В прессе
Алексей Малашенко
{
"authors": [
"Алексей Малашенко"
],
"type": "legacyinthemedia",
"centerAffiliationAll": "dc",
"centers": [
"Carnegie Endowment for International Peace",
"Берлинский центр Карнеги"
],
"collections": [],
"englishNewsletterAll": "ctw",
"nonEnglishNewsletterAll": "",
"primaryCenter": "Берлинский центр Карнеги",
"programAffiliation": "russia",
"programs": [
"Russia and Eurasia"
],
"projects": [],
"regions": [
"Россия и Кавказ",
"Россия"
],
"topics": [
"Политические реформы",
"Внутренняя политика России"
]
}
Источник: Getty
В прессе
Крест на власти
Сейчас во всем мире религия неотделима от политики, и Патриарх Кирилл ведет себя соответственно, охотно приобщаясь к политической деятельности. Однако если Патриарх все время заметен среди политиков, то это ставит его на одну доску с ними, а политиков в российском обществе не любят.
18 августа 2010 г.
Источник: Независимая газета — НГ-Религии
После каждого значимого события, связанного с Патриархом Кириллом, журналистам и независимым экспертам обычно крепко достается от тех представителей Московского Патриархата, кому по долгу службы положено охранять от посягательств информационный имидж церковного священноначалия. Журналистам и экспертам пеняют на то, что они оценивают главу РПЦ как обычную политическую персону, забыв о сакральной сути священного сана. Можно ли говорить о Патриархе в том же деловитом тоне, что и о государственных деятелях, или, обращаясь к церковной теме, сотрудникам СМИ следует брать только торжественные ноты? Свое мнение на этот счет по просьбе «НГР» высказывает член научного совета Московского Центра Карнеги Алексей Малашенко:
«На сегодняшний день не только в России, но и по всему миру, в том числе в Европе, не говоря уж о мусульманских странах, религия от политики неотделима. Безусловно, всюду декларируется ее отделение от государства по Конституции, но политическое присутствие религии наблюдается повсеместно. Происходит это в силу целого ряда причин. Например, в России светские политики – и в правительстве, и в Госдуме – нуждаются в авторитете Церкви для дополнительной легитимации своей власти. Они хотят получить большее уважение в глазах общества, которое, как известно, относится к религии очень благосклонно.
С этой точки зрения фигура Патриарха Кирилла, то, как он себя ведет, вполне соответствует ситуации. ...
О авторе
Алексей Малашенко
Бывший консультант программы «Религия, общество и безопасность»
Malashenko is a former chair of the Carnegie Moscow Center’s Religion, Society, and Security Program.
- Трения или столкновение?
- ИГ в 2017 году полностью не исчезнетВ прессе
Алексей Малашенко
Недавние работы
Карнеги не занимает институциональных позиций по вопросам государственной политики; изложенные здесь взгляды принадлежат автору(ам) и не обязательно отражают взгляды Карнеги, его сотрудников или попечителей.
- Сирийская военная реформа и интересы РоссииКомментарий
В своем стремлении реструктурировать и реформировать сирийские вооруженные силы Россию ждет немало трудностей. Именно в создании сильной сирийской армии она видит ключ к сдерживанию иранского влияния, завершению своего военного участия в конфликте и окончанию гражданской войны на условиях, благоприятных для режима Асада.
- Почему убийство Сулеймани стало подарком для иранского режимаКомментарий
В самой Исламской Республике на осознание последствий смерти Сулеймани уйдут годы. Однако один результат уже есть – режим получил шанс на спасение
- Последняя месть Сулеймани. Чем обернется для США убийство иранского генералаКомментарий
Мир находится сейчас у опасной развилки, к которой его подвело бездумное решение Трампа выйти из ядерной сделки. Когда сделка еще действовала, Иран хоть и был противником США, но не сбивал американские беспилотники в нейтральных водах, не наносил ракетные удары по судам в Персидском заливе, а в Ираке шиитские ополченцы не нападали на американцев. Отказавшись от ядерного соглашения без каких-либо доказательств обмана со стороны Ирана, США запустили предсказуемый цикл эскалации
- Принц и убийство. Как смерть журналиста изменит саудовскую властьКомментарий
К каким бы последствиям ни привело убийство Хашогги, позиции Мухаммеда бин Салмана достаточно прочны, чтобы никто не мог бросить ему вызов внутри страны. А возможности внешнего давления сильно ограничены. Учитывая то, насколько тесны связи Запада с Саудовской Аравией, чрезвычайно трудно представить, что против наследного принца будут введены международные санкции, достаточно серьезные, чтобы он столкнулся с реальными трудностями
- Как Россия расширяет свое влияние в ЛиванеКомментарий
Вне зависимости от того, будет ли осуществлено российское предложение по возвращению сирийских беженцев, в обозримом будущем военное присутствие и влияние России в Сирии неизбежно будет оказывать воздействие на ливанскую политику. А это означает, что после окончательного спасения режима Асада она вполне может начать рассматривать Ливан как еще один трофей сирийской войны
