{
"authors": [
"Алина Гарбузняк",
"Алексей Малашенко"
],
"type": "legacyinthemedia",
"centerAffiliationAll": "dc",
"centers": [
"Carnegie Endowment for International Peace",
"Берлинский центр Карнеги"
],
"collections": [],
"englishNewsletterAll": "ctw",
"nonEnglishNewsletterAll": "",
"primaryCenter": "Берлинский центр Карнеги",
"programAffiliation": "russia",
"programs": [
"Russia and Eurasia"
],
"projects": [],
"regions": [
"Россия и Кавказ",
"Россия"
],
"topics": [
"Политические реформы",
"Внутренняя политика России"
]
}
Источник: Getty
Алексею Кудрину прочат место во главе оппозиционной правой партии, которая, видимо, будет создана. Кудрин — чуть ли не единственный, кто может ее возглавить, и его будет трудно скинуть. Конечно, эта партия будет не полностью самостоятельной, но она будет серьезнее прохоровской.
Источник: Московские новости
Эксперт Московского Центра Карнеги Алексей Малашенко:
Я думаю, что создание такой партии просто неизбежно, если она не будет создана, все покатится неизвестно куда. Сейчас вопрос в том, насколько эта партия будет контролируема. Кудрин — это не тот человек, которым можно манипулировать, что он доказал, будучи министром финансов. То, что создание партии поддержал Сурков, это, в общем, от отчаяния, я бы так сказал.
Скорее всего, партия будет создана, но это будет очень болезненный процесс. Кудрин разделит элиту: кто-то будет за него, безусловно, потому что это блестящий финансист. А кто-то будет категорически против, потому что он наступит им на горло — мы знаем, как он ведет себя по отношению к бюджету.
С моей точки зрения, на сегодняшний день Кудрин чуть ли не единственный человек, кто может возглавить эту партию. И шею ему просто так не свернешь. Партия будет не полностью самостоятельной, это совершенно очевидно, но это и не будет прохоровское гульбище, она будет серьезнее.
Это будет тот редкий случай, когда у партии будет реальная программа, а не популизм. На это потребуется время. Все, что сейчас происходит, идет под «крышей» президентских выборов. Это создает ненормальную обстановку. Непросто что-то создать на фоне ожиданий того, как будут голосовать за Путина. На сегодняшний день общая задача всей этой конторы, нашего политического класса, это сохранить Путина. Если появляется человек, подобный Кудрину, это ставит какие-то проблемы. Потому что он станет критиковать того же Путина и критиковать очень весомо и профессионально.
Кудрин — человек реформаторского толка, у него есть какие-то пункты, следуя которым можно улучшить экономическое положение России. Но у него один «минус»: он не тянет на харизму: у него тихий голос, он носит очки.
Создание партии во главе с Кудриным будет концом для Медведева. Очень возможно, что Кудрин станет премьером, но не сразу. Думаю, правая партия может быть создана намного раньше, чем мы думаем. Если это будет повтор Прохорова, Кудрин на это не пойдет, если это будет что-то иное, то очень многие вокруг Путина испугаются.
Алина Гарбузняк
Бывший консультант программы «Религия, общество и безопасность»
Malashenko is a former chair of the Carnegie Moscow Center’s Religion, Society, and Security Program.
Карнеги не занимает институциональных позиций по вопросам государственной политики; изложенные здесь взгляды принадлежат автору(ам) и не обязательно отражают взгляды Карнеги, его сотрудников или попечителей.
В своем стремлении реструктурировать и реформировать сирийские вооруженные силы Россию ждет немало трудностей. Именно в создании сильной сирийской армии она видит ключ к сдерживанию иранского влияния, завершению своего военного участия в конфликте и окончанию гражданской войны на условиях, благоприятных для режима Асада.
В самой Исламской Республике на осознание последствий смерти Сулеймани уйдут годы. Однако один результат уже есть – режим получил шанс на спасение
Мир находится сейчас у опасной развилки, к которой его подвело бездумное решение Трампа выйти из ядерной сделки. Когда сделка еще действовала, Иран хоть и был противником США, но не сбивал американские беспилотники в нейтральных водах, не наносил ракетные удары по судам в Персидском заливе, а в Ираке шиитские ополченцы не нападали на американцев. Отказавшись от ядерного соглашения без каких-либо доказательств обмана со стороны Ирана, США запустили предсказуемый цикл эскалации
К каким бы последствиям ни привело убийство Хашогги, позиции Мухаммеда бин Салмана достаточно прочны, чтобы никто не мог бросить ему вызов внутри страны. А возможности внешнего давления сильно ограничены. Учитывая то, насколько тесны связи Запада с Саудовской Аравией, чрезвычайно трудно представить, что против наследного принца будут введены международные санкции, достаточно серьезные, чтобы он столкнулся с реальными трудностями
Вне зависимости от того, будет ли осуществлено российское предложение по возвращению сирийских беженцев, в обозримом будущем военное присутствие и влияние России в Сирии неизбежно будет оказывать воздействие на ливанскую политику. А это означает, что после окончательного спасения режима Асада она вполне может начать рассматривать Ливан как еще один трофей сирийской войны