несмотря на рост формального статуса, БРИКС и особенно ШОС значат для теневого лидера, Китая, все меньше
Собираясь в Уфе на очередной саммит, лидеры БРИКС имеют довольно разные взгляды на то, зачем их страны участвуют в этой организации. Московский Центр Карнеги опросил экспертов о мотивации ключевых игроков: Бразилии, Индии, России и Китая
Россия, в отличие от Китая, не стремится прояснить для себя ситуацию с договором о Транстихоокеанском партнерстве (ТТП), который, похоже, скоро будет подписан в США. В итоге российским игрокам, видимо, придется приспосабливаться к абсолютно новым правилам игры в регионе, при этом практически не разбираясь в том, что такое ТТП.
Российские банкиры сделали слишком мало для того, чтобы стать своими на китайском финансовом рынке.
Планы сдать в аренду Китаю 115 тысяч га в Забайкалье заставили многих в России заволноваться насчет китайской колонизации. Но опыт других стран показывает, что бояться здесь надо скорее не китайцев, а российских чиновников
Если Китай и Россия смогут соблюдать принятые на себя обязательства по вопросу координации Евразийского Союза и китайского «Экономического пояса Шелкового пути», это будет означать не только более тесное партнерство между Москвой и Пекином, но и превращение Китая — при поддержке России — в настоящую евразийскую державу.
Юань постепенно двигается к тому, чтобы стать полноценной мировой валютой, и Россия также участвует в планомерном восхождении юаня к новому статусу.
Несмотря на официальный разворот в сторону Азии, Россия до сих пор не сформулировала никакой ясной позиции по основным проблемам региона, продолжая твердить своим азиатским партнерам про Украину и угрозу «цветных революций»
