

Путин и Кремль, похоже, сделали ставку на победу Путина в первом туре выборов. Эта тактика предполагает избавление от всех соперников, которые могут «отщипнуть» симпатии избирателей от путинской базы. Прохоров же как кандидат в президенты нужен Кремлю — он легитимирует выборы в глазах либералов и Запада, в то же время не отбирая избирателей у Путина: его аудитория — другая.

Россия находится в «серой», неопределенной цивилизационной зоне между двумя опасными векторами: один из них — путь к национальному государству, другой — сохранение страны в нынешнем аморфном состоянии с имперскими замашками. Судьба новой России как цивилизации также зависит от того, как будет решен вопрос десталинизации.

«Программная» статья Владимира Путина в газете «Известия» — элемент предвыборной демагогии. Статья появилась, так как Путин понимает, что после протестов ситуация в стране изменилась, и обеспокоен этим; в то же время он не способен выйти за пределы старых представлений. Путин — заложник своего режима, который не допускает послаблений и конкуренции.

Владимир Путин опубликовал в газете «Известия» статью, которую он, видимо, рассматривает в качестве своей президентской программы. Однако эта программа рассчитана только на пассивную публику, не сопоставляющую кремлевскую риторику с реальностью. И для самого Путина, скорее всего, неважно, верят ли люди в его программу, поскольку результат президентских выборов уже известен.

Конституция РФ узаконила властную монополию нынешней верхушки и систему президентского единовластия. Поэтому требуется изменение конституции и установление в стране полупрезидентской модели, в которой полномочия президента сбалансированы с полномочиями парламента. Идею конституционной реформы надо перевести в политическую повестку дня и сделать ее стратегической опорой оппозиции.

Главными итогами 2011 года для России стали исчезновение «путинского консенсуса» — отказа общества от политики и критики власти в обмен на стабильность и благосостояние, — а также начало делегитимации путинского режима в глазах передовой части российского общества. Это только первый акт будущей драмы.

И Запад, находящийся в состоянии кризиса идей, и сами россияне оказались не готовы к подъему общественного недовольства в стране. Российская власть не намерена уходить и занята сохранением самой себя, пытаясь умаслить протестующих. Оппозиция может упустить свой шанс, поэтому сейчас она должна предложить реальную альтернативу.

Требование свободных и честных выборов ничего не изменит и, более того, может стать способом легитимации и сохранения режима. Нужно требовать ликвидации монополии на власть, для чего необходима конституционная реформа.

Заставить российскую власть пойти на диалог с обществом может только давление общества. Но, чтобы это давление было конструктивным и ненасильственным, нужна консолидация демократических сил самого широкого спектра. Если оппозиция не консолидируется и упустит сегодняшний исторический момент, завтра этой оппозиции не станет, а новый момент еще очень долго не наступит.

Протесты против нечестных выборов показали: новая Россия — как оппозиция путинскому режиму — возникла раньше, чем можно было надеяться. Это прежде всего молодежь крупных городов, не имеющая гена страха. Однако пока протесты не привели к смене системы.