• Исследования
  • Politika
  • Эксперты
Carnegie Endowment for International PeaceCarnegie Endowment for International Peace
  • Пожертвовать
{
  "authors": [
    "Андрей Колесников"
  ],
  "type": "legacyinthemedia",
  "centerAffiliationAll": "",
  "centers": [
    "Carnegie Endowment for International Peace",
    "Берлинский центр Карнеги"
  ],
  "collections": [],
  "englishNewsletterAll": "",
  "nonEnglishNewsletterAll": "",
  "primaryCenter": "Carnegie Endowment for International Peace",
  "programAffiliation": "",
  "programs": [],
  "projects": [
    "Евразия переходного периода"
  ],
  "regions": [],
  "topics": []
}

Источник: Getty

В прессе

Террор превращается в повседневную рутину

Хотя российские власти почти официально признали, что в небе над Египтом произошел теракт, россияне так и не увязали это с операцией в Сирии. Напротив, происходит что-то вроде превращения террора в повседневную рутину. А возмущаться по поводу политики власти никто не будет.

Link Copied
Андрей Колесников
10 ноября 2015 г.
Project hero Image

Проект

Евразия переходного периода

Читать
Российская Федерация включила Фонд Карнеги за международный мир в список «нежелательных организаций». Если вы находитесь на территории России, пожалуйста, не размещайте публично ссылку на эту статью.

Источник: Ведомости

Сочетание буквы и цифр A321 должно было бы стать для россиян символом, схожим с 9/11. Но, несмотря на почти официальное признание российскими властями версии теракта, в массовом сознании не то что не возникло даже слабого подозрения по поводу связи между операцией в Сирии и местью за нее в Египте – напротив, происходит что-то вроде превращения террора в повседневную рутину.

Сам предполагаемый факт теракта не вызывает удивления. Виноватыми оказываются по-южному безалаберные сотрудники аэропорта и служб безопасности Египта, готовые легко коррумпироваться. Как если бы мелкая бытовая коррупция не была в самой России способом жизни и культурным предписанием.

Сама же эвакуация началась только после того, как публике была представлена такая семантически убедительная конструкция, как «рекомендации ФСБ», – сразу стало понятно, кто у нас высшая инстанция. А до этого «ответственные элиты» оценивали, например, заботу британских властей о безопасности своих граждан как способ подразнить заранее чем-то оскорбленную Россию.

Теракты не могут угрожать безопасности российских элит. И в этом, возможно, главная причина того, что они якобы недооценили угрозу терактов как прямого результата бомбардировок Сирии. Все они прекрасно оценили: ни один олигарх от служб безопасности, ни один министр, ни один представитель ближнего круга президента ни разу не пострадал в результате террористических атак. С учетом мер безопасности, которые словно очерчивают магический меловой круг, образуя еще одно пуленепробиваемое «бульварное кольцо» вокруг нескольких сотен людей в стране, это, пожалуй, и технически невозможно.

А для незащищенных граждан остаются привычные методы: перевод стрелок (например, на беспечных египтян), телевизионные шепоты и крики, усиление «безопасности» внутри осажденной крепости с приравниванием внутренней фронды к терроризму, а рассуждений о правах человека – к джихадизму, подготовка соответствующего рестриктивного законодательства (нет Думы без огня!). И, безусловно, продолжение гибридных бомбардировок в ответ на просьбы временно братских народов.

Массовое сознание привыкло к фоновой войне, приспособилось к фоновой инфляции и даже к гастрономическому оксюморону «египетский маасдам» – адаптируется и к террору. Такой «задник» на российской политической сцене очень способствует мобилизации и подозрительному отношению ко всему чужому.

Ожидать от «посткрымского большинства» возмущения властью не стоит. В ситуации экономического кризиса оно не протестует, а ждет, пока верховное главнокомандование не задаст ему корм, – и кто же бьет по руке кормящей, которую красиво облегает ежовая рукавица? Точно так же и с безопасностью – стоит просто пассивно переждать непростой период.

Массовое общественное сознание спустилось еще на один лестничный марш вниз, из последних сил отказываясь видеть связь между политикой и кризисом, между политическими действиями и угрозами безопасности. Происходит фиксация психологических убытков – всё вокруг снова new normal, новая нормальность. Заниженные ожидания, движение по течению мейнстрима. Просто с надеждой на то, что оно не ведет к низвержению в водопад.

Оригинал статьи

О авторе

Андрей Колесников

Старший научный сотрудник

Андрей Колесников был старшим научным сотрудником Берлинского центра Карнеги по изучению России и Евразии.

    Недавние работы

  • Брошюра
    Интеллектуальное насилие: надзирать и показывать. Как идеология путинизма инфильтруется в образование

      Андрей Колесников

  • Комментарий
    Антисоветчик Путин. Как путинский режим оказался разрушителем советского наследия

      Андрей Колесников

Андрей Колесников
Старший научный сотрудник
Андрей Колесников

Карнеги не занимает институциональных позиций по вопросам государственной политики; изложенные здесь взгляды принадлежат автору(ам) и не обязательно отражают взгляды Карнеги, его сотрудников или попечителей.

Получайте Еще новостей и аналитики от
Берлинский центр Карнеги
Carnegie Endowment for International Peace
  • Исследования
  • Carnegie Politika
  • О нас
  • Эксперты
  • Мероприятия
  • Контакты
  • Конфиденциальность
Получайте Еще новостей и аналитики от
Берлинский центр Карнеги
© 2026 Все права защищены.