На XVII саммите Шанхайской организации сотрудничества (ШОС) в Астане в число участников этой организации официально вошли Индия и Пакистан. Если добавить сюда основателей ШОС – Китай и Россию, то получится, что в организацию теперь входят ключевые державы континентальной Евразии. Но превратит ли это ШОС в важную площадку для координации интересов великих держав на евразийском пространстве? Или организация, наоборот, рухнет под грузом взаимного недоверия? Эксперты Фонда Карнеги объясняют, как будущее ШОС сегодня видится в Москве, Нью-Дели и Пекине
Не до конца пережитые фобии по поводу роста китайского влияния в Центральной Азии привели к тому, что Москва сама превратила ШОС, призванную устанавливать устраивающие всех правила в центре Евразии, в бесполезную бюрократическую организацию. В итоге Пекин теперь не связан никакими институциональными нормами и может развивать отношения со странами региона без оглядки на Москву
Проходящий в Петербурге международный экономический форум вряд ли стоит воспринимать как площадку, на которой можно понять, что намерены делать российские власти в сфере экономики. Зато состав иностранных гостей форума может служить прекрасным индикатором того, с кем из внешних партнеров у российского бизнеса получается строить отношения, а с кем — не очень.
В обозримое время Россия не станет объектом китайской военной экспансии. Хотя в Китае помнят о территориальном споре с островами, но есть некий общественный сентимент, что когда-то эти земли были китайскими.
Надеяться на магию Шелкового пути, как показали три года, бесполезно – он пока никуда не ведет. Все низко висящие экономические плоды политической дружбы с Пекином были собраны с момента присоединения Крыма. Теперь нужны годы упорной работы по укреплению институтов, пробиванию нетарифных барьеров на рынке КНР и созданию позитивной репутации России у китайских инвесторов.
Саммит Шелкового пути вроде бы давал уникальную возможность подтолкнуть зависшие проекты. Однако первые же попытки прощупать китайцев окончились неудачей: они сразу дали понять, что никакой халявы по случаю саммита не предвидится.
Нет никаких признаков того, что Китай воспринял действия американцев близко к сердцу. Наоборот, от втягивания США и России в конфликт на Ближнем Востоке Пекин только выиграет.
На Си Цзиньпина импульсивная демонстрация силы вряд ли произведет впечатление, особенно с учетом того, что никакие китайские интересы, в отличие от российских, ударом по Сирии не задеты. Наоборот, решительная военная акция, за которой не стоит долгосрочной стратегии, лишь подтвердит эмоциональность и импульсивность его визави, а этому лучше всего противодействовать методичной командной работой