Источник: Foreign Policy, перевод: ИноСМИ

Назначение Сьюзен Райс (Susan Rice) советником президента по национальной безопасности, а Саманты Пауэр (Samantha Power) – представителем США в ООН привлекло к себе большое внимание. Эти шаги воспринимаются как сигнал смены курса администрацией Барака Обамы в период его второго срока. Предполагается, что они отражают его личные предпочтения и устанавливают новый баланс во внешнеполитических структурах его администрации, занимающихся проблемами безопасности. Когда происходят перемены такого масштаба, иностранные государства всегда внимательно за ними следят. И хотя политика по важным вопросам определяется лично президентом, нюансы и особенности личности его сотрудников могут иметь достаточное значение, чтобы сказаться на практической стороне дипломатических отношений с другими странами, в особенности с Россией.

Политика перезагрузки отношений с Россией, которую изначально проводил Обама, была разработана Майклом Макфолом (Michael McFaul), специальным советником президента и старшим директором Совета национальной безопасности (СНБ) по России. Хотя формально Макфол подчинялся генералу Джиму Джонсу (Jim Jones), первому советнику Обамы по национальной безопасности, именно его прямое взаимодействие с президентом помогло Вашингтону выбраться из той чащи, в которую политика президента Джорджа Буша-младшего завела отношения с Россией, и добиться сотрудничества по ключевым для США политическим вопросам, связанным с Афганистаном, Ираном и ядерным разоружением.

Во время первого срока Обамы политику по России во многом направлял СНБ, а ее основным архитектором был Макфол. Это создало определенные трудности с госсекретарем: Хиллари Клинтон фактически не участвовала в разработке политики на этом направлении, и хотя она добросовестно проводила перезагрузку в жизнь, ее сердце никогда не лежало к этому курсу. Это, как и некоторые личностные особенности, осложняло ее отношения с российским министром иностранных дел Сергеем Лавровым. Впрочем, Клинтон не придавала этому большого значения.

Назначение Джона Керри преемником Клинтон в Госдепартаменте улучшило атмосферу в американо-российской дипломатии. Едкие перепалки, в которых Клинтон постоянно стремилась оставить за собой последнее слово, ушли в прошлое. Керри, занимающийся диалогом между США и Россией по Сирии, сконцентрирован на главной теме и не тратит времени на побочные направления и на общую философию международных отношений. Сотрудничать с Лавровым у него получается на редкость хорошо – по крайней мере, в контексте нынешних политических отношений между Вашингтоном и Москвой.

Уходящего сейчас Томаса Донилона (Thomas Donilon), который сменил Джонса в 2010 году, Москва считает серьезным партнером. Хотя между советником по национальной безопасности из Белого дома и секретарем российского Совета безопасности уже много лет не было тесных отношений (исключением стало начало 2000-х годов, когда Сергей Иванов сумел добиться взаимопонимания с Кондолизой Райс), апрельский визит Донилона в Москву был объявлен успешным. Он фактически завершил долгую паузу в американо-российском диалоге на высоком уровне, начавшуюся с избирательных кампаний в обеих странах. Те, кто встречался с Донилоном до этого – в частности вице-премьер Дмитрий Рогозин, бывший представитель России при НАТО, - высоко оценивали его личность и его стиль ведения дел.

Однако с преемницей Донилона могут быть связаны определенные проблемы. Сьюзен Райс в России лучше всего знают в связи с тем, что в 2011 году она помогла убедить Обаму резко изменить политику по Ливии. Решение США поддержать - наперекор советам занимавшего в то время пост министра обороны Роберта Гейтса (Robert Gates) - военное вмешательство на стороне выступавших против Каддафи повстанцев стало для Москвы неприятным сюрпризом. Чтобы этого добиться, Райс объединила силы с Самантой Пауэр, тогда работавшей в СНБ, а сейчас сменившей ее на посту представителя Америки в ООН. И Райс, и Пауэр выступают за политику гуманитарных интервенций, которую Кремль считает лишь средством достижения глобального господства Соединенных Штатов.

После переизбрания Обамы Москва готовилась к тому, что Райс станет госсекретарем, но сейчас Кремлю придется иметь с ней дело как с советником по национальной безопасности. В отличие от своей однофамилицы Кондолизы, Сьюзен Райс никогда не углублялась ни в советологию, ни в русистику, и для нее холодная война – это лишь история. С другой стороны, работая в ООН, она часто спорила с российским представителем Виталием Чуркиным (что, впрочем, позволяет ей знать позицию России из первых рук). Для российских дипломатов она – известная величина. В Белом доме связанные с Россией вопросы будут, вероятно, занимать лишь небольшую часть времени Райс, но в спорах по таким темам, как Сирия или противоракетная оборона, она, бесспорно, будет участвовать.

Это может осложнить дело. Исторически, при Обаме политика по России вырабатывалась в Белом доме, но недавно Керри частично вернул Госдепартаменту былую роль в этой области. По сравнению с Джонсом и Донилоном Райс выглядит более активной, амбициозной и склонной к публичности. Она также пользуется явным расположением президента, который определенно к ней прислушивается. На фоне американской элиты в области национальной безопасности - практически исключительно мужской и вдобавок несколько старшей по возрасту – Райс заметно выделяется, но, по-видимому, она не намерена никому уступать. Разумеется, решения в администрации принимает Обама, однако, как показывает история с Ливией, Райс иногда серьезно влияет на этот процесс.

Впрочем, пока все это – только предположения. В американо-российских отношениях сейчас наступил критический момент. Осталось всего несколько дней до встречи Обамы и российского президента Владимира Путина в кулуарах саммита «Большой восьмерки» в Северной Ирландии. За период между этой встречей и следующей, которая должна состояться в связи с саммитом «Большой двадцатки» в начале сентября в Санкт-Петербурге, станет понятно, смогут ли два лидера установить продуктивные отношения на остаток срока Обамы. Отчасти это будет зависеть и от Райс. Что касается Саманты Пауэр, то ее назначение означает, что Виталий Чуркин не останется без достойного спарринг-партнера в ООН.

Оригинал перевода