{
"authors": [
"Айк Арменян",
"Томас де Ваал"
],
"type": "legacyinthemedia",
"centerAffiliationAll": "dc",
"centers": [
"Carnegie Endowment for International Peace",
"Carnegie Europe",
"Берлинский центр Карнеги"
],
"collections": [],
"englishNewsletterAll": "ctw",
"nonEnglishNewsletterAll": "",
"primaryCenter": "Carnegie Europe",
"programAffiliation": "russia",
"programs": [
"Russia and Eurasia"
],
"projects": [],
"regions": [
"Россия и Кавказ",
"Азербайджан",
"Армения"
],
"topics": [
"Безопасность"
]
}
Источник: Getty
Нет оснований полагать, что на саммите ОБСЕ в Астане будет осуществлен прорыв в урегулировании конфликта вокруг Нагорного Карабаха. Сейчас переговоры по Карабаху замерли, а общественное мнение в Азербайджане и в Армении настроено против компромиссов. Возможность войны в регионе невысокая, но напряженность растет, и это может уничтожить текущий мирный процесс.
Источник: NEWS.am
К сожалению, нет никаких оснований полагать, что на саммите ОБСЕ в Астане будет зарегистрирован политический прорыв по Нагорному Карабаху. Скорее наоборот. Еще с момента приостановления процесса нормализации армяно-турецких отношений в этом году переговоры по Карабаху замерли, и ситуация на линии соприкосновения, разделяющей армян и азербайджанцев, ухудшилась. А общественное мнение, как в Азербайджане, так и в Армении, против компромиссов и мира затрудняет возможность согласования основных принципов, даже если Ильхам Алиев и Серж Саргсян желают этого. Это означает, что давление на двух лидеров для достижения договора о мире может исходить только от внешних сил, однако основной проблемой здесь является то, что международные силы недостаточно заинтересованы или у них нет достаточных ресурсов, чтобы добиться от армян и азербайджанцев мирного договора. Местные факторы сильнее геополитических интересов.
Существует мнение, что переговоры будут безрезультатно продолжаться до тех пор, пока Азербайджан не возобновит военные действия. Какой вы считаете возможность возобновления военных действий в регионе карабахского конфликта?
Я не считаю, что в регионе карабахского конфликта возможность войны высокая, по крайней мере в следующие 2 или 3 года, хотя в долгосрочной перспективе рост вооружений Азербайджана увеличивает опасность такой возможности. Меня больше волнует то, что инциденты на линии соприкосновения могут участиться и привести к смерти нескольких десятков солдат, что уничтожит текущий мирный процесс. В результате ситуация станет более тяжелой, а линия соприкосновения - более опасной. Поэтому я считаю, что приоритет должен быть отдан укреплению режима прекращения огня.
Закончатся ли мирные переговоры окончательным решением карабахского конфликта или они преследуют другую цель, например замораживание конфликта?
Нынешний переговорный процесс больше похож на «управление конфликтом» ("conflict management"), чем на мирный процесс. Конечно, замороженный конфликт лучше, чем война, но я не верю, что Азербайджан оставит конфликт замороженным на долгое время как минимум без возвращения 5 районов на востоке Нагорного Карабаха. Поэтому, думаю, будет лучше начать предпринимать меры по укреплению доверия, что уменьшит вероятность конфликта.
Айк Арменян
Senior Fellow, Carnegie Europe
Старший научный сотрудник, Carnegie Europe
Карнеги не занимает институциональных позиций по вопросам государственной политики; изложенные здесь взгляды принадлежат автору(ам) и не обязательно отражают взгляды Карнеги, его сотрудников или попечителей.
Нынешнее промежуточное положение между миром и войной вполне устраивает Москву. С одной стороны, сохранение нестабильности в Персидском заливе не дает ценам на нефть пойти вниз. С другой — конфликт не перерастает в масштабную войну, которая могла бы угрожать другим интересам РФ.
Никита Смагин
Ужесточая политику в отношении Минска, Киев хочет добиться для себя большей роли в формировании новой системы безопасности в Восточной Европе, а также предотвратить нормализацию отношений ЕС и с Беларусью, и с Россией.
Балаш Ярабик
При всей угрожающей риторике армянский премьер остается лидером, с которым готов общаться Владимир Путин. Не как с союзником, но как с партнером, пусть и проблемным.
Александр Атасунцев
Именно поддержку молчаливого большинства пыталась выбить из-под ног Пашиняна Москва, угрожая торговой войной и запретами на импорт армянских продуктов. Но, похоже, эти меры имели обратный эффект.
Микаэл Золян
Цель Баку в том, чтобы после выборов во главе Армении стоял не просто Пашинян, а ослабленный Пашинян. Такой, который ведет переговоры, обсуждает изменение конституции и транзитные маршруты, но остается внутренне уязвимым — зажатым между страхом новой войны и обвинениями в капитуляции.
Башир Китачаев