Carnegie Endowment for International Peace
- На связи с Карнеги
- Поиск
- Ресурсы Карнеги
Центры Карнеги в мире
Языки
Организация Варшавского договора (ОВД) была предназначена для контроля над Восточной Европой со стороны СССР и для создания буфера между СССР и НАТО. Однако после «бархатных» революций в странах Варшавского договора, а также после запуска процесса объединения Германии Договор утратил смысл. Процесс распада ОВД затормозить было нельзя.
Восстания в арабских странах в каждом случае имеют свои собственные причины, однако условия для этих выступлений созревали одновременно во многих частях мусульманского и арабского мира. Все ждали распространения волнений на остальные страны региона, но об «эффекте домино» пока говорить не приходится.
В преддверии выборов 2012 года президент хочет снизить ставку социальных взносов, которые выплачивает бизнес (сейчас это 34%). Однако данный шаг приведет к увеличению дефицита пенсионной системы, поэтому лучше не снижать ставку прямо сейчас, а заняться комплексной разработкой пенсионной реформы.
Дмитрий Медведев призвал к пересмотру основ экономики, в том числе потребовал выхода министров и вице-премьеров из советов директоров госкорпораций. Это предвыборный жест, но и серьезное заявление: наконец-то Медведев перешел от абстрактных слов к конкретной программе действий. Однако он обращается всего лишь к нескольким процентам «модернизационного» населения страны.
Россия вступила в третий цикл своей постсоветской истории. Хотя контуры этого цикла нам еще не ясны, мы уже находимся в нем, и именно его центральные сюжеты определят облик страны в финале нового десятилетия.
Опрос Левада-центра, посвященный трехлетию пребывания Медведева на посту президента, показал, что граждане видят улучшение в плане имиджа РФ на международной арене, но не в других сферах. Однако при этом важно, что именно Медведев изменил риторику и ввел в оборот такие термины, как власть закона, модернизация и т. д., пусть даже эти слова не становятся делами.
Республиканцы критикуют Обаму за недостаточную решительность и жесткость в отношении Ливии. При этом США ведут операцию против Каддафи с одобрения ООН, в коалиции с другими странами, а их миссия в Ливии является строго ограниченной. Именно такой модели поведения Москва давно добивалась от Вашингтона — и непонятно, почему сейчас она, как и республиканцы, осуждает Обаму.
Российская политическая система доведена до крайнего примитивизма и не отвечает сложностям стоящих перед страной задач. Единственным вариантом сохранения системы является ее усложнение — с восстановлением элементов политической конкуренции и федерализма.
В Ливии сильны противоречия между западной и восточной частью страны и нет единого политического пространства. Уже возникают проблемы относительно того, как оппозиция будет делить власть, и это может грозить затяжной гражданской войной. При этом Каддафи еще не свергнут, и ошибка западной коалиции — в том, что операцию против ливийского лидера надо было начинать раньше.
Для решения проблем Северного Кавказа, являющихся во многом гипертрофированными общероссийскими проблемами, необходима длительная стратегия, что потребует болезненных мер, которые могут на некоторое время дестабилизировать обстановку в регионе, но зато исправят ситуацию в целом. Однако пока Москва стремится только к внешнему спокойствию на Кавказе.
В разногласиях Путина и Медведева по поводу Ливии нет ничего необычного. Однако ситуация вокруг Ливии должна стать не толчком для диспута внутри тандема, а поводом задуматься над тем, как именно следует реагировать на массовые репрессии и геноцид внутри суверенных государств.
«Перезагрузка» между США и РФ успешно завершилась. Вектором дальнейшего развития двусторонних отношений должны быть демилитаризация (трансформация отношений остаточного соперничества и потенциальной враждебности в отношения реального партнерства) и поддержка российской модернизации.
Российская партийная система (отсутствие многопартийности и доминирование «Единой России») ведет к стагнации и все больше противоречит настроениям общества. Для реализации сценария либерализации нужно, чтобы власть осознала: нужно не игнорировать активное меньшинство и новый протест, а инкорпорировать их в политический мейнстрим.
После заключения нового Договора по СНВ дальнейший переговорный процесс между Россией и США застопорился. Во многом это связано с проблемой ПРО. Если сейчас Россия серьезно займется разработкой новой тяжелой жидкостной МБР, это станет концом проекта совместной ПРО. Более того, в случае развертывания тяжелой МБР в Штатах возникнет движение за выход из нового Договора по СНВ.
Нужен широкий диалог со всеми силами, вовлеченными в конфликты на Северном Кавказе, но оппозиционные силы в регионе очень разнообразны, и пока еще не всегда ясно, с кем этот диалог вести. При этом «арабский сценарий» здесь невозможен, хотя все устали от плохой жизни и латентной войны.
Западная коалиция нанесла удар по силам ливийского лидера Муамара Каддафи. Акция в Ливии стала прецедентом, последствия которого могут оказаться неожиданными: какие-то режимы испугаются, а кто-то, возможно, решит обезопасить себя от аналогичного вторжения путем создания оружия массового уничтожения.
Муамар Каддафи уже давно нелюбим мировым сообществом, но сейчас, с принятием резолюции 1973 Совбеза ООН, впервые зашла речь о свержении Каддафи и ликвидации его режима. Принципы невмешательства во внутренние дела государств все больше противоречат принципам защиты прав человека, и эта проблема остается нерешенной.
Вооружение России новой тяжелой межконтинентальной баллистической ракетой будет означать невозможность создания совместной ПРО в Европе: новая тяжелая ракета предполагает неудачу в переговорах по ПРО. США воспримут эту новую ракету как возвращение к «холодной войне».
В сознание людей постепенно внедряется мысль, что предстоят новые непопулярные реформы, но общество уже не хочет быть молчаливым объектом управления. Нужны площадки согласования интересов — иначе реформы натолкнутся на неприятие масс. Кроме того, нет гарантий, что новые преобразования пойдут на благо стране, а не приведут к обогащению чиновников.
Япония стала жертвой землетрясения — самого мощного за всю ее историю, и десятки стран, в том числе и Россия, уже предложили Токио помощь. Со стороны России будет правильно оказать Японии — своему близкому соседу — всю необходимую помощь, какая только потребуется. Это проявление человеческой солидарности, придающей новое качество отношениям между двумя странами.