Алексей Малашенко
Источник: Getty
Сирийская развилка
События в Сирии могут развиваться в соответствии с двумя сценариями: либо оппозиция одержит военную победу, что приведет к жесточайшей резне, либо Башар Асад добровольно, хотя и вынужденно, уйдет с поста. В любом случае Асад проиграл.
Создается впечатление, что, рассуждая о ситуации в Сирии, внешние игроки, во-первых, постоянно недоговаривают, а во-вторых, страшатся предсказывать, чем закончится тамошняя гражданская война. Кстати, от термина «гражданская война» также многие уходят. Вероятно, потому, что в гражданской войне не бывает только правых и только виноватых; ей присуща особая жестокость, а нести ответственность за гражданскую войну в чужой стране опасно и даже страшно.
Каковы перспективы развития ситуации в Сирии? Есть два варианта.
Первый. Военная победа оппозиции приведет к жесточайшей резне. Кого будут резать — понятно: сторонников Башара Асада. Это и собственно клан Асадов, и члены правящей партии БААС, и алавиты — шиитская секта, к которой принадлежит семья Асадов, и те военные, которые, храня верность нынешней власти, будут сражаться за нее до конца. В одних регионах и городах сторонников нынешней власти больше, в других — меньше. Где их больше, будет больше крови, где меньше — меньше.Оппозиция послала президенту «черную метку», предъявив ультиматум, после которого она угрожает формально отказаться от перемирия, которое и так практически не соблюдается.
Второй вариант. Добровольный, хотя и вынужденный, уход Башара Асада. Если он не уйдет сам, его вынесут — см. вариант первый. Резня неизбежна и в этом случае, но она уже будет не столь массовой. Расправляться с противниками будут «точечно». Сначала многие будут по-майдан-тахрировски радоваться — время мести и сведения счетов наступит потом. И тут свое веское слово обязаны сказать «друзья Сирии»: они должны будут уже не столько поддерживать оппозицию, сколько сдерживать ее. Это будет очень нелегко.
Куда деваться Асаду? Лучше всего — в Москву. Во-первых, здесь он будет в целости и сохранности, а во-вторых, приняв его, Россия сохранит лицо: «своих друзей мы не сдаем». Безусловно, это у многих вызовет недовольство и испортит отношения РФ с новым сирийским режимом. Но эти отношения испорчены априори — и надолго. Так что лучше быть последовательными до конца. Уважать больше будут.
Бывает, случаются и чудеса. Например, Кремль добивается реальных уступок от Дамаска, а остальные члены международного сообщества «жмут» на оппозицию, делая ее менее яростной и более конструктивной. В этом случае появится некое коалиционное руководство — разумеется, временное и переходное. В такое чудо со счастливым концом, однако, давно не верят ни в Вашингтоне, ни в Европе, ни в арабских столицах. Вероятно, что в это перестают верить и в Москве.
Башар Асад уже проиграл. Это понятно. Причем проиграл без всякого иностранного военного вмешательства. Если оно и случится, то лишь затянет гражданскую войну. Сирия — не Ливия.
О авторе
Бывший консультант программы «Религия, общество и безопасность»
Malashenko is a former chair of the Carnegie Moscow Center’s Religion, Society, and Security Program.
- Трения или столкновение?В прессе
- ИГ в 2017 году полностью не исчезнетВ прессе
Алексей Малашенко
Недавние работы
Карнеги не занимает институциональных позиций по вопросам государственной политики; изложенные здесь взгляды принадлежат автору(ам) и не обязательно отражают взгляды Карнеги, его сотрудников или попечителей.
- Фантазии о воссоединении. Как в Азербайджане воспринимают иранские протестыКомментарий
Баку хоть и позволяет радикальным националистам публично рассуждать о воссоединении, сам предпочитает не комментировать протесты напрямую.
Башир Китачаев
- Сирийская военная реформа и интересы РоссииКомментарий
В своем стремлении реструктурировать и реформировать сирийские вооруженные силы Россию ждет немало трудностей. Именно в создании сильной сирийской армии она видит ключ к сдерживанию иранского влияния, завершению своего военного участия в конфликте и окончанию гражданской войны на условиях, благоприятных для режима Асада.
- Почему убийство Сулеймани стало подарком для иранского режимаКомментарий
В самой Исламской Республике на осознание последствий смерти Сулеймани уйдут годы. Однако один результат уже есть – режим получил шанс на спасение
- Последняя месть Сулеймани. Чем обернется для США убийство иранского генералаКомментарий
Мир находится сейчас у опасной развилки, к которой его подвело бездумное решение Трампа выйти из ядерной сделки. Когда сделка еще действовала, Иран хоть и был противником США, но не сбивал американские беспилотники в нейтральных водах, не наносил ракетные удары по судам в Персидском заливе, а в Ираке шиитские ополченцы не нападали на американцев. Отказавшись от ядерного соглашения без каких-либо доказательств обмана со стороны Ирана, США запустили предсказуемый цикл эскалации
- Принц и убийство. Как смерть журналиста изменит саудовскую властьКомментарий
К каким бы последствиям ни привело убийство Хашогги, позиции Мухаммеда бин Салмана достаточно прочны, чтобы никто не мог бросить ему вызов внутри страны. А возможности внешнего давления сильно ограничены. Учитывая то, насколько тесны связи Запада с Саудовской Аравией, чрезвычайно трудно представить, что против наследного принца будут введены международные санкции, достаточно серьезные, чтобы он столкнулся с реальными трудностями