{
"authors": [
"Michael Pettis"
],
"type": "legacyinthemedia",
"centerAffiliationAll": "dc",
"centers": [
"Carnegie Endowment for International Peace",
"Берлинский центр Карнеги"
],
"collections": [],
"englishNewsletterAll": "asia",
"nonEnglishNewsletterAll": "",
"primaryCenter": "Carnegie Endowment for International Peace",
"programAffiliation": "AP",
"programs": [
"Asia"
],
"projects": [],
"regions": [
"Восточная Азия",
"Китай"
],
"topics": [
"Экономика"
]
}Источник: Getty
Китай: ставки снижаются, тревога нарастает
Снижение процентных ставок бьет по карману индивидуальных вкладчиков и вынуждает банки использовать капитал не по назначению.
Источник: The Wall Street Journal, перевод: ИноСМИ
Две недели назад Народный банк Китая объявил о шестом за год снижении ключевой ставки. Каждое такое объявление вызывает легкий вздох облегчения у многих корпоративных и государственных заемщиков, сталкивающихся с явлением, которого в Китае не было почти двадцать лет: высокими реальными процентными ставками.
До 2012 года Пекин проводил курс на развитие, известный как финансовое подавление. Действуя через НБК, он давал указания банкам, у которых быстро росли частные вклады, давать кредиты под процент намного ниже темпов роста в стране, причем зачастую ниже темпов инфляции, а вкладчикам выплачивать еще меньше. Это было выгодно заемщикам, но наносило ущерб индивидуальным вкладчикам.
Но больше всего прочего это способствовало «китайскому чуду» — росту на базе инвестиций. Однако из-за искусственно заниженных ставок трудно судить о качестве инвестиций. После многолетнего здорового роста китайские банки начали в беспрецедентных объемах использовать капитал не по назначению. А поскольку низкие процентные ставки уменьшают доходы семей, это ведет к снижению потребления, создавая еще больший дисбаланс в китайской экономике.Когда кредитная ставка находится в соответствии с номинальным ростом ВВП, вкладчики и заемщики в равной мере извлекают выгоду от роста. Но в Китае все было иначе. С начала нового столетия номинальные темпы роста почти всегда измерялись двузначными числами, а вот ключевая кредитная ставка на год колебалась в средних пределах от 7 до 8%. Это больно било по карману индивидуальных вкладчиков, которые обычно получали по своим вкладам как минимум на три процентных пункта меньше.
В 2012 году ситуация начала кардинально меняться. Номинальный рост тогда упал до 11,3% (в 2011-м он составлял 17,4%). Теперь он равен 6,2%. Этому сопутствовало быстрое уменьшение инфляции. Если в 2011 году она составляла почти 8%, то в 2012-м снизилась до неполных 3%. Сегодня она отрицательная.
Процентные ставки снижались далеко не так быстро. Это снижение началось в 2013 году, а к концу октября ключевые годовые ставки по кредитам и депозитам были понижены до 4,4 и 1,5%, соответственно. Даже если цены производителей в будущем году снизятся намного меньше шестипроцентного показателя прошедших 12 месяцев, то проценты по займам все равно останутся болезненно высокими, а заемщики будут и дальше издавать вздохи облегчения.
Если потребительские цены продолжат свой рост прошлогодними темпами в 1,6%, то в реальном выражении вкладчики выйдут, наконец, на безубыточный уровень. Это спустя несколько десятилетий, когда реальная стоимость их сбережений ежегодно понижалась на несколько процентных пунктов.
Вот почему НБК был прав, сопротивляясь снижению процентных ставок в соответствии с сокращением номинального роста ВВП и инфляции. Он прав и теперь, оказывая сопротивление дальнейшему уменьшению ставок. Из-за многолетнего занижения ставок доля китайских семей в ВВП страны резко сократилась, а китайские заемщики стали довольно беспечно относиться к рискам кредитования.
Несмотря на плач и стоны заемщиков, ключевая годовая ставка кредитования по-прежнему намного ниже показателя номинального роста ВВП, который составляет 6,2%. Государственные ставки заимствования - еще ниже. Даже если замедление роста продолжится до 2020 года со среднегодовым показателем более одного процентного пункта (а я полагаю, что так и будет), то ставки заимствования все равно будут низкими.
Несмотря на болезненные последствия в ближайшее время, в среднесрочной перспективе ситуация в Китае улучшится, если он продолжит свою нынешнюю политику процентных ставок. Пекин упорно реформирует систему управления государственными компаниями и предприятиями, однако их ужасные инвестиционные показатели вызваны в большей мере не некомпетентностью менеджмента, а вполне разумной реакцией на чрезвычайно низкие процентные ставки. Повышение ставок поможет в решении этой проблемы гораздо больше, чем любые реорганизации и изменения в структуре собственности.
Еще важнее другое. Чем дольше НБК будет откладывать понижение ставок по депозитам, тем быстрее будут расти доходы населения. Это будет стимулировать потребление, что очень важно для предотвращения сдерживания безработицы в условиях спада инвестиций.
Китай должен быстро сократить инвестиционный рост, если он намерен взять под контроль свой стремительно увеличивающийся долг. Поскольку высокие процентные ставки обеспечивают рост потребления, чем меньше НБК будет их понижать, тем меньше шансов на то, что долг увеличится до неконтролируемого уровня.
Администрация партийного лидера Си Цзиньпина унаследовала ужасно несбалансированную экономику с увеличивающимся долгом. Легких путей для сдерживания этого долгового роста у Пекина нет, и через три-четыре года он может достичь опасных размеров. НБК наверняка будет и дальше понижать процентные ставки. Но отложив такое понижение на максимально возможный срок, он сможет оказать содействие необходимой реструктуризации. Повышение ставок окажется болезненным, но ущерба при этом будет гораздо меньше, чем в случае выхода долга из-под контроля.
О авторе
Nonresident Senior Fellow, Carnegie China
Michael Pettis is a nonresident senior fellow at the Carnegie Endowment for International Peace. An expert on China’s economy, Pettis is professor of finance at Peking University’s Guanghua School of Management, where he specializes in Chinese financial markets.
- Три проблемы с ВВП Китая. Почему он все хуже отражает реальностьКомментарий
Недавние работы
Карнеги не занимает институциональных позиций по вопросам государственной политики; изложенные здесь взгляды принадлежат автору(ам) и не обязательно отражают взгляды Карнеги, его сотрудников или попечителей.
- Между Евросоюзом и Москвой. Как Россия пользуется внутренними разногласиями в Боснии и ГерцеговинеБрошюра
Основная цель Москвы — сохранение текущего статус-кво и удержание Боснии в подвешенном состоянии. Для этого Кремлю достаточно просто поддерживать на должном уровне напряженность за счет резкой риторики. Россия оказалась не очень щедра на финансовую помощь Республике Сербской. Но она, судя по всему, одержала победу в битве за сердца и умы боснийских сербов.
Димитар Бечев
- Пересыхающий поток. Как рассыпается доминирование России в энергетике БалканКомментарий
Сегодняшнее едва ли не монопольное положение России на рынке нефти и газа в Юго-Восточной Европе — это уходящая натура. Ситуация скоро изменится: балканские страны и компании активно ищут новых поставщиков, что неизбежно сократит продажи российских энергоносителей в регионе
Димитар Бечев
- Принуждение к интеграции. Почему в Карабахе может опять начаться войнаКомментарий
Над Карабахом по-прежнему висит угроза новой войны. В Баку открыто говорят о том, что «проведение военной операции по разоружению сепаратистов — вопрос времени». Речь идет о «демилитаризации» армянских вооруженных отрядов, которые еще остаются в Карабахе
Томас де Ваал
- Европейский момент. Какие перспективы у Молдовы на пути в ЕСКомментарий
У Москвы по-прежнему есть немало инструментов мягкой силы в Молдове вроде русскоязычных СМИ и православной церкви, настроенной в основном против Запада. Пытаясь повлиять на грядущие молдавские выборы, Россия может опереться на антизападные политические силы и сыграть на недовольстве экономической ситуацией
Томас де Ваал
- Мечта не для всех. Почему Грузия дрейфует к авторитаризмуКомментарий
Москва явно рада противоречиям между Грузией и Западом, к которым привели действия «Грузинской мечты». Кремль понимает: чем более авторитарной страной становится Грузия, тем сильнее она будет дрейфовать от Брюсселя к Москве
Kornely Kakachia, Bidzina Lebanidze