Источник: Getty
Комментарий

«Талибан» в законе. Зачем Россия сближается с Афганистаном

Кремлю близок антизападный нарратив талибов, которые с уходом американских войск объявили об обретении страной «полной независимости». Москва активно эксплуатирует тему неудач натовской коалиции в Афганистане, пытаясь увязать это с якобы ошибочной политикой Запада в отношении России

13 сентября 2023 г.
Фонд Карнеги признан нежелательной организацией на территории России. Если вы в РФ — пожалуйста, не размещайте публично ссылку на эту статью.

Россия — одно из немногих государств, активно развивающих отношения с Исламским Эмиратом Афганистан. Правящий там «Талибан» остается «запрещенной в РФ террористической организацией», но это не мешает Москве приглашать представителей движения на экономические форумы и обсуждать с ними амбициозные проекты.

Россия рассчитывает на серьезные выгоды от дружбы с Афганистаном — тут и новые торговые маршруты для смягчения западных санкций, и укрепление репутации Москвы как союзника Глобального Юга, и близость антизападного нарратива Кремля с идеологией талибов, строящейся на противопоставлении себя западным ценностям. Однако реальные возможности для развития торгово-экономического или гуманитарного сотрудничества между двумя странами весьма ограничены.

Адекватные мужики

Когда в 1996–2001 годах талибы руководили Афганистаном, ни о какой дружбе с Россией не могло быть и речи. Во-первых, «Талибан» признал независимость Чечни. Во-вторых, Москва всячески пыталась выстроить хорошие отношения с Западом. Неслучайно в октябре 2001 года тогда еще молодой российский лидер Владимир Путин поддержал антитеррористическую операцию США и их союзников в Афганистане.

В течение последующих двух десятилетий отношения России и Запада становились все хуже. На этом фоне менялось восприятие Кремлем талибов. В августе 2021 года, когда радикалы приближались к Кабулу, западные дипломаты спешно сжигали секретные документы и эвакуировались из страны. А вот российское посольство сохраняло спокойствие. К моменту триумфального вступления талибов в афганскую столицу у Москвы уже были налажены с ними контакты. Вспомнить хотя бы то, что представители «Талибана» неоднократно приезжали в РФ на межафганские переговоры.

Через два дня после падения правительства Исламской республики Афганистан посол РФ Дмитрий Жирнов публично встретился с талибами. Он стал первым иностранным дипломатом в Кабуле, решившимся на такой шаг. Боевики «Талибана», которых Жирнов называл «адекватными мужиками», стали обеспечивать безопасность посольства. Вдобавок именно российская дипмиссия, как бы подыгрывая талибам, распространила информацию о том, что свергнутый президент Ашраф Гани позорно бежал «на машинах, набитых деньгами».

Кремлю оказался близок антизападный нарратив талибов, которые с уходом последнего американского солдата в ночь на 31 августа 2021 года объявили об обретении страной «полной независимости». Российское руководство стало активно эксплуатировать тему неудач натовской коалиции в Афганистане, пытаясь увязать это с якобы ошибочной политикой Запада в отношении Москвы. «Судя по катастрофе НАТО в Афганистане, Альянсу нужны учения не в полях и лугах, а в горах и степях. Но, видимо, действительно заигрались в виртуальное противостояние России», — высказалась однажды представитель российского МИДа Мария Захарова.

Остатки былого

В разговорах о связях Москвы и Кабула неизбежно всплывает тема прошлого. В 1950–1980-е годы при участии СССР в Афганистане было построено более сотни промышленных и инфраструктурных объектов, различные ирригационные сооружения, более тысячи километров дорог, мосты, три аэропорта и многое другое.

Отголоски советского присутствия заметны и сегодня. На улицах афганских городов нередко встречаются автомобили или проржавевшая военная техника из СССР. А многие представители старшего поколения говорят по-русски.

Однако это скорее пережитки прошлого. Сегодня у Москвы нет в Афганистане прежнего влияния — ни гуманитарного, ни экономического. Афганская молодежь, которая страдает от колоссальной безработицы и отсутствия каких-либо перспектив, не мечтает уехать в Москву или, скажем, Воронеж. В основном молодые афганцы горят желанием попасть в США, а РФ считают запасным вариантом.

Во-первых, из-за приостановки работы российского консульства получить визу в Россию непросто. Во-вторых, судя по рассказам афганцев, с которыми я недавно общался в Кабуле, многие из них уже считают Россию небезопасной страной, где беспилотники едва ли не ежедневно атакуют столицу. В-третьих, утеряны прежние рычаги гуманитарного влияния. 

В Афганистане нет масштабных образовательных и гуманитарных программ, связанных с Россией (например, по изучению русского языка). И похоже, что заниматься их организацией никто не планирует. Зато активно действуют конкуренты — например, Турция, которая развивает сеть своих лицеев и школ по всему Афганистану.

Да, в Кабуле есть Русский дом. Но его сотрудники заняты не гуманитарными инициативами, а продвижением политической повестки Кремля. Типичное мероприятие Русского дома — круглый стол по ситуации в Украине.

Сотрудничество на словах

Не все благополучно и с торгово-экономической точки зрения. По данным Национального управления статистики и информации Афганистана (NSIA), за год, с 21 марта 2022 года по 20 марта 2023 года, на Россию пришлось всего 4% афганского импорта ($289 млн). Далеко впереди такие страны, как Иран (20%, $1,4 млрд), Китай (18%, $1,2 млрд) и Пакистан (16%, $1,1 млрд).

Показательно, что в Россию на Петербургский международный экономический форум приезжают небольшие делегации чиновников «Талибана», а, например, в проходившей недавно в КНР выставке «Китай — Южная Азия» участвовали не менее 50 афганских бизнесменов. Конкретный пример сотрудничества: в начале года китайская компания CAPEIC подписала с талибами 25-летний контракт на добычу нефти, в рамках которого будет ежегодно инвестировать в Афганистан по $150 млн. Для российских компаний подобные масштабы сейчас недостижимы.

В Москве проявляют интерес к целому ряду амбициозных проектов с участием Кабула — например, строительству газопровода ТАПИ (Туркменистан — Афганистан — Пакистан — Индия) или Трансафганской железной дороги (ТАЖД). Но все они далеки от реализации, в первую очередь — из-за проблем с безопасностью в самом Афганистане. Также пока лишь на бумаге остается договоренность о строительстве российскими специалистами ТЭЦ на севере Афганистана.

Перспективное направление — увеличение поставок сырья из России. Это нужно талибам на фоне тяжелейшей ситуации в афганской экономике: по данным Всемирного банка, за последние два года она сократилась на 35%, а две трети населения живет за чертой бедности.

В сентябре 2022 года агентство Reuters сообщило о крупной сделке: Россия обязалась ежегодно поставлять Афганистану около 1 млн тонн бензина, такое же количество дизельного топлива и примерно 500 тысяч тонн сжиженного природного газа. Помимо этого, РФ решила отправлять в Афганистан по 2 млн тонн пшеницы в год. 

В Москве подтвердили факт сделки, однако мои собеседники в правительстве «Талибана» давали понять: на практике все пока совсем не так, как планировалось. По данным NSIA, ежегодный импорт пшеницы в Афганистан увеличился за последний год с 731 тысячи тонн до 794 тысяч тонн, но это всего 8%.

Талибы явно не удовлетворены масштабами сотрудничества. На каждой встрече с российскими властями они призывают Москву проработать пути развития двусторонней торговли и упростить визовый режим для афганских бизнесменов. Но практических результатов пока немного.

Взрывоопасное партнерство

Тем не менее для талибов Кремль — удобный партнер. Российских чиновников, в отличие от Запада, мало интересуют такие вопросы, как права человека или женское образование, де-факто запрещенное талибами.

Что действительно волнует Москву, так это терроризм. «Сегодня основные вызовы и угрозы для региона формируются на территории Афганистана, где после десятилетий американского протектората усиливается влияние международных террористических организаций», — заявил в августе Сергей Шойгу, обвиняя Запад во взаимодействии с вооруженными группировками на афганской территории.

5 сентября 2022 года российские дипломаты на себе ощутили степень террористической угрозы в Афганистане: смертник подорвался у посольства в Кабуле, в результате погибли два сотрудника диппредставительства. Ответственность за случившееся взяла на себя группировка «Исламское государство — Хорасан».

Талибы настаивают на том, что террористическая угроза в стране ликвидирована, а обвинения со стороны РФ не имеют под собой оснований. С ними можно согласиться в том, что динамика позитивна: по информации австралийского Института экономики и мира (IEP), составляющего «Глобальный индекс терроризма», в 2022 году в Афганистане произошло на 75% меньше терактов, чем годом ранее.

Однако, по тем же данным, Афганистан по-прежнему занимает первое место в рейтинге наиболее опасных стран с точки зрения террористической угрозы. Так что расчет Москвы, что приход к власти талибов поможет снизить исходящую из Афганистана террористическую угрозу, пока сложно назвать оправдавшимся.

Рецепт от одиночества

Так или иначе, Кремль считает важным развивать отношения с Кабулом. Неслучайно уже в апреле 2022 года МИД РФ аккредитовал представителя талибов в качестве временного поверенного в делах посольства Афганистана. Страны, к тому моменту сделавшие что-то подобное, можно пересчитать по пальцам.

Учитывая экономическую изоляцию со стороны Запада, у Москвы остается не так много альтернатив для выстраивания логистических цепочек с внешним миром. Поэтому Кремлю важно партнерство с Исламским Эмиратом Афганистан — так же, как и, например, с Ираном. Плюс союз с талибами (как и с другими режимами-изгоями вроде сирийского) — это возможность для российских властей доказывать (в первую очередь самим себе), что они не одиноки в антизападном лагере.

Ближайший визит делегации «Талибана» в Россию запланирован на 29 сентября: в Казани встретятся участники так называемого московского формата по Афганистану. Среди них — не только российские дипломаты и талибы, но и представители Китая, Пакистана, Узбекистана и других стран. Они обсудят борьбу с терроризмом и наркоторговлей. Но речь, опять же, идет скорее о стремлении Москвы опровергнуть тезис о международной изоляции, а не о желании всерьез заниматься решением афганских проблем.

Скорее всего, в качестве следующего шага на пути сближения с Афганистаном Россия официально исключит «Талибан» из списка террористических организаций и признает сформированное им правительство. Однако это тоже чисто символические жесты. Реальному развитию двусторонних отношений (прежде всего экономических) они вряд ли будут способствовать.

Фонд Карнеги за Международный Мир как организация не выступает с общей позицией по общественно-политическим вопросам. В публикации отражены личные взгляды автора, которые не должны рассматриваться как точка зрения Фонда Карнеги за Международный Мир.