Пандемия сильно ударила по многим аспектам российско-китайских отношений, обойдя при этом стороной торговую составляющую. Товарооборот между странами по прогнозам должен побить очередной рекорд и перевалить за $130 млрд, что во многом стало возможным благодаря осеннему энергетическому кризису в КНР. Через костяк торгового оборота стран — газопровод «Сила Сибири» — «Газпром» поставляет сегодня в Китай больше сырья, чем обещал по контракту. Более того, Москва и Пекин находятся на финальной стадии переговоров по строительству дополнительного газопровода с полуострова Ямал в Китай.

Однако до сих пор успешные российско-китайские торговые отношения скоро могут столкнуться с серьезными препятствиями. Введенные китайской стороной ограничения, связанные с пандемией, плохо сказались на положении российских экспортеров пищевых товаров: многие понесли крупные потери, некоторые пытаются заменить Китай другими рынками сбыта. А амбициозные планы КНР достичь пика по выбросам углерода в 2030-м и стать углеродно-нейтральной страной к 2060 году ставят под вопрос долгосрочные проекты в сфере энергетики с растянутым периодом окупаемости. Вместе с ростом доли Китая в международной торговле России, растет и геоэкономическое влияние Пекина на Москву. Это ставит российское руководство перед необходимостью определиться со своей долгосрочной стратегией по отношению ко все более важному и мощному партнеру.

• Каковы основные двигатели и препятствия у российско-китайских экономических отношений?
• Как сильно Китай нуждается в поставках углеводородов из России?
• Переживают ли в российском руководстве по поводу растущего китайского влияния в геоэкономике? Есть ли у Москвы какие-либо альтернативы?

Эти и другие вопросы в прямом эфире обсудили Александр Габуев, Вита Спивак и Чжоу Цзяи.