• Research
  • Experts
  • Events
Carnegie China logoCarnegie lettermark logo
{
  "authors": [
    "Оксана Мусаелян",
    "Томас де Ваал"
  ],
  "type": "legacyinthemedia",
  "centerAffiliationAll": "",
  "centers": [
    "Carnegie Endowment for International Peace",
    "Carnegie Europe",
    "Берлинский центр Карнеги"
  ],
  "collections": [],
  "englishNewsletterAll": "",
  "nonEnglishNewsletterAll": "",
  "primaryCenter": "Carnegie Europe",
  "programAffiliation": "",
  "programs": [
    "Russia and Eurasia"
  ],
  "projects": [],
  "regions": [
    "Ближний Восток",
    "Турция",
    "Россия и Кавказ",
    "Азербайджан",
    "Армения"
  ],
  "topics": [
    "Безопасность"
  ]
}
В прессе
Carnegie Europe

Турция искренне верит, что отношения с Арменией еще можно активизировать

Приостановка процесса нормализации отношений между Арменией и Турцией связана с несогласием в среде турецкой элиты и недостаточными усилиями по убеждению Азербайджана в том, что соглашение между Арменией и Турцией представляет в долгосрочной перспективе ценность для самого Баку — оно поспособствовало бы разрешению карабахского конфликта.

Link Copied
Оксана Мусаелян и Томас де Ваал
23 октября 2010 г.
Российская Федерация включила Фонд Карнеги за международный мир в список «нежелательных организаций». Если вы находитесь на территории России, пожалуйста, не размещайте публично ссылку на эту статью.

Источник: АрмИнфо

Турция искренне верит, что отношения с Арменией ещИнтервью автора ряда публикаций и книг о Кавказе, в частности, о конфликте в Карабахе «Черный сад» и «Кавказ: Введение», американского политолога, старшего эксперта по вопросам Кавказа Фонда Карнеги Томаса де Ваала (Thomas de Waal).

Недавно в Фонде Карнеги в Вашингтоне состоялись обсуждения на тему об армяно-турецких Протоколах. Что вы думаете о настоящем положении вещей в армяно-турецких отношениях? Кто виноват в приостановке процесса?

В Армении в настоящий момент присутствует негативное настроение относительно процесса армяно-турецких Протоколов и того, как они завершились после телевизионного обращения президента Армении Сержа Саргсяна в апреле. Многие в Армении заподозрили Турцию в вероломстве и в том, что, вступая в процесс нормализации отношений с Арменией, Анкара на самом деле никогда не намерена была довести процесс до конца.

Вы считаете, это неправда?

Я понимаю разочарование Армении, но считаю, что у турецкой стороны были искренние намерения, а также вера Турции в то, что процесс еще можно активизировать.

За последние несколько месяцев у меня состоялись беседы с американскими, швейцарскими, турецкими и армянскими официальными лицами, и мы сошлись во мнении, что процесс был истинный, однако были сделаны поспешные шаги, и процесс был поведен в неправильном направлении.

В чем, на Ваш взгляд, проблема?

Я думаю, существовали две главные проблемы. Прежде всего, было внутреннее несогласие в среде турецкой элиты относительно важности процесса.

Президент Турции Абдулла Гюль принял процесс как свою личную инициативу, в то время как премьер-министр Эрдоган высказывался более осторожно. Возможно, больше времени требовалось на проведение внутренних обсуждений в Турции.

Во-вторых, недостаточно было сделано усилий для убеждения Азербайджана в том, что соглашение между Арменией и Турцией – в долгосрочных интересах самого Баку.

Понятно, что, если бы открылась граница Армении с Турцией, это бы означало символическое поражение Азербайджана. Но в течение довольно короткого времени, я считаю, «разблокирование» Армении и снятие психологической нагрузки по восприятию армянами тюркских народов как врагов с обеих сторон изменило бы обстановку вокруг нагорно-карабахского конфликта и больше бы склонило к разрешению конфликта.

Вы думаете, отработка этого аргумента принесла бы положительные результаты?

Этот аргумент не был достаточно отработан с Азербайджаном, и там полагали, что их намеренно исключили из процесса, тем, к примеру, что президент Обама не пригласил президента Ильхама Алиева в Вашингтон в апреле на саммит по ядерной безопасности.

Это сказалось на том, что Баку стал активно работать и делать все, чтобы испортить процесс армяно-турецкого сближения. Я считаю, если бы госсекретарь США Хиллари Клинтон отправилась на Кавказ не в июле, а в январе, к примеру, и публично заявила в Баку, что армяно-турецкая нормализация не повредила бы Азербайджану, это могло бы остановить Баку от вмешательства в процесс.

Каков Ваш прогноз на будущее в отношениях Армении и Турции? Что может подтолкнуть стороны к сближению?

В настоящее время ситуация сложилась не лучшим образом, но очередные выборы летом будущего года предоставят хороший шанс для того, чтобы правительство Турции вернулось к обсуждению армяно-турецких Протоколов. Успех зависит от того, получит ли правящая турецкая партия Справедливости и развития большинство голосов в парламент, что кажется вполне вероятным после победы партии во время всенародного парламентского референдума в Турции. Потребуется также необходимое давление западных стран, чтобы сделать этот вопрос на фоне всех остальных вопросов внешней политики Турции приоритетным. Но это все еще возможно. Открытие границы с Арменией намного легче для Турции, чем решение ее проблем с Израилем.

Вы опубликовали новую книгу о Кавказе «Кавказ: Введение». В чем ее специфика и кто ваш читатель?

Моя книга «Кавказ: Введение» больше предназначена для западного англоговорящего читателя, чем для кавказского читателя. Она предназначена в качестве общего руководства о Южном Кавказе, его истории, политике и конфликтах. Она достаточно небольшая – около 230 страниц – и снабжена множеством карт и хронологий. Так что это действительно книга о регионе для занятого человека, у которого нет времени читать десять книжек.

Какие в ней содержатся заключения и может ли она быть полезна для принятия политических решений?

Она не предназначена в качестве «политической книги», но в ней действительно содержатся несколько заключений. Это, во-первых, то, что история обманчива, а различные интерпретации истории, существующие в отдельных странах, скорее придуманы, чем реальны. В 19-м веке при царской России, к примеру, христиане-армяне и шииты-азербайджанцы вместе сражались против турок-суннитов. В тот период самыми большими врагами грузин были турки, а абхазцев – русские. Таким образом, фактор политических обстоятельств больше способствует разжиганию вражды между людьми, чем глубокие культурные или этнические различия.

Еще одно заключение – в том, что лучшее будущее для Южного Кавказа – это интегрированный регион и транспортный узел, соединяющий Россию, Иран и Турцию, Черное и Каспийское моря. Это значит, что третьи страны должны усиленно работать над развитием региональных инициатив, а не вести сепаратную политику с правительствами Баку, Тбилиси и Еревана. В настоящий момент это утопический взгляд на вещи – с учетом вялотекущего нагорно-карабахского конфликта, но интегрированный регион – это единственная цель, к которой нужно стремиться в будущем.

Оригинал интервью

Авторы

Оксана Мусаелян
Томас де Ваал
Senior Fellow, Carnegie Europe
Томас де Ваал
БезопасностьБлижний ВостокТурцияРоссия и КавказАзербайджанАрмения

Карнеги не занимает институциональных позиций по вопросам государственной политики; изложенные здесь взгляды принадлежат автору(ам) и не обязательно отражают взгляды Карнеги, его сотрудников или попечителей.

  • Статья
    Опасность «переплетения» ядерных и неядерных вооружений: как снизить риск?

    Угроза ядерной войны нарастает, и поэтому Китай, Россия и Соединенные Штаты не должны ждать улучшения отношений, чтобы начать предпринимать соответствующие усилия по управлению новыми технологиями.

  • Отчет
    Невидимая угроза: российские и китайские эксперты о рисках непреднамеренной эскалации конфликта

    Попытки снизить риски непреднамеренной эскалации конфликта, связанные с феноменом «переплетения» ядерных и неядерных вооружений, должны начинаться с серьезного анализа этих рисков.

  • Брошюра
    Политика США на Южном Кавказе: Армения, Грузия и Азербайджан

    У США есть серьезные, но не жизненно важные интересы на Южном Кавказе: сохранение стабильности в регионе, предотвращение возобновления военных действий в зонах замороженных конфликтов, поддержка демократических преобразований и совершенствование системы государственного управления, а также интеграция Армении, Азербайджана и Грузии в мировое сообщество.

  • Комментарий
    Как XIX съезд КПК изменит Китай и его отношения с миром

    Эксперты Карнеги отвечают на вопросы, как начавшийся в Пекине XIX съезд КПК и последующие политические назначения могут повлиять на политику Китая и его роль на мировой арене

  • Комментарий
    Опасная договоренность Китая и России

    Лидеры Китая и России не всегда и не во всем соглашаются, но их усиливающиеся сотрудничество и недоверие к США — это надолго. К сожалению, американское руководство вряд ли понимает, как действовать в условиях этих новых реалий, а тем более в условиях усиливающегося соперничества между великими державами и укрепления незападных стран.

      Александр Габуев

Получайте Еще новостей и аналитики от
Carnegie China
Carnegie China logo, white
  • Research
  • About
  • Experts
  • Events
  • Contact
  • Careers
  • Privacy
  • For Media
Получайте Еще новостей и аналитики от
Carnegie China
© 2026 Carnegie Endowment for International Peace. All rights reserved.