Интерес к президентским выборам в Киргизии, которые состоятся 15 октября, растет с каждым днем. Как бы мы ни относились к личности нынешнего, четвертого президента этой страны Алмазбека Атамбаева, надо признать, что он выполнил одну из главных статей принятой в 2010 году антиавторитарной Конституции – согласился уйти с поста президента после одного шестилетнего срока.

Мало того, сегодня вряд ли кто отважится назвать имя следующего, пятого президента Киргизии. Даже то, что уходящий президент Атамбаев поддержал кандидатуру нынешнего премьер-министра Сооронбая Жээнбекова, совсем не означает, что исход президентских выборов предрешен.

Это первое, что отличает Киргизию от ее соседей по Центральной Азии и не только. Вспомним пренебрежительные замечание российского в ту пору президента Медведева о «катастрофических последствиях» перехода Киргизии к парламентской системе. В ближних столицах тогда не скрывали скепсиса и даже раздражения: что они себе позволяют там, с обеих сторон Тянь-Шаньского хребта, в демократию вздумали играть? Доиграются...

Этот переход идет не без проблем – с политическими скандалами, главным инициатором которых был сам президент, с уголовным преследованием оппонентов, публичными оскорблениями на телевидении и на улицах, личными нападками на журналистов и попытками закрыть неугодные СМИ. Тем не менее процесс привыкания к демократическим процедурам, ранее не виданным в Центральной Азии, не прекращается.

В итоге Киргизия пока удерживается от сползания в очередной революционный хаос. И вот впереди снова яростная предвыборная борьба за пост президента. Официально кампания начнется 10 сентября, но регистрация кандидатов идет с 15 июня. Их счет уже перевалил на второй десяток.

Съезд раздора

Основную интригу в кампанию внес неожиданный визит спикера Госдумы РФ Вячеслава Володина, который посетил Бишкек в конце июня. Бывший куратор внутренней политики Кремля раньше не был замечен в подобного рода вояжах. Да и на посту спикера это всего лишь третий его зарубежный визит после Казахстана и Южной Кореи.

Учитывая реальное политическое влияние Володина, его появление в киргизской столице было воспринято в республике как стремление «старшего брата» ознакомиться с ситуацией накануне президентских выборов. В самом деле, для чего еще с такой частотой обмениваться визитами самых высоких руководителей, ведь всего за неделю до этого президент Атамбаев закончил свой государственный визит в Россию.

В Москве Атамбаева принимал Путин, со всеми возможными знаками внимания в роскоши царских палат Кремля. Главным итогом этой четвертой только за нынешний год встречи Путина и Атамбаева (всего их было не менее двадцати) стало решение (именно так выразился Вячеслав Володин) российского президента списать долг Киргизии в размере $240 млн. Это очередное списание, по словам спикера Думы, направлено на «укрепление стратегического партнерства» с Киргизией. 

Также из важного в Москве обсуждалась возможность укрепления российской военной базы в Канте под Бишкеком, но это кажется Атамбаеву бессмысленным: от кого защищать Бишкек, когда основные угрозы безопасности Киргизии на юге. Вместо этого он предложил Путину помочь укрепить киргизскую границу с Таджикистаном и начать «строить подготовительные площадки» на юге, в Баткенской области, о чем речь ведется уже давно, хотя «мы понимаем, что у России нет денег».

Но публично ни один из лидеров так и не признался, обсуждали ли они перспективы президентских выборов в Киргизии. Известно, что перед поездкой в Москву уходящий президент Киргизии уже назвал имя своего ставленника Жээнбекова, но окончательное решение по кандидату в президенты от возглавляемой Атамбаевым Социал-демократической партии (СДПК) должен принять ее съезд.

И тут начинается самое интересное. Сразу же после встречи Атамбаева с Путиным 21 июня политсовет партии перенес съезд СДПК на 15 июля и одновременно освободил от должности заместителя лидера СДПК Чыныбая Турсунбекова, спикера Жогорку кенеша – киргизского парламента. Почему съезд внезапно переносится после московского рандеву с Путиным? Может быть, Атамбаев обнаружил, что выдвинутый им в президенты премьер не нашел однозначной поддержки в Москве? А ведь лидер партии в статусе главы государства свой выбор уже сделал.

В любой другой стране постсоветского пространства такое решение определило бы и выбор съезда. Не то в Киргизии. В СДПК, как выясняется, нет единства, не всех партийцев устраивает фигура премьера. Киргизия разделена горным хребтом на Юг и Север, делится на два соответствующих клана и элита. Жээнбеков и его многочисленная семья (один брат – бывший спикер парламента, другой – посол в Саудовской Аравии) представляют Юг. Северяне вряд ли единым строем поддержат такого президентского кандидата. Тогда появились слухи, что готов баллотироваться в президенты другой влиятельный член СДПК, спикер парламента, выходец с Севера Чыныбай Турсунбеков, но в качестве самовыдвиженца. При этом известно, что и его кандидатура тоже вполне устраивает Атамбаева.

Тут и начинается главная предвыборная интрига, автором которой киргизские наблюдатели считают самого президента, ведь для его будущего, политического и гражданского, имя его преемника имеет решающее значение. Атамбаев давно обещает остаться в политике на посту лидера СДПК. И, вернувшись из Москвы, он завел речь о том, что важнейшим политическим событием будущего станут парламентские выборы 2020 года.

Хочет ли он сказать, что пост президента в парламентской республике с его уходом будет неминуемо терять свое значение? И если его партия, СДПК, победит с подавляющим преимуществом на выборах через три года, то главе государства останутся лишь представительские функции, скажем как в Германии? В таком случае Атамбаев не должен быть заинтересован в сильном политике в кресле президента до 2020 года.

На этом фоне противостояние премьера Жээнбекова и спикера Турсунбекова разворачивается по следующему сценарию. Вернувшись из России, Атамбаев никак не выказал публично, что кандидатура премьера Жээнбекова встретила понимание у Путина, потому что пророссийская ориентация уже давно перестала быть в киргизской политике гарантией успеха.

Вячеслав Володин и Чыныбай Турсунбеков. Фото: Анна Исакова/фотослужба Госдумы РФ/ТАССС другой стороны, в Бишкек приехал спикер российской Думы Володин и встречался только с президентом Атамбаевым и со своим коллегой спикером Турсунбековым – по протоколу обязан. Они беседовали о необходимости дать новое дыхание двустороннему сотрудничеству, в том числе и по линии парламентов, о других важных государственных делах. Спикер Турсунбеков назвал «огромным подарком» России списание $240 млн долгов. И вообще, спикер выглядел весьма достойным собеседником, кандидат филологических наук, автор множества поэтических сборников, прекрасно владеет русским языком, был когда-то членом Союза советских писателей.

С премьером Жээнбековым высокопоставленный российский гость не встречался – протокол не предусматривает. А на следующий день после отъезда Володина спикер Турсунбеков созвал пресс-конференцию и заявил о своей готовности баллотироваться в президенты.

Теперь в резиденции правительства в Бишкеке царит смятение, предвещающее острое столкновение на съезде СДПК, а возможно, и раскол в правящей партии. С одной стороны, это грозит уходящему президенту серьезной потерей авторитета. Но с другой – не исключено, что сделает неожиданный и сильный ход: предложит партии третью, якобы консолидирующую кандидатуру – главу своего аппарата Сапара Исакова. Исаков долгое время работал главным внешнеполитическим советником президента, пользуется полным доверием Атамбаева и до недавних пор неформально считался его преемником. Хотя недавно сам Исаков заявлял, что не собирается участвовать в выборах.

Руководитель аппарата президента Киргизии Сапар Исаков. Фото: wikipedia.orgТут нелишне будет вспомнить, как живо киргизская публика обсуждала эпизод, случившийся во время визита Путина в Бишкек в конце февраля нынешнего года. Тогда Исаков оказался единственным из представленных российскому президенту киргизских чиновников, кого, проходя мимо, Путин потрепал по плечу. Этого было достаточно, чтобы молва назвала Сапара Исакова кремлевским симпатизантом. Хотя большой популярности в стране этого ему не прибавило, в качестве публичного политика Исаков неизвестен, да и молод слишком, как считают в Киргизии, только-только стукнет сорок.

Если подобный сценарий вообще возможно представить, а предпосылки к этому есть, то неожиданное вступление Сапара Исакова в избирательную кампанию может серьезно изменить предвыборный расклад сил, а Атамбаева впору будет величать киргизским Макиавелли.

Другие фавориты

Сергей Нарышкин и Темир Сариев. Фото: Александр Шалгин/пресс-служба Госдумы РФ/ТАССПока же наиболее серьезными претендентами на президентский пост считаются два бывших премьер-министра: лидер партии «Ак-Шумкар» Темир Сариев и лидер партии «Республика» Омурбек Бабанов. Оба чрезвычайно состоятельные и предпочитают не портить отношения с нынешней властью. Экс-премьеров вполне можно назвать киргизскими олигархами, а благополучие на пространстве бывшего СССР, как известно, никогда не бывает гарантированным – в случае чего, власть всегда сможет задать им несколько неприятных вопросов.

Кроме того, Темир Сариев считается одним из тех, кто привел Киргизию в состав ЕАЭС. И если бы киргизскому избирателю удалось объяснить, что это изменило его жизнь к лучшему, то шансы Сариева заметно выросли бы.

Среди других претендентов знакомые в Киргизии лица: ректор Международного университета в Центральной Азии Камилла Шаршекеева, правозащитник Рита Карасартова, а также Арстанбек Абдылдаев, прославившийся далеко за пределами своей страны фразой «Зима не будет». Заявление в ЦИК об участии в выборах подал и сидящий ныне в СИЗО Госкомитета нацбезопасности, пожалуй, самый известный на сегодня киргизский политик, экс-спикер парламента, лидер старейшей партии «Ата-Мекен» («Отечество») 58-летний Омурбек Текебаев. Помимо прочих заслуг, он считается отцом нынешней Конституции Киргизии.

Последним на данный момент заявление в ЦИК подал еще один перспективный кандидат – самовыдвиженец Таалатбек Масадыков. Пятидесятипятилетний выпускник МГИМО и Лондонской школы экономики, за последние 10 лет он работал политическим директором Специальной миссии ООН в Афганистане. Никогда ранее не участвовавший во внутренней политике, ничем себя не дискредитировавший, Масадыков, судя по его опыту и международным связям, обладает незаурядным потенциалом по решению конфликтов. В условиях нынешней конфронтационной атмосферы в Киргизии выбор Масадыкова может быть очень удачным для поиска примирения в уставшей от обещаний стране.

Московскому политбомонду Масадыков тоже известен – прежде всего своим выступлением на Международной конференции по безопасности. Масадыков тогда представил очень неожиданный, если не сказать шокирующий анализ обстановки в Афганистане, что не могло не понравиться российскому руководству.

Сирийская тема

Потенциально на ход предвыборной кампании в Киргизии могут повлиять новости из Москвы о том, что с Бишкеком якобы идут переговоры по поводу российского предложения послать в Сирию военных наблюдателей для контроля за реализацией договоренностей о создании там четырех зон деэскалации. Об этом сообщил глава комитета по обороне российской Госдумы Владимир Шаманов. Генерал ВДВ, Герой России, получивший это звание за участие в чеченской войне, вряд ли станет придумывать – очевидно, эта тема присутствует в диалоге между Москвой с одной стороны, Астаной и Бишкеком – с другой.

Однако публично в столицах Казахстана и Киргизии официальные лица тут же постарались дезавуировать эти утечки: мол, на уровне МИДа таких дискуссий нет и в ходе визита Атамбаева в Москву эта тема тоже не обсуждалась. Впрочем, заметили в казахстанском МИДе, подобные инициативы возможны лишь в случае получения мандата Совбеза ООН, где Казахстан сегодня является непостоянным членом.

В российском МИДе отреагировали уклончиво. «Россия насильно никого не  уговаривает», – сказал 30 июня замминистра иностранных дел России Геннадий Гатилов. То есть замминистра косвенно подтвердил, что какая-то активность такого рода есть и выступление генерала Шаманова не было его самодеятельностью.

В сочетании с фразой Володина о том, что списанные $240 млн должны стать залогом «стратегического партнерства» России с Киргизией, можно предположить, что «уговаривать» Бишкек будут на целый пакет мер. Скажем так: мы друзья и стратегические партнеры, мы вам обеспечиваем безопасность на Юге, там, где вы просили, по соседству с Афганистаном, а вы предоставляете нам геополитическую поддержку в Сирии, не военную – только наблюдателями, что почетно и выгодно.

Другое дело, что обсуждать эту тему, а тем более принимать по ней решения – это совсем не то, что нужно успешной избирательной кампании. Поэтому сирийскую тему, скорее всего, оставят уходящему президенту страны Киргизии. А дальше в Москве будут готовы к разговору с любым победителем выборов.