{
"authors": [],
"type": "other",
"centerAffiliationAll": "dc",
"centers": [
"Carnegie Endowment for International Peace",
"Carnegie Europe",
"Берлинский центр Карнеги"
],
"collections": [],
"englishNewsletterAll": "ctw",
"nonEnglishNewsletterAll": "",
"primaryCenter": "Carnegie Endowment for International Peace",
"programAffiliation": "russia",
"programs": [
"Russia and Eurasia"
],
"projects": [],
"regions": [
"Россия",
"Западная Европа",
"Европа",
"Россия и Кавказ"
],
"topics": [
"Внешняя политика США"
]
}
Источник: Getty
Несмотря на оптимистические заявления о партнерстве и стратегическом сотрудничестве, саммит Россия — ЕС в Ростове-на-Дону не увенчался подписанием значимых соглашений. В отношениях между Москвой и Брюсселем начался период стагнации, паузы.
Несмотря на оптимистические заявления о партнерстве и стратегическом сотрудничестве, саммит Россия — ЕС в Ростове-на-Дону не увенчался подписанием значимых соглашений. В отношениях между Москвой и Брюсселем начался период стагнации, паузы — пока политики с обеих сторон разбираются с собственными серьезными проблемами внутриполитического и международного порядка, а также взвешивают выгоды и издержки дальнейшей интеграции.
В новой серии комментариев эксперты Фонда Карнеги из Москвы, Брюсселя и Вашингтона анализируют нынешнее состояние этих отношений, оценивают вызовы и благоприятные возможности, которые привносят в процесс обе стороны, и делают выводы, позволяющие яснее понять, что можно и чего нельзя сделать для продвижения вперед в отношениях между ЕС и Россией.
Необходимость прочных политических отношений между Москвой и Брюсселем очевидна, как и связанные с этим задачи. Однако столь же ясно видны барьеры на этом пути: Европа при выработке единого курса по отношению к России сталкивается с административными и политическими препятствиями, а Россия по-прежнему не желает проводить реформы, которые обеспечили бы ей полную «совместимость» с ЕС. Кроме того, среди самых серьезных задач — включение в российско-европейские отношения «составляющей ЕС», ведь пока их развитие почти полностью определяется не в Брюсселе, а в столицах стран — участниц Евросоюза.
В связи с изменившимися условиями на рынке, удорожанием добычи энергоносителей и реальной заинтересованностью в повышении энергоэффективности Россия сегодня может приобрести немалую выгоду от укрепления сотрудничества с Европой в этой области. Тем не менее нет никаких гарантий, что энергетическая сфера станет катализатором «перемотки вперед» партнерства России и ЕС. Чтобы добиться реального прогресса, обеим сторонам необходимо выработать более четкую концепцию собственной энергетической безопасности и определить цену, которую они готовы платить за сотрудничество.
Предпринимаемые в России меры по повышению эффективности, диверсификации и продвижению к «экономике знаний» в сочетании с осознанием необходимости иностранных инвестиций для успеха этих усилий могли бы открыть путь к подлинному «партнерству для модернизации» с Европой. Однако ориентация Москвы на управление экономикой «сверху» и ее нежелание довериться рыночным силам делают такое партнерство затруднительным.
России от Европы нужны технологические ресурсы для поддержания ее нынешней экономической и политической системы в работоспособном состоянии. Европа, однако, стремится к гармонизации институтов и интеграции, в основе которой должна лежать демократизация в России. Если Европа хочет этого добиться, ей необходимо найти способы (в том числе и за счет упрощения визового режима) интегрироваться непосредственно с российскими гражданами и бизнесом в обход Кремля.
Карнеги не занимает институциональных позиций по вопросам государственной политики; изложенные здесь взгляды принадлежат автору(ам) и не обязательно отражают взгляды Карнеги, его сотрудников или попечителей.
По мере приближения парламентских выборов премьер-министр Армении сталкивается со все большим сопротивлением со стороны России и армянской диаспоры. Для отстаивания своей амбициозной внешнеполитической программы Пашиняну понадобится помощь Европы, США и соседних стран.
Томас де Ваал
Вокруг Армении сложилась нестабильная геополитическая обстановка. Отношения с Россией становятся все более напряженными, но страна по-прежнему сильно зависит от нее в сфере энергетики и торговли, а также формально остается военным союзником. При этом общество поддерживает идею диверсификации внешней политики: практически никто не хочет возврата к той зависимости от России в области безопасности, которая имела место до 2020 года.
Томас де Ваал
Основная цель Москвы — сохранение текущего статус-кво и удержание Боснии в подвешенном состоянии. Для этого Кремлю достаточно просто поддерживать на должном уровне напряженность за счет резкой риторики. Россия оказалась не очень щедра на финансовую помощь Республике Сербской. Но она, судя по всему, одержала победу в битве за сердца и умы боснийских сербов.
Димитар Бечев
До полномасштабного вторжения РФ в Украину казалось, что многие страны, не входящие в ЕС и НАТО, навсегда останутся в серой зоне между Россией и Западом. Но теперь они оказались в гораздо более выгодном для себя положении и могут двигаться по пути евроатлантической интеграции, наращивая сотрудничество с Европейским союзом и США. Впрочем, на этом пути остается множество препятствий
Димитар Бечев, Томас де Ваал, Максим Саморуков
Пока Турция получает огромные прибыли от торговли российскими энергоносителями, частичный разворот на Запад не скажется на ее отношениях с Россией
Димитар Бечев