Никита Смагин

  • Как Иран использует свою киберармию

    • 27.11.2018
    Главная задача иранских кибервойск – послать мировым державам четкий сигнал: Тегеран не всегда способен эффективно защититься от нападений в киберпространстве, но постоянно готов ответить США или их союзникам на любые действия в свой адрес. Зная о своей неготовности бросить вызов по-настоящему развитым странам, Иран предпочитает бить по наиболее слабым местам оппонентов. По этой логике одной из самых частых целей атак становится Саудовская Аравия – главный ближневосточный партнер США, не обладающий хорошо развитой киберзащитой
  • Размывая угрозу. Чему учит Россию иранский опыт борьбы с коллективным давлением Запада

    • 25.10.2018
    Значительная часть элементов того, что раньше считалось «иранской угрозой», никуда не делась. Но образ этой угрозы уже не цельный, и позиция Запада становится менее однозначной, и санкционный фронт разваливается. Этот путь остается доступным и для российских властей
  • Эффект Трампа. К чему приведет политический кризис в Иране

    • 04.09.2018
    Выход США из ядерной сделки подталкивает Иран в сторону тяжелого политического кризиса. Иранская элита должна определиться, что для нее важнее – фракционные интересы или цельность системы. До сегодняшнего дня демократические институты в Исламской Республике позволяли населению влиять на политический процесс. Однако эта конструкция может оказаться не столь прочной, если избиратель потеряет доверие к реформаторскому движению, а ему на смену не придет новая сила, отвечающая запросам общества
Please note...

You are leaving the website for the Carnegie-Tsinghua Center for Global Policy and entering a website for another of Carnegie's global centers.

请注意...

你将离开清华—卡内基中心网站,进入卡内基其他全球中心的网站。