Источник: Ведомости

Почти три года спустя после фактического возвращения Владимира Путина к верховной власти и недели спустя после убийства Бориса Немцова власть решилась на окончательное решение либерального вопроса. Еще сравнительно недавно либералы были нужны по разным причинам: для имитации демократии и политического процесса, для выпуска пара, для, как ни странно, сохранения элементов обратной связи.

После беспрецедентного за последние, пожалуй, теперь уже 30 лет ухудшения отношений с Западом имитировать ничего не надо, в том числе изображать существование как бы либеральных партий, например «Гражданской платформы». Не надо делать вид, что Алексей Навальный может присутствовать в легальном политическом поле – достаточно его почти полностью заблокировать, обложив для верности приговором уголовного суда. Не надо ничего стесняться: наоборот, «болотное дело» всегда напомнит любителям уличных акций, чем для них это может закончиться, а на то, что скажет Запад, ответит российский телевизор, бессмысленный и беспощадный. Технология выпуска пара при нынешнем уровне консолидации вокруг одной фигуры тоже другая: отменили, например, электрички – тогда выходит первое лицо с фразой «Да вы с ума сошли» и электрички возвращает. Фокусы по запросам трудящихся. Бэтмен по вызову.

Либералы незначимы, почему же тогда на антилиберализме строится вся пропаганда? Если есть осажденная крепость – значит, есть враг. И он не только у ворот, но и внутри крепости. Для сохранения уровня консолидации, для поддержания стокгольмского синдрома среди защитников (они же заложники) крепости надо постоянно обнаруживать «пятую колонну» и «национал-предателей». Только в этом смысле власти нужны либералы. Ну и еще часть из них выполняет важную функцию ликвидации последствий тяжелых политических и геополитических решений – это либералы в правительстве. Ровно поэтому единственный сектор «свободы слова» в полностью простреливаемом информационном пространстве – критика кабинета министров.

Разумеется, ситуация будет меняться. И в силу того, что в среднесрочной (ну или долгосрочной) перспективе понадобится либеральная экономическая политика, а не просто, как выразился один инсайдер, «перераспределение денег, которые для них скопил Кудрин». И по той причине, что второй цикл (или второй такт) в российской панели «реформа – контрреформа» тоже неизбежен. Как он был неизбежен 30 лет назад, в момент смерти Константина Черненко и прихода Михаила Горбачева, когда и аппарат ЦК, и первые секретари обкомов, и простые граждане не выдержали бы еще одного геронтократа у власти. Любая гонка – вооружений, на лафетах, «патриотических» глупостей – имеет свои пределы. В этой исторической логике можно предложить одну гипотезу: когда умер Сталин, победу во внутренней борьбе триумвирата Маленков – Хрущев – Берия одержал Никита Сергеевич. При всем почтении к его заслугам, не исключено, что лавры условного XX съезда в случае, если бы победил Георгий Максимилианович, достались бы Маленкову, а если бы в ферзи успел выбраться Лаврентий Павлович – в реформаторы из кровавых палачей выбился бы Берия. Законы истории – они такие: железные, не либеральные.

Оригинал статьи