Источник: Deutsche Welle

Весь мир следит за ситуацией в Сирии. На фоне нового поворота в развитии конфликта на Ближнем Востоке, теперь с российским военным участием, в тени осталось резкое обострение отношений между Арменией и Азербайджаном. Нескольких дней на линии соприкосновения Азербайджана с непризнанной Нагорно-Карабахской республикой (НКР), фактически находящейся под контролем Армении, происходят вооруженные столкновения. Данные о жертвах противоречивы.

Ждет ли нас появление еще одной горячей точки и связано ли обострение в Закавказье с общим ростом нестабильности в постсоветском регионе и на Ближнем Востоке? Вот как ответил на эти вопросы в интервью DW британский специалист по Кавказу Томас де Ваал.

DW: Нынешние столкновения в Нагорном Карабахе - это повторение тех стычек, что мы наблюдали в прежние годы или что-то более серьезное?

Томас де Ваал: Это что-то более серьезное, конечно. Но преждевременно говорить о войне, о полномасштабных военных действиях. Впрочем, если раньше мы говорили о так называемой "снайперской" войне между армянами и азербайджанцами на линиях соприкосновения, то сейчас в ход идет более тяжелое оружие. Речь идет о ракетах, минометах, может быть, даже об артиллерии. Это, конечно, более серьезно.

Но по разным политическим причинам, я думаю, что никто не готов или не хочет новой войны. Но тем не менее сейчас есть, к сожалению, высокий риск более серьезных боевых действий, которые могут начаться по ошибке.

Я имею в виду то, что, не дай бог, упадет одна ракета, и погибнут не несколько человек, а несколько десятков. Если такое произойдет, то возникнет совершенно иная ситуация. Но общий фон остается тем же: нет заинтересованности в новой войне. Армянскую сторону устраивает статус-кво. Для азербайджанской стороны война - очень большой риск, который может угрожать нынешним властям.

- Вы говорите, что нет заинтересованности в войне, но чем тогда объяснить усиление интенсивности столкновений?

- Дело в том, что в целом ситуация вокруг Карабаха ухудшается. Есть разные факторы. Первый - милитаризация зоны конфликта. Азербайджанцы в последние годы тратят миллиарды на новые вооружения, боевые самолеты, тяжелую артиллерию. Война 90-х годов была войной с использованием простой военной техники - винтовки, автоматы, немного танков, но это не было ужасной войной в смысле применения тяжелого вооружения. А сейчас у обеих сторон есть самая современная техника.

Другой аспект заключается в том, что у Азербайджана заканчивается свой "золотой" период интенсивного экономического роста, падает цена на нефть, у Баку снижаются объемы добычи нефти. Азербайджан вступает в новую фазу, и, конечно, велик соблазн разыграть карабахскую карту, потому что это единственный фактор, который может сплотить нацию вокруг своего флага против армян.

Третий фактор - это высокий уровень недоверия между США и странами Запада, с одной стороны, и Россией - с другой, существующий на фоне кризиса на Украине. Цели Минской группы ОБСЕ как будто остаются теми же - достичь мира в Карабахе, но фактически у них осталась лишь задача минимум - сохранить нынешнее положение.

Этого можно добиться, заставляя президентов Армении и Азербайджана встречаться один, может быть, два раза в год. Но задача максимум - достичь более прочного мира - уже нереализуема в нынешней ситуации.

- Оказывает ли на конфликт вокруг Нагорного Карабаха общее повышение градуса напряженности на постсоветском пространстве и на Ближнем Востоке или у него своя динамика?

- Я бы сказал, что у конфликта вокруг Нагорного Карабаха есть своя собственная динамика, независимая от других конфликтов на постсоветском пространстве или на Ближнем Востоке. Здесь фактор России слабее, чем в Абхазии, Южной Осетии, тем более - в Восточной Украине. И Ближний Восток - тоже другой, хотя и близкий регион.

Проблема заключается в том, что президенты Азербайджана и Армении не готовы к компромиссу, который необходим, чтобы добиться мира, общества в обеих странах - тем более. И там, и здесь ожидают максимума - полного присоединения Карабаха, что невозможно. И, конечно, и в Ереване, и в Баку самое важное - сохранить власть, поэтому слишком рискованно идти на компромисс.

- Возможно, я повторюсь, но все-таки: война вам кажется маловероятной?

- Да, но есть большие риски, что по ошибке может что-то начаться более серьезное, и в этой ситуации неясно, будет ли достаточной политическая воля для прекращения эскалации или сильнее окажется соблазн по политическим мотивам вступить в бой. Есть такая опасность - медленная эскалация в сторону вялотекущей войны.

Оригинал интервью