Президент Казахстана Нурсултан Назарбаев изящно назвал прошедшие в его стране 15 января парламентские выборы «экзаменом для республики». Похоже, он почти прав: в республике экзаменовался ее правящий класс, который сдавал «предмет» под названием «управление обществом». Экзамен был не такой простой, как в прошлые политические сессии. На предыдущих выборах правящая партия «Нур Отан» вообще оказалась единственной прошедшей в нижнюю палату парламента — мажилис, и это выглядело совсем уж неизящно. В нынешнем январе Назарбаев и его команда решили слегка разбавить свой мажилис, пустив туда еще две партии — «Ак жол», которая считается даже не спарринг-партнером «Нур Отан», но ее периферийным подразделением, и абсолютно беззубую — ее для приличия называют «умеренно оппозиционной» — Коммунистическую народную партию Казахстана. «Нур Отан», кстати, получила 80%.

Надо сказать, что для казахстанского королевства прошедший год не был столь благолепен, как предыдущие. Прошли кровавые события в Жанаозене, которые порой сравнивают даже с узбекским Андижаном, произошла неслыханная по местным масштабам активизация исламских радикалов. Режим стал восприниматься более критически.

Дополнительное беспокойство принесли вести из зарубежья — дальнего и ближнего. В дальнем — Египте, Тунисе, Ливии, Йемене — рухнули казавшиеся вечными режимы. Тут же возникли аналогии: ведь некоторые постсоветские вожди засиделись почище арабских. Во всяком случае, рассуждения типа «почему одним дано свергать диктаторов, а другим этого не дано» напрашиваются сами по себе.

В ближнем зарубежье — в России — никого пока не свергли, но перемен, в том числе замены главных политических персонажей, общество требует все громче. И российские вожди хоть и огрызаются на своих подданных, но запрещать и разгонять оппозиционные сборища уже побаиваются. По существу, перед северным соседом Казахстана встал вопрос о легитимности правящего режима.

Однако в Казахстане власть чувствует себя уверенно. И она пошла на эти выборы, зная, что победит и что ничего похожего на Болотную площадь и проспект Сахарова ей не грозит. Уверенность исходила еще и от того, что Жанаозен, несмотря ни на что, все же остался частным эпизодом. Происшедшие там трагические события парадоксальным образом продемонстрировали, что у правящего класса есть резервы для удержания власти любыми средствами.

Выборы прибавили этой власти чуть большую респектабельность. А главное — стало еще сложнее оспаривать ее легитимность.

Так что правящий класс экзамен выдержал.

К тому же казахстанское общество, в отличие от российского, его фактически не экзаменовало. Несмотря на отдельные критические выпады, оно более всего дорожит, по выражению Назарбаева, «стабильностью и спокойствием». И в результате все экономические, социальные и политические вопросы остаются нерешенными. Нерешенным остается и главный вопрос — о передаче власти. Ведь нынешние стабильность и спокойствие, по сути, держатся только на одном человеке — самом президенте. Возникает ощущение, что нынешний политический штиль (власть не желает даже выпускать пар) впоследствии может обернуться немалыми волнениями. И тогда сдать этот экзамен нынешнему правящему классу Казахстана будет неизмеримо труднее.