Carnegie Endowment for International PeaceCarnegie Endowment for International Peace
  • Пожертвовать
{
  "authors": [
    "Оксана Мусаелян",
    "Томас де Ваал"
  ],
  "type": "legacyinthemedia",
  "centerAffiliationAll": "dc",
  "centers": [
    "Carnegie Endowment for International Peace",
    "Carnegie Europe",
    "Берлинский центр Карнеги"
  ],
  "collections": [],
  "englishNewsletterAll": "ctw",
  "nonEnglishNewsletterAll": "",
  "primaryCenter": "Carnegie Europe",
  "programAffiliation": "russia",
  "programs": [
    "Russia and Eurasia"
  ],
  "projects": [],
  "regions": [
    "Ближний Восток",
    "Турция",
    "Россия и Кавказ",
    "Азербайджан",
    "Армения"
  ],
  "topics": [
    "Безопасность"
  ]
}

Источник: Getty

В прессе
Carnegie Europe

Турция искренне верит, что отношения с Арменией еще можно активизировать

Приостановка процесса нормализации отношений между Арменией и Турцией связана с несогласием в среде турецкой элиты и недостаточными усилиями по убеждению Азербайджана в том, что соглашение между Арменией и Турцией представляет в долгосрочной перспективе ценность для самого Баку — оно поспособствовало бы разрешению карабахского конфликта.

Link Copied
Оксана Мусаелян и Томас де Ваал
23 октября 2010 г.
Program mobile hero image

Программа

Russia and Eurasia

The Russia and Eurasia Program continues Carnegie’s long tradition of independent research on major political, societal, and security trends in and U.S. policy toward a region that has been upended by Russia’s war against Ukraine.  Leaders regularly turn to our work for clear-eyed, relevant analyses on the region to inform their policy decisions.

Читать
Российская Федерация включила Фонд Карнеги за международный мир в список «нежелательных организаций». Если вы находитесь на территории России, пожалуйста, не размещайте публично ссылку на эту статью.

Источник: АрмИнфо

Турция искренне верит, что отношения с Арменией ещИнтервью автора ряда публикаций и книг о Кавказе, в частности, о конфликте в Карабахе «Черный сад» и «Кавказ: Введение», американского политолога, старшего эксперта по вопросам Кавказа Фонда Карнеги Томаса де Ваала (Thomas de Waal).

Недавно в Фонде Карнеги в Вашингтоне состоялись обсуждения на тему об армяно-турецких Протоколах. Что вы думаете о настоящем положении вещей в армяно-турецких отношениях? Кто виноват в приостановке процесса?

В Армении в настоящий момент присутствует негативное настроение относительно процесса армяно-турецких Протоколов и того, как они завершились после телевизионного обращения президента Армении Сержа Саргсяна в апреле. Многие в Армении заподозрили Турцию в вероломстве и в том, что, вступая в процесс нормализации отношений с Арменией, Анкара на самом деле никогда не намерена была довести процесс до конца.

Вы считаете, это неправда?

Я понимаю разочарование Армении, но считаю, что у турецкой стороны были искренние намерения, а также вера Турции в то, что процесс еще можно активизировать.

За последние несколько месяцев у меня состоялись беседы с американскими, швейцарскими, турецкими и армянскими официальными лицами, и мы сошлись во мнении, что процесс был истинный, однако были сделаны поспешные шаги, и процесс был поведен в неправильном направлении.

В чем, на Ваш взгляд, проблема?

Я думаю, существовали две главные проблемы. Прежде всего, было внутреннее несогласие в среде турецкой элиты относительно важности процесса.

Президент Турции Абдулла Гюль принял процесс как свою личную инициативу, в то время как премьер-министр Эрдоган высказывался более осторожно. Возможно, больше времени требовалось на проведение внутренних обсуждений в Турции.

Во-вторых, недостаточно было сделано усилий для убеждения Азербайджана в том, что соглашение между Арменией и Турцией – в долгосрочных интересах самого Баку.

Понятно, что, если бы открылась граница Армении с Турцией, это бы означало символическое поражение Азербайджана. Но в течение довольно короткого времени, я считаю, «разблокирование» Армении и снятие психологической нагрузки по восприятию армянами тюркских народов как врагов с обеих сторон изменило бы обстановку вокруг нагорно-карабахского конфликта и больше бы склонило к разрешению конфликта.

Вы думаете, отработка этого аргумента принесла бы положительные результаты?

Этот аргумент не был достаточно отработан с Азербайджаном, и там полагали, что их намеренно исключили из процесса, тем, к примеру, что президент Обама не пригласил президента Ильхама Алиева в Вашингтон в апреле на саммит по ядерной безопасности.

Это сказалось на том, что Баку стал активно работать и делать все, чтобы испортить процесс армяно-турецкого сближения. Я считаю, если бы госсекретарь США Хиллари Клинтон отправилась на Кавказ не в июле, а в январе, к примеру, и публично заявила в Баку, что армяно-турецкая нормализация не повредила бы Азербайджану, это могло бы остановить Баку от вмешательства в процесс.

Каков Ваш прогноз на будущее в отношениях Армении и Турции? Что может подтолкнуть стороны к сближению?

В настоящее время ситуация сложилась не лучшим образом, но очередные выборы летом будущего года предоставят хороший шанс для того, чтобы правительство Турции вернулось к обсуждению армяно-турецких Протоколов. Успех зависит от того, получит ли правящая турецкая партия Справедливости и развития большинство голосов в парламент, что кажется вполне вероятным после победы партии во время всенародного парламентского референдума в Турции. Потребуется также необходимое давление западных стран, чтобы сделать этот вопрос на фоне всех остальных вопросов внешней политики Турции приоритетным. Но это все еще возможно. Открытие границы с Арменией намного легче для Турции, чем решение ее проблем с Израилем.

Вы опубликовали новую книгу о Кавказе «Кавказ: Введение». В чем ее специфика и кто ваш читатель?

Моя книга «Кавказ: Введение» больше предназначена для западного англоговорящего читателя, чем для кавказского читателя. Она предназначена в качестве общего руководства о Южном Кавказе, его истории, политике и конфликтах. Она достаточно небольшая – около 230 страниц – и снабжена множеством карт и хронологий. Так что это действительно книга о регионе для занятого человека, у которого нет времени читать десять книжек.

Какие в ней содержатся заключения и может ли она быть полезна для принятия политических решений?

Она не предназначена в качестве «политической книги», но в ней действительно содержатся несколько заключений. Это, во-первых, то, что история обманчива, а различные интерпретации истории, существующие в отдельных странах, скорее придуманы, чем реальны. В 19-м веке при царской России, к примеру, христиане-армяне и шииты-азербайджанцы вместе сражались против турок-суннитов. В тот период самыми большими врагами грузин были турки, а абхазцев – русские. Таким образом, фактор политических обстоятельств больше способствует разжиганию вражды между людьми, чем глубокие культурные или этнические различия.

Еще одно заключение – в том, что лучшее будущее для Южного Кавказа – это интегрированный регион и транспортный узел, соединяющий Россию, Иран и Турцию, Черное и Каспийское моря. Это значит, что третьи страны должны усиленно работать над развитием региональных инициатив, а не вести сепаратную политику с правительствами Баку, Тбилиси и Еревана. В настоящий момент это утопический взгляд на вещи – с учетом вялотекущего нагорно-карабахского конфликта, но интегрированный регион – это единственная цель, к которой нужно стремиться в будущем.

Оригинал интервью

О авторах

Оксана Мусаелян

Томас де Ваал

Senior Fellow, Carnegie Europe

Старший научный сотрудник, Carnegie Europe

Авторы

Оксана Мусаелян
Томас де Ваал
Senior Fellow, Carnegie Europe
Томас де Ваал
БезопасностьБлижний ВостокТурцияРоссия и КавказАзербайджанАрмения

Карнеги не занимает институциональных позиций по вопросам государственной политики; изложенные здесь взгляды принадлежат автору(ам) и не обязательно отражают взгляды Карнеги, его сотрудников или попечителей.

  • Комментарий
    Carnegie Politika
    Уход патриарха. Что принесет смена главы церкви Грузии

    В отличие от дипломатичного Илии II, Шио склонен к резкой антизападной риторике и часто подчеркивает деструктивность «либеральных идеологий» для Грузии. Это вызывает опасения, что при нем церковь может утратить свою объединяющую роль, став инструментом ультраправой политики.


      Башир Китачаев

  • Брошюра
    Стратегические направления для построения устойчивого мира между Арменией и Азербайджаном

    Официальное мирное соглашение между Арменией и Азербайджаном само по себе не способно преодолеть десятилетия взаимного недоверия. Прочность мира будет зависеть от залечивания полученных травм, переосмысления идентичностей, диверсификации нарративов и того, почувствуют ли обычные граждане ощутимые улучшения в своей повседневной жизни.

      Заур Шириев, Филип Гамагелян

  • Комментарий
    Carnegie Politika
    Что взамен. Почему Казахстан стал выдавать политических активистов

    Защита активистов из других авторитарных стран больше не приносит Астане дивидендов на Западе, зато раздражает соседей. Причем договариваться с последними гораздо проще.

      Темур Умаров

  • Комментарий
    Carnegie Politika
    Мировое лидерство по-китайски. Почему Пекин не спешит на помощь Ирану

    Диверсификация стала главным принципом китайской внешней политики. При всей важности связей с Ираном, у Китая на Ближнем Востоке есть и другие партнеры. И рисковать связями с ними ради Тегерана Пекину совсем не нужно.

      Александр Габуев, Темур Умаров

  • Комментарий
    Carnegie Politika
    Поставки перед войной. Поможет ли российское оружие Ирану

    Расширение военно-технического сотрудничества двух стран говорит о том, что у Москвы по-прежнему серьезные планы на иранском направлении. А это значит, что поставки российских вооружений Ирану не только не прекратятся, но и могут резко расшириться, если у России появится такая возможность.

      Никита Смагин

Carnegie Endowment for International Peace
0