Комментарий
Баку хоть и позволяет радикальным националистам публично рассуждать о воссоединении, сам предпочитает не комментировать протесты напрямую.
Башир Китачаев
Афганистан: взгляд с севера
Антагонистических противоречий по Афганистану между интересами России и других ведущих держав не существует. Москва смотрит на Афганистан через призму угроз безопасности: своей и соседей в Центральной Азии. Ее особенно беспокоит проблема наркотрафика из Афганистана. Хотя Россия старается избегать активного вмешательства в конфликт, ее позиция является важнейшим элементом афганского «уравнения».
25 апреля 2010 г.
Источник: Брошюра
Россия по-прежнему старается избегать активного вмешательства в конфликт, однако ее беспокоит возможность дестабилизации в Центральной Азии, а также афганский наркотрафик. Москва стремится:
- Не допустить полной победы талибов, опасаясь, что, вернув контроль над страной, движение «Талибан» начнет «экспортировать радикализм» и поддерживать мятежников в российском «ближнем зарубежье». Несмотря на соперничество с США за влияние в Центральной Азии, Россия по сути поддерживает коалицию во главе с США.
- Остановить приток афганских наркотиков в Россию. Российское руководство тревожит взрывной рост производства наркотиков в Афганистане после падения режима талибов.
- Обеспечить превращение Афганистана в стабильное нейтральное государство, способное служить буфером между Центральной Азией и Большим Ближним Востоком.
«Россия смотрит на Афганистан в основном через призму угроз собственной безопасности и безопасности своих соседей в Центральной Азии, где Москва стремится к “мягкой гегемонии”», — отмечают Д. Тренин и А. Малашенко.
О авторах
Дмитрий Тренин
Директор, Московского Центра Карнеги
Дмитрий Тренин был директором Московского центра Карнеги с 2008 по начало 2022 года.
Алексей Малашенко
Бывший консультант программы «Религия, общество и безопасность»
Malashenko is a former chair of the Carnegie Moscow Center’s Religion, Society, and Security Program.
Карнеги не занимает институциональных позиций по вопросам государственной политики; изложенные здесь взгляды принадлежат автору(ам) и не обязательно отражают взгляды Карнеги, его сотрудников или попечителей.
- Фантазии о воссоединении. Как в Азербайджане воспринимают иранские протесты
- Сирийская военная реформа и интересы РоссииКомментарий
В своем стремлении реструктурировать и реформировать сирийские вооруженные силы Россию ждет немало трудностей. Именно в создании сильной сирийской армии она видит ключ к сдерживанию иранского влияния, завершению своего военного участия в конфликте и окончанию гражданской войны на условиях, благоприятных для режима Асада.
- Почему убийство Сулеймани стало подарком для иранского режимаКомментарий
В самой Исламской Республике на осознание последствий смерти Сулеймани уйдут годы. Однако один результат уже есть – режим получил шанс на спасение
- Последняя месть Сулеймани. Чем обернется для США убийство иранского генералаКомментарий
Мир находится сейчас у опасной развилки, к которой его подвело бездумное решение Трампа выйти из ядерной сделки. Когда сделка еще действовала, Иран хоть и был противником США, но не сбивал американские беспилотники в нейтральных водах, не наносил ракетные удары по судам в Персидском заливе, а в Ираке шиитские ополченцы не нападали на американцев. Отказавшись от ядерного соглашения без каких-либо доказательств обмана со стороны Ирана, США запустили предсказуемый цикл эскалации
- Как Россия расширяет свое влияние в ЛиванеКомментарий
Вне зависимости от того, будет ли осуществлено российское предложение по возвращению сирийских беженцев, в обозримом будущем военное присутствие и влияние России в Сирии неизбежно будет оказывать воздействие на ливанскую политику. А это означает, что после окончательного спасения режима Асада она вполне может начать рассматривать Ливан как еще один трофей сирийской войны
