• Commentary
  • Research
  • Experts
  • Events
Carnegie China logoCarnegie lettermark logo
{
  "authors": [
    "Алексей Малашенко"
  ],
  "type": "commentary",
  "centerAffiliationAll": "",
  "centers": [
    "Carnegie Endowment for International Peace",
    "Берлинский центр Карнеги"
  ],
  "collections": [],
  "englishNewsletterAll": "",
  "nonEnglishNewsletterAll": "",
  "primaryCenter": "Берлинский центр Карнеги",
  "programAffiliation": "",
  "programs": [],
  "projects": [],
  "regions": [
    "Россия"
  ],
  "topics": [
    "Политические реформы",
    "Религия",
    "Экономика"
  ]
}

Источник: Getty

Комментарий
Берлинский центр Карнеги

Россия разделенная

В 2014 г. этноконфессиональная напряженность в РФ несколько уменьшилась по причине украинского кризиса: ксенофобские настроения оказались переориентированы с внутреннего раздражителя — мигрантов — на внешнего врага — Запад и Украину. Однако это отнюдь не ведет к исчезновению ксенофобии; наоборот, общий потенциал агрессивности продолжает нарастать, и главным ее объектом останутся мигранты.

Link Copied
Алексей Малашенко
11 ноября 2014 г.
Российская Федерация включила Фонд Карнеги за международный мир в список «нежелательных организаций». Если вы находитесь на территории России, пожалуйста, не размещайте публично ссылку на эту статью.

Источник: Eurasia Outlook

Межэтническая и межконфессиональная напряженность — постоянный фактор российской общественно-политической жизни. Ее главным источником остается миграция: внешняя (прежде всего из Центральной Азии) и внутренняя (с Северного Кавказа). Сохранению напряженности способствуют такие факторы, как отсутствие у государства адекватной миграционной политики и коррумпированность структур, ответственных за контроль над миграционными потоками.

Напряженность проявляется синусоидально, но в целом в последние два десятилетия эта синусоида имеет тенденцию к росту.

Наиболее остро напряженность проявляется в Москве, Республике Дагестан и Ханты-Мансийском автономном округе (ХМАО). В этих регионах она носит систематический характер. В столице РФ это связано с наличием большого количества мигрантов, число которых превышает 2 млн чел.; в Дагестане это обусловлено распространением радикальных исламистских настроений. Что же касается ХМАО, то данный округ попал в категорию кризисных территорий сравнительно недавно — пять-шесть лет назад. Там, как и в Москве, устойчивость межэтнических столкновений объясняется быстрым ростом числа мусульман-мигрантов, что привело к изменению демографической ситуации.

Непростая ситуация складывается еще в 18 регионах России — в частности, к ним относятся Астраханская, Волгоградская, Ростовская области, Республика Башкортостан. Там также отмечаются неоднократные — одиночные и групповые — конфликты на этноконфессиональной основе, как насильственные, так и без применения силы.

В подготовленном Центром изучения национальных конфликтов и «Клубом Регионов» рейтинге межэтнической напряженности в регионах России (весна — осень 2014 года) под символическим названием «Гроздья гнева» указывается, что только в 30 регионах РФ в этот период «отсутствуют насильственные конфликтные действия» на этнической почве. Однако известно, что и в этих благополучных регионах, куда, кстати, попали Ингушетия, Чеченская Республика, Нижегородская область, Пермский край, имеют место конфликты и даже террористические акты.

В последние годы в России наблюдается возникновение новых этнокультурных ареалов, создаваемых мигрантами, большинство которых не вписываются в чужую для них среду и пытаются жить в соответствии с принятыми на их родине нормами. Появляются целые мигрантские «поселки» со своими законами и даже со своей инфраструктурой. Некоторые специалисты считают, что в отдельных регионах, в том числе в окраинных районах Москвы, идет геттоизация, хотя еще 10 лет тому назад это считалась невозможным.

Происходит исламизация мигрантов, которые все более остро ощущают свою конфессиональную идентичность. К тому же мусульманская миграция стала каналом для проникновения в Россию радикальных исламистских настроений. Это приводит к росту исламофобии.

В 2014 г. этноконфессиональная напряженность несколько уменьшилась. В период с апреля по сентябрь включительно количество конфликтов на национальной почве снизилось более чем на треть (35%) по сравнению с предыдущим полугодием. Если до конца текущего года не произойдет серьезных эксцессов, то в целом 2014 год может стать спокойнее, чем предыдущий. Причиной этого является украинский кризис, в результате которого националистические и в целом ксенофобские настроения в обществе оказались переориентированы с внутреннего раздражителя — мигрантов — на внешнего врага — Запад, в первую очередь США, а также на Украину, которой официальная российская пропаганда настойчиво приписывает даже фашистские настроения.

Однако очевидно и другое: переориентация ксенофобии с внутренних целей на внешние отнюдь не ведет к ее исчезновению. Скорее наоборот: общий потенциал агрессивности в обществе продолжает нарастать — и главным ее объектом останутся «пришельцы» из соседних государств, а также с Кавказа, с которыми пропитанное националистическим духом население сталкивается намного чаще, чем с «врагами» с Запада. Во время «Русского марша» 4 ноября 2014 г. председатель оргкомитета Партии националистов Дмитрий Дёмушкин вновь заявил, что его организация не прекращает борьбу против миграции из Центральной Азии.

Оригинал поста

О авторе

Алексей Малашенко

Бывший консультант программы «Религия, общество и безопасность»

Malashenko is a former chair of the Carnegie Moscow Center’s Religion, Society, and Security Program.

    Недавние работы

  • В прессе
    Трения или столкновение?

      Алексей Малашенко

  • В прессе
    ИГ в 2017 году полностью не исчезнет

      Алексей Малашенко

Алексей Малашенко
Бывший консультант программы «Религия, общество и безопасность»
Алексей Малашенко
Политические реформыРелигияЭкономикаРоссия

Карнеги не занимает институциональных позиций по вопросам государственной политики; изложенные здесь взгляды принадлежат автору(ам) и не обязательно отражают взгляды Карнеги, его сотрудников или попечителей.

  • Статья
    Опасность «переплетения» ядерных и неядерных вооружений: как снизить риск?

    Угроза ядерной войны нарастает, и поэтому Китай, Россия и Соединенные Штаты не должны ждать улучшения отношений, чтобы начать предпринимать соответствующие усилия по управлению новыми технологиями.

  • Отчет
    Невидимая угроза: российские и китайские эксперты о рисках непреднамеренной эскалации конфликта

    Попытки снизить риски непреднамеренной эскалации конфликта, связанные с феноменом «переплетения» ядерных и неядерных вооружений, должны начинаться с серьезного анализа этих рисков.

  • Комментарий
    Китай у ворот: новый аудит отношений Китая и ЕС

    С ростом влияния Китая, Европа стремится к взаимности и более реалистичному подходу в отношениях с восточным партнером.

  • Статья
    Внешняя политика Китая «по Си Цзиньпину»

    На XIX съезде китайской компартии председатель КНР Си Цзиньпин предложил не только своей стране, но и всему миру всеобъемлющую и амбициозную программу развития, реализация которой может оказать серьезное влияние на сферы глобального управления, международных торговли и безопасности.

      Се Тао

  • Статья
    Может ли Китай помочь Венесуэле?

    Роль Пекина и его реакция на нынешний экономический кризис в Венесуэле заслуживают дальнейшего изучения, особенно в свете основной модели отношений Китая с этой развивающейся страной — «займы в обмен на нефть».

Получайте Еще новостей и аналитики от
Carnegie China
Carnegie China logo, white
Keck Seng Tower133 Cecil Street #10-01ASingapore, 069535Телефон: +65 9650 7648
  • Research
  • About
  • Experts
  • Events
  • Contact
  • Careers
  • Privacy
  • For Media
Получайте Еще новостей и аналитики от
Carnegie China
© 2026 Carnegie Endowment for International Peace. All rights reserved.