Комментарий
Рассказ, задуманный как подтверждение исторической силы и суверенитета России, превращается в историю ее хронической пассивности, слабости и уязвимости.
Алексей Уваров
{
"authors": [
"Алексей Арбатов"
],
"type": "legacyinthemedia",
"centerAffiliationAll": "",
"centers": [
"Carnegie Endowment for International Peace",
"Берлинский центр Карнеги"
],
"collections": [],
"englishNewsletterAll": "",
"nonEnglishNewsletterAll": "",
"primaryCenter": "Берлинский центр Карнеги",
"programAffiliation": "",
"programs": [],
"projects": [],
"regions": [
"Американский континент",
"Соединенные Штаты Америки",
"Россия"
],
"topics": [
"Безопасность",
"Оборонная политика США",
"Внешняя политика США"
]
}
Источник: Getty
В прессе
Новые системы глобального удара создают для России очень серьезные проблемы
Системы неядерного быстрого глобального удара (НБГУ), разрабатываемые США, создают для России проблемы, которые не решаются с учетом существующих мер доверия и ограничения вооружений. Российским и американским специалистам, стремящимся сохранить стратегическую стабильность, нужно придумывать новые соответствующие меры.
Алексей Арбатов
24 октября 2013 г.
Источник: РОДП «ЯБЛОКО»
Во вторник, 22 октября, старший научный сотрудник программы «Ядерная политика» Фонда Карнеги Джеймс Эктон провел встречу с российскими журналистами и военными экспертами на тему, что представляет собой неядерное оружие быстрого глобального удара (НБГУ), разработку которого США ведет уже более десяти лет. Участники обсудили, какие потенциальные риски может повлечь развертывание новой системы вооружений. В мероприятии принял участие член Политкомитета «ЯБЛОКА», председатель программы «Проблемы нераспространения» Московского Центра Карнеги Алексей Арбатов.
Новые системы глобального удара создают для России проблемы. В чем состоит наша тревога?Американская ракетная планирующая система создает угрозу практически внезапного удара. Запуск баллистического разгонного блока можно заметить со спутника, но потом ракету российские радары смогут увидеть только непосредственно перед тем моментом, когда она нанесет удар по цели. В этом смысле не так уж важно, обычная на ней боеголовка или ядерная. Кстати, наши специалисты будут в любом случае предусматривать вариант, что боевые блоки оснащены ядерными боезарядами.
При массовом запуске баллистических ракет раньше и теперь предполагается возможность нанесения так называемого ответно-встречного удара. В данном случае не так важно, реалистическая эта концепция или нет, в качестве сдерживания данная возможность работает. Но при запуске ракетно-планирующих систем подтверждение сигнала спутника радаром произойдет слишком поздно для ответно-встречного удара. Или нужно будет начинать ответно-встречный удар по сигналу спутника, что создает огромную опасность ядерной войны по ложной тревоге. В этом первая опасность, если новые системы будут развернуты в большом количестве (много сотен единиц).
Вторая проблема состоит в том, каким должен быть ответ России, если массированная разоружающая атака будет проведена высокоточным неядерным оружием. И тут скорость носителей не так уж важна, хотя на дозвуковых скоростях их легче перехватить системам противовоздушной обороны. Будет ли нанесен ответный удар ядерным оружием? Это самая большая стратегическая проблема, которая мучает наших аналитиков. Ведь ответ на ядерный удар ядерным – логичен. На этом основывается сдерживание. А тут возникает серьезная дилемма: ответить ли на неядерный удар, сопутствующий ущерб от которого будет не очень велик, ядерным возмездием - и получить уничтожающий ядерный удар оставшимися у агрессора ядерными силами. Или не ответить и потерять свои ядерные силы под неядерными ударами противника?
Для решения этой проблемы путем договоров перестают эффективно работать существующие меры доверия и ограничения вооружений. Нужно придумывать новые - и этим надо уже сейчас заниматься российским и американским специалистам, которые стремятся сохранить стратегическую стабильность. А не заламывать руки и кричать: «Караул, нас окружают!».
О авторе
Алексей Арбатов
руководитель Центра международной безопасности ИМЭМО имени Е.М. Примакова
Алексей Арбатов – руководитель Центра международной безопасности Национального исследовательского института мировой экономики и международных отношений имени Е.М. Примакова.
БезопасностьОборонная политика СШАВнешняя политика СШААмериканский континентСоединенные Штаты АмерикиРоссия
Карнеги не занимает институциональных позиций по вопросам государственной политики; изложенные здесь взгляды принадлежат автору(ам) и не обязательно отражают взгляды Карнеги, его сотрудников или попечителей.
- Удел вечной жертвы. Почему история «по-путински» подрывает тезис о сильной России
- Незаменимые соучастники. Зачем Z-блогеры разоблачают мифы путинской пропагандыБрошюра
Влияние Z-пространства на политику или общественные настроения в России крайне незначительно. Но как источник информации — при системном, критическом и осторожном чтении — оно почти незаменимо. Z-каналы позволяют увидеть не только отдельные факты войны, но и механизмы, благодаря которым они возникают.
Иван Филиппов
- Сломанная трилемма Путина. Почему экономика России больше не тянетКомментарий
По отдельности плохие новости этого года читаются как не более чем проблемы конкретных отраслей. Но вместе они показывают, что государство отказывается от собственных правил, потому что больше не может им следовать — правила мешают управлять в ручном режиме.
Александра Прокопенко
- Розыск со всех сторон. Чем отличаются западные и российские проблемы Павла ДуроваКомментарий
В то время как Запад требует от Telegram большей ответственности как посредника по передаче информации, Россия требует от Дурова полного подчинения любым требованиям властей.
Мария Коломыченко
- Цинизм не по существу. Почему закрытый разговор с директором ЦРУ был лишен смыслаКомментарий
Россия уже не первое десятилетие настаивает на преимуществах откровенных разговоров за закрытыми дверями. Но на деле Москва на всех уровнях давно практикует то, в чем обвиняет других, — стирание разницы между публичной и непубличной риторикой.
Александр Баунов
