Источник: The Diplomat

Визит председателя КНР Си Цзиньпина в США в сентябре стал несомненным имиджевым успехом для китайской стороны. В Америке Си принимали так, как, по мнению китайцев, положено принимать главу великой державы. Американцы же от этого визита ждали ощутимых результатов по вопросам, вызывающим международную напряженность, поэтому они пока сдержанно оценивают итоги встречи.

Во время визита Си обсуждались прежде всего экономические вопросы. Китайцев тревожит, что из-за замедления экономики вступление их страны в клуб развитых стран откладывается, США же беспокоит возможная потеря статуса ведущей экономической державы в мире.

Китай – крупнейшая экономика мира, если считать по паритету покупательной способности, и это вызывает у многих американцев преувеличенные страхи. Но подавляющее большинство китайцев по-прежнему считают ведущей экономической державой США, и вполне обоснованно. Внешнеполитический потенциал страны определяется скорее ее подушевым ВВП, чем размерами экономики. Китай же по ВВП на душу населения занимает 80-е место в мире и поэтому пока не очень стремится принимать на себя обязательства великой державы.

Если США считают, что Китай должен взять на себя больше ответственности, то Пекин настаивает, что корректировка международного порядка должна опираться на экономические реалии. Это заметно и по официальному заявлению Пекина в связи с визитом Си, где проблема кибербезопасности один из важнейших для США вопросов – значится под номером 48 из 49. 

Позиция США выражена в трех официальных документах. Первый начинается с Афганистана и миротворческих сил – это подчеркивает, что для Америки по-прежнему крайне важны глобальная безопасность и Ближний Восток. Затем следует вопрос о двусторонних отношениях с Китаем, в том числе о кибербезопасности. Для США очень важно, чтобы Китай признал: кибершпионаж в целях защиты национальной безопасности приемлем, но заниматься им ради экономической выгоды недопустимо. Во втором документе, содержащем самые разные вопросы – от международных финансовых институтов до защиты интеллектуальной собственности, – особенно выделяется проблема изменения климата. 

Готов ли Китай пойти навстречу Америке в этих двух вопросах? Это зависит от того, насколько сложной будет экономическая ситуация в ближайшие годы.

Готовность Пекина поддержать борьбу с изменениями климата и принять систему квот на выбросы отражает в числе прочего и требования китайского среднего класса, который уже не готов мириться с экологическими последствиями необузданного роста экономики. Но согласие Китая ограничить выбросы углекислого газа к 2030 году также обусловлено осознанием, что к тому моменту пик потребления энергии у них будет уже позади. Уже сейчас услуги вносят больший вклад в ВВП Китая, чем промышленность. Поэтому весьма вероятно, что Китай выполнит поставленные задачи в борьбе с изменениями климата.

Что касается кибербезопасности, сегодня одна из главных проблем для Китая – выбраться из ловушки среднего дохода, стать технологически продвинутой экономикой, что удалось очень немногим развивающимся странам. Кража технологий – соблазнительное решение, которым в прошлом пользовались и многие великие державы на этом этапе своего развития. Отличный пример – США, чья промышленная революция опиралась на ткацкие станки британской разработки и которые после Второй мировой войны заполучили ключевые германские патенты. 

Если США удастся убедить Китай, что нужно провести грань между кибершпионажем в интересах национальной безопасности и экономическим кибершпионажем, это будет большим достижением. Но сильно рассчитывать на это не стоит, поскольку для руководства Китая эти две задачи взаимосвязаны.

Главный барьер в отношениях Китая и США – проблема доверия. По опросам, 55% американцев плохо относятся к Китаю. В Китае положительно относятся к США только 44% населения – по сравнению с 84% в Южной Корее и 68% в Японии. С этой точки зрения главным результатом визита Си может стать провозглашение 2016 года годом американо-китайского туризма.

В целом напряженность в экономических отношениях между двумя странами теперь будет связана не столько с курсом юаня и торговым балансом, сколько с передачей технологий и доступом к рынкам. Восходящая держава пытается догнать ведущую. Соглашение о взаимных инвестициях, которое обсуждают сейчас США и Китай, свидетельствует об этой новой расстановке приоритетов.

Английский оригинал статьи был опубликован в издании The Diplomat от 23.10.2015