Источник: CNN

Россия рассматривает миссию Лиги арабских государств в Сирии как способ избежать споров по вопросу резолюции Совета Безопасности ООН. Российский министр иностранных дел Сергей Лавров заявил, что если миссия может создать условия для диалога, то это может сделать резолюцию, осуждающую разгон демонстраций, ненужной. Также он настаивал на том, чтобы сирийские власти позволили иностранным наблюдателям посещать любую часть страны.

Международное сообщество долгое время спорило о том, каким образом уладить кризис в Сирии. На Западе некоторые высказывались в пользу санкций или даже интервенции, но Россия и Китай предпочитали совсем другой подход.
 
Для более подробного анализа ситуации к нам по Skype из российской столицы присоединяется Дмитрий Тренин, директор Московского Центра Карнеги. Спасибо, что присоединились к нам. Как Москва сегодня относится к тому, что происходит в Сирии? Изменилась ли ее позиция с момента начала конфликта?
 
ДМИТРИЙ ТРЕНИН, директор Московского Центра Карнеги: Москва рассматривает гражданский конфликт в Сирии иначе, чем многие на Западе. Москва считает, что обе стороны ведут себя агрессивно.
 
У России давно имеются связи с правительством Сирии, установлены также новые связи с оппозиционерами. Но Москва не верит в то, что, если перестать поддерживать сирийские власти и предоставить эту поддержку оппозиции, это станет решением конфликта.
 
Они смотрят на Ливию. Им не нравится то, что там произошло. Им не нравится, как НАТО провело операцию в Ливии. И они не хотят, чтобы ливийский сценарий повторился в Сирии.
 
CNN: Хорошо. Россия так считает, потому что после натовской интервенции в Ливии чувствует себя обойденной или даже преданной? Или Москва использует Сирию, чтобы поиграть своими дипломатическими мускулами на Ближнем Востоке? 
 
ДМИТРИЙ ТРЕНИН: Есть различные причины. У России давние и прочные связи с Дамаском, которые установились еще в начале 70-х и даже раньше. Отец Башара Асада был партнером Кремля при Советском Союзе. Речь идет о коммерческих интересах, о торговле оружием, о военно-морской базе, которую арендует Россия, о проекте АЭС в Сирии. Всё это есть, так что затронуты российские интересы.
 
Но, помимо этого, русские считают, что установление чего-то вроде бесполетной зоны в Сирии будет всего лишь приглашением к масштабному конфликту. Россия считает, что Сирия сильно отличается от Ливии, Сирия играет центральную роль на Ближнем Востоке, она находится в непосредственной близости от Израиля. Россия не хочет крупного конфликта в этом регионе.
 
CNN: Так же пытается представить ситуацию и Башар Асад: мол, он необходим для стабильности на Ближнем Востоке из-за своих связей с Ливаном и географической близости к Израилю. Однако позвольте спросить, какого развития событий в Сирии хочет Москва? Готова ли Россия работать вместе с международным сообществом, чтобы выработать общую политику по отношению к этой стране? Или она готова поддерживать Башара Асада до конца?
 
ДМИТРИЙ ТРЕНИН: Нет, я не думаю, что она будет поддерживать Башара Асада до конца. Думаю, русские хотят облегчить переговоры между сирийскими властями и оппозицией. Представители оппозиции были в Москве, Москва хочет, чтобы ведущую роль играла Лига арабских государств. Но Россия не хочет вставать на чью-то сторону. Она сама не встает ни на чью сторону и не хочет, чтобы остальные полностью поддерживали одну из сторон в Сирии и осуждали другую как виновника всех бедствий в регионе. Думаю, в этом вся разница.
 
Оригинал перевода