Carnegie Endowment for International PeaceCarnegie Endowment for International Peace
  • Пожертвовать
{
  "authors": [
    "Варвара Полудина",
    "Алексей Малашенко"
  ],
  "type": "legacyinthemedia",
  "centerAffiliationAll": "dc",
  "centers": [
    "Carnegie Endowment for International Peace",
    "Берлинский центр Карнеги"
  ],
  "collections": [],
  "englishNewsletterAll": "ctw",
  "nonEnglishNewsletterAll": "",
  "primaryCenter": "Берлинский центр Карнеги",
  "programAffiliation": "russia",
  "programs": [
    "Russia and Eurasia"
  ],
  "projects": [],
  "regions": [
    "Россия и Кавказ",
    "Россия"
  ],
  "topics": [
    "Политические реформы",
    "Внутренняя политика России"
  ]
}

Источник: Getty

В прессе
Берлинский центр Карнеги

Рамзан Кадыров — выбор чеченского народа?

Взаимоотношения между Москвой и Грозным строятся не в рамках институтов, а на основе личных отношений между Путиным и Кадыровым. В этом есть плюсы и минусы. Оставление Кадырова в должности главы Чечни на второй срок — косвенный признак того, что Путин не собирается уходить из власти.

Link Copied
Варвара Полудина и Алексей Малашенко
5 марта 2011 г.
Program mobile hero image

Программа

Russia and Eurasia

The Russia and Eurasia Program continues Carnegie’s long tradition of independent research on major political, societal, and security trends in and U.S. policy toward a region that has been upended by Russia’s war against Ukraine.  Leaders regularly turn to our work for clear-eyed, relevant analyses on the region to inform their policy decisions.

Читать
Российская Федерация включила Фонд Карнеги за международный мир в список «нежелательных организаций». Если вы находитесь на территории России, пожалуйста, не размещайте публично ссылку на эту статью.

Источник: Ведомости

Сегодня на внеочередном заседании парламента Чечни кандидатура Рамзана Кадырова была утверждена на пост главы республики на второй срок. На заседание явились все депутаты Народного собрания республики — 41 человек, Рамзан Кадыров был утвержден ими единогласно. Каково значение этого человека для Чечни, для Кавказа и для России в целом?

Алексей Малашенко, эксперт Центра Карнеги:

Это естественно, что Рамзана Кадырова утвердили на второй срок в должности главы республики. Проблема в том, что взаимоотношения между Москвой и Грозным не строятся в рамках институтов, а строятся на личных, персональных отношениях между Владимиром Путиным и Рамзаном Кадыровым. В этом есть свои плюсы и минусы. С одной стороны, это фактор подчинения Грозного Москве. С другой — если на секунду представить, что Путина не будет у власти, то вся система, которая построена на личных отношениях, тут же начнет рушиться. Кадыров — человек молодой, может быть, не совсем образованный, но очень четкий. И он действительно ориентируется не на систему и институты, а на личность. Если этой личности, на которую он ориентируется, не будет, это вызовет очень большие проблемы как для Чечни, так и для Кавказа в целом и для России, потому что Чечня — это субъект Федерации, пусть особый, специфический, но все равно один из. Так что если Кадырова оставили на посту, то это косвенный признак того, что Владимир Путин собирается остаться у власти.

Если по существу, то Кадыров сделал как много хорошего, так и много плохого. Он не имеет отношения к Кавказу в целом. К его опыту на Кавказе относятся очень двойственно. Например, в Дагестане, сердце Кавказа, где проживает 3 млн мусульман из 7 млн проживающих в России, про Кадырова и Чечню говорят либо так: «Слава богу, там порядок, не то что у нас», либо: «Ни в коем случае не хотим кадыровских методов». Вот такая дихотомия восприятия — результаты Кадырова хороши, а методы не устраивают. Но сейчас он, на мой взгляд, начинает исчерпывать свои возможности.

Оригинал статьи

О авторах

Варвара Полудина

Алексей Малашенко

Бывший консультант программы «Религия, общество и безопасность»

Malashenko is a former chair of the Carnegie Moscow Center’s Religion, Society, and Security Program.

Авторы

Варвара Полудина
Алексей Малашенко
Бывший консультант программы «Религия, общество и безопасность»
Алексей Малашенко
Политические реформыВнутренняя политика РоссииРоссия и КавказРоссия

Карнеги не занимает институциональных позиций по вопросам государственной политики; изложенные здесь взгляды принадлежат автору(ам) и не обязательно отражают взгляды Карнеги, его сотрудников или попечителей.

  • Комментарий
    Carnegie Politika
    Мифология уровня MAX. Как конспирология заслонила реальные угрозы от госмессенджера

    Интернет наполнился не только инструкциями экспертов по цифровой безопасности, но и городскими легендами, конспирологией и сгенерированными ИИ статьями, уводящими фокус внимания далеко от реальных проблем с MAX.

      Давид Френкель

  • Комментарий
    Carnegie Politika
    Спор прагматиков. Как далеко зайдет раскол в российской власти из-за блокировки Telegram

    Кириенко не готов к открытому конфликту с силовиками, поэтому политблок Кремля отбивается легкой артиллерией — публичными политическими заявлениями. Но в условиях цензуры и ставшего привычным молчания истеблишмента эти «хлопки» звучат достаточно громко и находят отклик в уставшем от войны обществе.

      • Andrey Pertsev

      Андрей Перцев

  • Комментарий
    Carnegie Politika
    Третья война. Что означает для России столкновение Афганистана и Пакистана

    Вооруженный конфликт между двумя странами Глобального Юга ставит под сомнение усилия Москвы сформировать новые международные платформы, способные стать альтернативой западноцентричному миропорядку.

      Руслан Сулейманов

  • Комментарий
    Carnegie Politika
    Бенефициар войны. Какие выгоды получает Россия от закрытия Ормузского пролива

    Даже если по итогам войны нефтегазовая инфраструктура стран Залива особо не пострадает, мир выйдет из кризиса с меньшими запасами нефти и газа, а военная надбавка будет толкать цены вверх.

      Сергей Вакуленко

  • Комментарий
    Carnegie Politika
    Уход патриарха. Что принесет смена главы церкви Грузии

    В отличие от дипломатичного Илии II, Шио склонен к резкой антизападной риторике и часто подчеркивает деструктивность «либеральных идеологий» для Грузии. Это вызывает опасения, что при нем церковь может утратить свою объединяющую роль, став инструментом ультраправой политики.


      Башир Китачаев

Carnegie Endowment for International Peace
0