Томас де Ваал
Выбор Грузии: какой курс избрать в период неопределенности?
В развитии Грузии начинается переходный период: стране предстоят парламентские и президентские выборы, после которых вступит в действие новая конституция. Однако экономическая ситуация в Грузии выглядит весьма неопределенной. Стране необходима модель долгосрочного экономического развития.
Источник: Брошюра

Степень стабильности в стране и положение правительства в предстоящие годы во многом будут определяться состоянием экономики. Грузия добилась значительных успехов в искоренении «повседневной» коррупции и преступности и привлечении иностранных инвестиций, эффективно работают коммунальные службы и транспорт, однако экономическая ситуация в настоящее время выглядит весьма неопределенной. Грузии необходима модель долгосрочного экономического развития. Ей нужно построить соответствующие институты и решить проблемы, которыми власти пока по-настоящему не занимаются: они связаны прежде всего с высоким уровнем бедности и безработицы, а также низким экспортным потенциалом.
Т. де Ваал рассматривает три возможных общих направления стратегической и экономической ориентации Грузии: 1) «почвеннический» вариант, предполагающий сохранение традиционного уклада, основанного на семейных связях и непрозрачных методах ведения бизнеса; 2) «сингапурскую модель»: превращение Грузии в страну с минимальным регулированием, низкими налогами и благоприятной для бизнеса средой, что способно обеспечить ей динамичный рост, но может обострить социальные проблемы и не обязательно приведет к развитию демократии; 3) «модель Евросоюза», основанную на постепенной интеграции Грузии в европейский общий рынок и предполагающую принятие большого количества общеевропейских норм и законов.
Молодая политическая элита Грузии, пришедшая к власти в 2004 г., эффективно провела ряд реформ и гордится своим решительным стилем руководства. Но во многом правящая элита так и осталась «революционной» — это небольшая группа энергичных людей, не проявляющая особого интереса к консультациям с грузинскими экспертами и обществом в целом. Хотя в основе своей грузинское государство остается плюралистическим, эта небольшая группа ныне руководит системой, не имеющей внутриполитических сдержек и противовесов. Естественно, столь сильное сосредоточение власти в руках немногих накладывает на руководство Грузии особую ответственность — ему необходимо принимать мудрые решения.
Большая ответственность ложится и на западных партнеров Тбилиси: в отсутствие сильных сдержек и противовесов внутри страны они по определению становятся главными акторами, способными повлиять на действия ее властей. Особенно широкими возможностями, чтобы подтолкнуть Грузию на европейский путь, обладает Евросоюз: в его распоряжении есть и мощные стимулы, и способность ставить жесткие условия. Однако эти возможности могут быть упущены.
Несмотря на все проблемы, по сравнению с другими государствами на постсоветском пространстве Грузия остается во многом позитивным примером. Несомненной заслугой грузин следует считать уже тот факт, что у страны есть выбор и она не обречена двигаться по линейной траектории «того же, что и раньше». Ее правительство по-прежнему способно к неординарным шагам и позитивным инициативам. Однако сегодня Грузия в куда большей степени, чем еще несколько лет назад, сталкивается с реальными дилеммами, от решения которых зависит характер будущего развития страны. Фундамент заложен, но существует опасность, что в процессе выбора типа государства, которое будет построено в Грузии, позитивная работа пойдет насмарку, а негативные тенденции укоренятся.
О авторе
Senior Fellow, Carnegie Europe
Старший научный сотрудник, Carnegie Europe
- С геополитическим размахом. Кто и как повлияет на выборы в АрменииКомментарий
- Избавление от зависимости. Может ли Армения выйти из-под крыла МосквыБрошюра
Томас де Ваал
Недавние работы
Карнеги не занимает институциональных позиций по вопросам государственной политики; изложенные здесь взгляды принадлежат автору(ам) и не обязательно отражают взгляды Карнеги, его сотрудников или попечителей.
- Сирийская военная реформа и интересы РоссииКомментарий
В своем стремлении реструктурировать и реформировать сирийские вооруженные силы Россию ждет немало трудностей. Именно в создании сильной сирийской армии она видит ключ к сдерживанию иранского влияния, завершению своего военного участия в конфликте и окончанию гражданской войны на условиях, благоприятных для режима Асада.
- Почему убийство Сулеймани стало подарком для иранского режимаКомментарий
В самой Исламской Республике на осознание последствий смерти Сулеймани уйдут годы. Однако один результат уже есть – режим получил шанс на спасение
- Последняя месть Сулеймани. Чем обернется для США убийство иранского генералаКомментарий
Мир находится сейчас у опасной развилки, к которой его подвело бездумное решение Трампа выйти из ядерной сделки. Когда сделка еще действовала, Иран хоть и был противником США, но не сбивал американские беспилотники в нейтральных водах, не наносил ракетные удары по судам в Персидском заливе, а в Ираке шиитские ополченцы не нападали на американцев. Отказавшись от ядерного соглашения без каких-либо доказательств обмана со стороны Ирана, США запустили предсказуемый цикл эскалации
- Принц и убийство. Как смерть журналиста изменит саудовскую властьКомментарий
К каким бы последствиям ни привело убийство Хашогги, позиции Мухаммеда бин Салмана достаточно прочны, чтобы никто не мог бросить ему вызов внутри страны. А возможности внешнего давления сильно ограничены. Учитывая то, насколько тесны связи Запада с Саудовской Аравией, чрезвычайно трудно представить, что против наследного принца будут введены международные санкции, достаточно серьезные, чтобы он столкнулся с реальными трудностями
- Как Россия расширяет свое влияние в ЛиванеКомментарий
Вне зависимости от того, будет ли осуществлено российское предложение по возвращению сирийских беженцев, в обозримом будущем военное присутствие и влияние России в Сирии неизбежно будет оказывать воздействие на ливанскую политику. А это означает, что после окончательного спасения режима Асада она вполне может начать рассматривать Ливан как еще один трофей сирийской войны