{
"authors": [
"Дмитрий Тренин"
],
"type": "legacyinthemedia",
"centerAffiliationAll": "",
"centers": [
"Carnegie Endowment for International Peace",
"Берлинский центр Карнеги"
],
"collections": [],
"englishNewsletterAll": "",
"nonEnglishNewsletterAll": "",
"primaryCenter": "Берлинский центр Карнеги",
"programAffiliation": "",
"programs": [],
"projects": [],
"regions": [
"Американский континент",
"Соединенные Штаты Америки",
"Россия и Кавказ",
"Россия"
],
"topics": [
"Внешняя политика США"
]
}
Решение Путина не ехать на саммит «Большой восьмерки» говорит о том, что формирование нового кабинета для него приоритетнее: это не формальность, а уравновешивание сил различных кланов, распределение денежных потоков и решение вопросов о том, кто что контролирует. Это крайне важно для стабильности в рядах российской элиты, и Путин здесь незаменим.
Источник: Foreign Policy
Автор полагает: решение Путина относительно саммита G8 было принято совсем недавно. Путин, судя по его публичным заявлениям, готов сотрудничать с США. "Выражать пренебрежение к Обаме было бы нелогично", - замечает автор. Значит, Путин передумал из-за каких-то свежих событий. Может быть, из-за уличных акций 6-7 мая в Москве? Или тому виной промедление с формированием "кабинета Медведева"? - вопрошает Тренин.
Стычки демонстрантов с полицией 6 мая вызвали новую критику Путина в западных СМИ. На пресс-конференции в Вашингтоне Путину могли бы задать неудобные вопросы. Значит, отказ посетить саммит - ответный удар со стороны Путина? "Наверняка нет: Путин перед журналистами не робеет", - полагает автор.А вот формирование нового кабинета в России оказалось отнюдь не формальностью, считает автор. По мнению Тренина, российское правительство - это коалиция "из самых могущественных кланов страны", пишет автор. "Состав кабинета - это, по сути, не столько вопросы политики как таковой, сколько вопросы о том, кому и куда текут деньги. Вопрос о том, кто что контролирует, очень важен для стабильности в рядах российской элиты", - продолжает он. По мнению Тренина, Медведев не в силах принять эти решения в одиночку. "В системе, где вместо институтов - ручное управление, Путин незаменим", - поясняет он.
Можно также предположить, что уравновесить силы кланов стало труднее. "Если Путин на 13-м году у власти находит эту задачу непростой, то будущее ручного управления не очень обнадеживает", - говорится в статье.
На взгляд Тренина, Путин откровенно ненавидит массовые международные встречи - считает их напрасной тратой времени, а на саммит G20 в Мексику поедет только ради встречи с Обамой. Тренин советует не переоценивать тот факт, что еще до встречи с Обамой Путин посетит Китай. Путин вряд ли станет создавать с Пекином "ось назло Вашингтону": возрождение китайско-советского альянса принесет обеим странам больше проблем, чем пользы, поясняет автор.
Как бы то ни было, Путину нужна встреча с Обамой, чтобы выяснить, до какой степени возможно сближение России и США в разных сферах и "много ли может сойти с рук самому Путину", по выражению автора. "Медведев проведет в Кэмп-Дэвиде всего лишь разведку", - заключает он.
Карнеги не занимает институциональных позиций по вопросам государственной политики; изложенные здесь взгляды принадлежат автору(ам) и не обязательно отражают взгляды Карнеги, его сотрудников или попечителей.
Большинство нынешних американских чиновников работают на китайском направлении лет десять, не больше. Китай для них начался с феерии пекинской Олимпиады 2008 года, а не с визита Никсона в Пекин ради того, чтобы наладить отношения с нищей и отсталой страной. И общий контекст международных отношений сегодня совсем не никсоновский
Угроза ядерной войны нарастает, и поэтому Китай, Россия и Соединенные Штаты не должны ждать улучшения отношений, чтобы начать предпринимать соответствующие усилия по управлению новыми технологиями.
Попытки снизить риски непреднамеренной эскалации конфликта, связанные с феноменом «переплетения» ядерных и неядерных вооружений, должны начинаться с серьезного анализа этих рисков.
С ростом влияния Китая, Европа стремится к взаимности и более реалистичному подходу в отношениях с восточным партнером.
У США есть серьезные, но не жизненно важные интересы на Южном Кавказе: сохранение стабильности в регионе, предотвращение возобновления военных действий в зонах замороженных конфликтов, поддержка демократических преобразований и совершенствование системы государственного управления, а также интеграция Армении, Азербайджана и Грузии в мировое сообщество.