IMGXYZ2773IMGZYXТри страны Южного Кавказа — Азербайджан, Грузия и Армения, граничащие с Черным и Каспийским морями, а на севере — с Главным Кавказским хребтом, по-прежнему страдают от политической напряженности в отношениях друг с другом и со своими более крупными соседями. Государства этого региона, традиционно играющего роль важного экономического и транспортного коридора, пытаются решить проблемы, связанные с обретенной после распада СССР независимостью и неразрешенными конфликтами вокруг трех отколовшихся территорий — Нагорного Карабаха, Абхазии и Южной Осетии.

На презентации своей новой книги «Знакомьтесь: Кавказ» (The Caucasus: An Introduction) эксперт Фонда Карнеги за Международный Мир Томас де Ваал обрисовал проблемы Южного Кавказа и бытующие на его счет ошибочные представления, призывая рассматривать этот регион как единое целое. В роли ведущего мероприятия выступила Сьюзен Глассер (журнал Foreign Policy). 

Текущие проблемы

Т. де Ваал отметил, что в результате распада СССР и сопровождавших его конфликтов Южный Кавказ оказался в сложной ситуации и в состоянии «раздробленности». Армяно-азербайджанская и российско-грузинская границы полностью или частично закрыты из-за напряженных отношений между этими странами. Но даже там, где границы номинально открыты, свободной торговле препятствуют бюрократические барьеры. Во всех странах региона по-прежнему велики масштабы бедности и безработицы; многие жители этих стран вынуждены были стать беженцами или перемещенными лицами. 

Единый регион

Южный Кавказ — это единый регион, и лучше всего рассматривать его именно так, подчеркнул Т. де Ваал. Грузию, Армению и Азербайджан объединяют география, сходство культуры и традиций, общая политическая культура и тот факт, что все они долгое время находились под властью России. Из-за напряженности и бюрократизма, мешающих странам Южного Кавказа взаимодействовать, значительный человеческий потенциал региона остается нереализованным. Тем не менее здесь по-прежнему существуют предпосылки для создания единого экономического пространства и транспортного коридора.

Три «миража»

Т. де Ваал выделил три «миража» — укоренившиеся ошибочные стереотипы, связанные с Южным Кавказом, существование которых осложняет экономическую, политическую и социальную ситуацию в регионе.

• Образ «великой шахматной доски». Одно из неверных представлений о регионе заключается в том, что страны Южного Кавказа становятся объектом манипуляции со стороны других держав, действующих в собственных стратегических интересах, отметил Т. де Ваал. На самом деле местные силы обладают куда большим влиянием на ход событий, чем кажется: достаточно отметить, что регион не одно столетие успешно сопротивлялся ассимиляции. Если бы тезис о «шахматной доске» был справедлив, добавил Т. де Ваал, Армения, Азербайджан и Грузия не были бы сегодня независимыми государствами. Правильнее было бы уподобить Южный Кавказ «карточному домику» — непрочной конструкции, которая рухнет, если вынуть одну карту. 
   
• Образ «русского медведя». Хотя Россия и сегодня остается самым могущественным игроком в регионе, ее способность влиять на ход событий в Закавказье зачастую преувеличивается, пояснил Т. де Ваал.
  
  
  • Влияние России отчасти сдерживается географическими барьерами, полагает Т. де Ваал. Главный Кавказский хребет ограничил ее военное присутствие на Южном Кавказе, а также миграцию русских в регион.
     
  • Россия никогда не обладала полным контролем над Южным Кавказом. Она всегда управляла регионом через местных правителей — как в царскую, так и в советскую эпоху.
     
  • Несмотря на такие примеры, как августовский конфликт с Грузией 2008 г. и продление договора о военном союзе между Россией и Арменией, Россия все больше переходит к использованию экономических, а не военных рычагов по сохранению влияния в регионе.
     
• Тезис о громадном стратегическом значении региона. Стратегическое значение Южного Кавказа для Запада в качестве энергетического коридора и зоны безопасности также преувеличивается.
  
  
  • Энергетика. Южный Кавказ действительно является важным транспортным коридором для каспийской нефти и газа. Трубопровод Баку — Тбилиси — Джейхан приносит Азербайджану значительные доходы, а газодобыча на Каспии снизила зависимость региона от российского «голубого топлива». Однако, указал Т. де Ваал, многие из делавшихся в 1990-х гг. прогнозов относительно запасов энергоносителей в Прикаспии оказались завышенными. Инвестиции западных энергокомпаний на Южном Кавказе не принесли процветания его народам, поскольку добыча энергоносителей обогащает в основном элиту и не создает большого количества рабочих мест.
     
  • Расширение НАТО. Сегодня стало очевидно, что курс на вступление Грузии в НАТО не принес пользы ни самой этой стране, ни Североатлантическому альянсу. Попытка присоединиться к НАТО не укрепила безопасность Грузии, зато вызвала противодействие в Абхазии, Южной Осетии и России. В результате после августовского конфликта 2008 г. Грузия потеряла две свои мятежные республики, а Плана действий по подготовке к членству в НАТО так и не получила.

Перспективы

• Отказ от двустороннего формата. Как считает Т. де Ваал, самые серьезные проблемы, с которыми сталкивается Южный Кавказ, носят взаимосвязанный характер и не могут быть преодолены по отдельности. Чтобы успешно решить вопросы безопасности и обеспечить экономическое развитие Южного Кавказа, необходим общерегиональный, а не двусторонний подход.
   
• Пора прекратить «большую игру». Ситуация с безопасностью на Южном Кавказе улучшится, если Россия, Запад и в меньшей степени Турция и Иран заключат «перемирие» — прекратят поставки оружия в регион и начнут сотрудничать в урегулировании конфликтов вокруг Нагорного Карабаха, Южной Осетии и Абхазии.
   
• Нагорный Карабах. Перемирие в Карабахе непрочно; если там вновь начнется война, это чревато далекоидущими последствиями — не только для Армении и Азербайджана. Однако, в отличие от ситуации вокруг Грузии, России и Западу удается неплохо координировать свои действия по вопросу разрешения этого конфликта.
   
• Взаимодействие с Россией. В долгосрочной перспективе возможен также диалог с Россией по вопросу о ставших независимыми от Грузии Абхазии и Южной Осетии — особенно теперь, когда вопрос о членстве Грузии в НАТО снят с повестки дня. Договоренность по двум самопровозглашенным республикам соответствует долгосрочным интересам Москвы — главным образом потому, что без помощи соседей она не сможет стабилизировать ситуацию на Северном Кавказе.
   
• Роль Турции. Если Турция хочет играть роль регионального игрока на Южном Кавказе, она должна взаимодействовать со всеми тремя закавказскими странами, а не только с Азербайджаном и Грузией. По мнению Т. де Ваала, Азербайджану следует активнее разъяснять, что нормализация отношений между Арменией и Турцией отвечает его подлинным долгосрочным интересам. 
   
• Факторы перемен. Важной движущей силой перемен на Южном Кавказе могли бы стать представители малого бизнеса и торговцы, но пока они почти не получают поддержки. В качестве примера Т. де Ваал рассказал о двух спонтанно возникших неформальных рынках — в Эргнети, где торговали друг с другом грузины и осетины, и в Садахло (Грузия), где встречались армяне и азербайджанцы. Существование этих рынков наглядно опровергло миф об «исторической вражде» между народами Южного Кавказа. Эти рынки реально продемонстрировали, как практические экономические интересы способны пересилить межэтническую напряженность и преодолеть разделительные линии конфликтов.