Источник: День

Последние события в России заставили многих пересмотреть свои взгляды на эту страну. Впервые за последние 20 лет российские граждане вышли на массовые демонстрации, высказав свое недовольство результатами выборов в Государственную думу. Мы обратились к Лилии Шевцовой — российскому политологу, ведущему научному сотруднику Московского Центра Карнеги, с просьбой подвести политические итоги 2011 года для России:

— Основным политическим итогом уходящего года стал развал прежнего национального общества России и его отказ от политики и критики власти взамен на гарантии стабильности и подъема благосостояния со стороны Кремля и Путина. Этого так называемого путинского консенсуса к концу 2011 года больше не существует.

Второй политический итог — начало делегитимации путинского режима в глазах самой динамичной, активной, думающей и передовой части российского общества. Фактически Путин и его команда — власть в Кремле — потеряли Москву и Санкт-Петербург. Из истории мы знаем, что политическое развитие России зависит в первую очередь от того, в каком направлении движется Москва. Отныне Путин будет ощущать себя в Кремле как в осажденной крепости. Это неблагоприятная атмосфера для его правления. К концу этого года участники первой декабрьской волны протеста начали ощущать, что лозунга «За честные выборы!» и требования к власти вести себя прилично и честно недостаточно. Многие из них начинают ощущать, что нужно переходить от этих системных требований к антисистемным — отказаться от надежды на то, что власть сама может изменить себя к лучшему и провести честные выборы. За декабрьскими протестами последует вторая, третья волны, когда протестная часть российского общества начнет осознавать, что нужна альтернатива этой власти; которая потребует неограниченного пакета политических реформ и отказа от тех статей конституции, которые легитимируют это самодержавие.

Фактически мы присутствуем лишь на начале первого акта будущей российской драмы. От того, как власть будет защищать свои позиции и сумеет ли протестная часть общества себя консолидировать, — и будет зависеть, в каком направлении будут развиваться события.

— Как вы оцениваете заявление Путина, что российская оппозиция не имеет конкретных целей и программ, а также последние перестановки в правительстве?

— Конечно же, власть пытается реагировать на события. Это первый за последнее время момент, когда власть начинает бежать за событиями, которые оказались для нее совершенно неожиданными и шокирующими. Сейчас власть начинает делать совершенно суматошные, абсолютно нескоординированные действия, наделав массу ошибок. Прежде всего Путин с Медведевым стали самыми большими «революционерами», именно они усилили протесты своей наглой и циничной политикой и желанием Путина водвориться в Кремль на следующие 12 лет. Собственно своими абсолютно циничными, хамскими заявлениями в момент телевизионного общения с народом, перед митингом 24 декабря, когда Путин «запустил» высказывание «бандерлоги, ко мне!», на несколько тысяч увеличилась численность митинга. Вместе с тем Кремль пытается продолжать играть на двух роялях. Первый — более мягкий подход. Это — медведевский пакет политических реформ, это обещания либерализации и послабления. Более жесткий пакет — это путинская риторика, его акцент на фронтовую лексику, назначение более «твердокаменных» людей в президентскую администрацию — Иванова, Суркова. Что касается кадровой перестановки Суркова в правительстве, этот момент может означать то, что Путин превращает президентскую администрацию в «железный кулак», который будет ориентирован на жесткий административный и силовой подход. Сурков с его обволакивающим подходом, имитационными играми в рамки этой новой парадигмы уже не вписывается. Поэтому такие кадровые перестановки в последнее время свидетельствуют о том, в каком направлении Путин будет двигаться после марта, а может, перед мартом 2012 года.

— И ваши пожелания с Новым годом.

— Всегда перед Новым годом является традицией говорить о приятном. Но приближается такой год, что, прежде чем сказать приятные слова, нужно обратить внимание на грустные, трезвые и серьезные вещи. Совершенно ясно, что этот год — как для России, так и для Украины — будет очень трудным. Насколько я понимаю, ситуация в Украине тоже говорит о ее зависании в каком-то непонятном цивилизационном пространстве. В обеих странах, очевидно, власти должны будут осознать пределы моделей правления, которыми они оперируют, пределы возможностей старой парадигмы и порядка — и в той и в другой стране. Хотя, конечно, Украина гораздо более плюралистична, в ней гораздо больше свободы самопроявления. Тем не менее мне кажется, что мы еще не все вышли из постсоветской шинели. Думаю, это будет год, когда и общества в наших странах должны будут почувствовать пределы своего желания жить в старых порядках. Сам факт, что следующий год удава будет не похож на год кролика — будет гораздо более своенравным, жестким и непредсказуемым, побуждает нас пожелать друг другу больше любви, больше готовности к дружбе, самопожертвованию и стремления сохранить чувство собственного достоинства.

Оригинал интервью