Источник: Eurasia Outlook

Длившееся в ночь с 3 на 4 декабря этого года сражение в Грозном поставило под сомнение вопрос о способности властей контролировать ситуацию даже в считающейся ныне стабильной северокавказской республике — Чечне.

Ночью в город проникла группа боевиков, состоявшая, по официальным данным, из 10-12 человек. По другим сведениям, боевиков было намного больше. Журналистка Милана Мазаева пишет, что их была сотня; это же подтвердил сотрудник дорожно-постовой службы. В экстремистской организации «Имарат Кавказ» заявили о 400 чел. (данное число выглядит явно завышенным). Так или иначе, но действовал многочисленный отряд, который, вероятно, подстраховывался другими подразделениями боевиков.

Нападавшие были хорошо вооружены, в том числе подствольниками и гранатометами. Действовали они нахраписто, и справиться с ними оказалось непросто. Для их уничтожения в город было дополнительно введено 400 бойцов, использована тяжелая техника, но все равно бой продолжался несколько часов. В итоге погибли 14 полицейских и военнослужащих, ранено — 28 человек. Разгромлен чеченский Дом печати, школа № 20, подожжен рынок «Беркат».

Уже во время сражения ответственность за происходящее взял на себя «Имарат Кавказ». Приказ боевикам об атаке был отдан «амиром Чечни» Хамзатом (Асланом Батюкаевым), участником теракта в аэропорту Домодедово в 2011 г., человеком амбициозным и, видимо, хорошим организатором. Говорят, что он является руководителем известного своей дерзостью батальона «Риад ас-Салихун» («Сады праведных»), которым раньше командовал Шамиль Басаев, — хотя толком неясно, существует ли до сих пор этот батальон.

Складывается ощущение, что «Имарат Кавказ» как будто обрел второе дыхание. Сейчас организация возглавляется Алисхабом Кебековым, который пока что не заявил о себе как о безусловном лидере; зато чеченский «амир» Хамзат настроен решительно, да и выглядит харизматичнее. Так или иначе, нынешние «имаратчики» готовы идти на самые рискованные акции. Может быть, на это их вдохновили успехи «Исламского государства» на Ближнем Востоке.

В заявлении, озвученном членом «Имарата» по-чеченски, было сказано, что причиной нападения на Грозный стало неуважение к мусульманам, а именно — то, что «представители власти осмелились дотрагиваться до девушек в хиджабах» (то есть обыскивать их). Этот предлог вызывает сомнение, хотя, в принципе, женский вопрос для ислама всегда был болезненным. Но в нападении на Грозный скорее просматривается желание экстремистов продемонстрировать собственную силу, «наказать» чеченского лидера Рамзана Кадырова за излишнюю самоуверенность и за его убеждение, что он — и только он — является хозяином республики.

Очевидно, это почувствовал и сам Кадыров, заявивший после завершения антитеррористической операции, что «попытка боевиков создать видимость наличия силы сорвалась». «В Чечне способных на это участников незаконных вооруженных формирований не осталось, — добавил он. — Мы не исключаем, что эти люди могли приехать из другого региона».

Однако тут сразу возникают вопросы. Ведь и Кадыров, и Национальный антитеррористический комитет (НАК) утверждают, что нападавшие на Грозный вообще-то планировали «масштабные теракты»: так, по словам Кадырова, они готовили серию терактов ко Дню Конституции 12 декабря, и это подтверждают найденные в Доме печати 24 самодельных взрывных устройства. Таким образом, силы боевиков далеко не исчерпаны. При этом НАК подтвердил, что все уничтоженные боевики — чеченцы. В частности, среди убитых был обнаружен житель Чечни Анзор Тарамов, о гибели которого силовики сообщали еще в 2011 г.

Кадыров принял вызов. Он заявил о том, что отныне ответственность за боевиков будут нести их семьи: дома их родственников будут сноситься вместе с фундаментом, а сами родные — экстрадироваться за пределы Чечни. Такие решения принимаются от отчаяния.

Пока остается только гадать, останется ли декабрьское побоище на улицах чеченской столицы единичным инцидентом — или это начало нового раунда дестабилизации во всем регионе, в первую очередь в Дагестане, Ингушетии, Кабардино-Балкарии, а затем и в других местах? А как воспримут события в Грозном в других мусульманских регионах России, например в Татарстане?

И напоследок: связаны ли действия чеченской экстремистской оппозиции с происходящим на Ближнем Востоке? Дотянулась ли до Северного Кавказа «рука “Исламского государства”»? Ведь его «халиф» Абу Бакр аль-Багдади пригрозил развернуть войну в этом российском регионе, а заодно и наказать Владимира Путина за поддержку президента Сирии Башара Асада. Так или иначе, но «фактор ИГ» учитывать следует.

К тому же некоторые кавказские мусульмане входят в число воевавших в Ираке и Сирии, и какое-то их количество возвращается на родину, где они выглядят героями среди части мусульманской молодежи. Это вполне может стимулировать рост активности исламских радикалов. Характерный штрих: клятву на верность ИГ уже приносят по скайпу — и не только на Кавказе, но и в Центральной Азии.

Во всяком случае, нападение на Грозный на фоне того, что творится в мусульманском мире Ближнего Востока, не выглядит чем-то исключительным.

Оригинал поста