Казалось, что за шесть лет после возвращения прямых губернаторских выборов Кремль успел выработать идеальную формулу их проведения. Муниципальный фильтр, договорные матчи с системными партиями, админресурс и личная поддержка президента – все это обеспечивало победу в первом туре даже неудачным кандидатам от власти, а удачные вообще набирали по 70–80%. Эту формулу выработали еще при прежнем кураторе внутренней политики Вячеславе Володине, но не стали сдавать в утиль и при его сменщике Сергее Кириенко. Но региональные выборы этого года, когда власти не удалось обеспечить победу своих кандидатов в губернаторы сразу в четырех регионах, показали, что старая схема больше не работает. Ее составные части устарели, и теперь Кремлю предстоит срочно придумывать что-то новое.

Устаревшие правила

Первое потерявшее силу правило: кандидат от власти обязательно выиграет у технических соперников. Региональные выборы теперь может выиграть кто угодно. В Хакасии действующего главу победил муниципальный депутат от КПРФ Валентин Коновалов; во Владимирской области вышел во второй тур выдвиженец ЛДПР Владимир Сипягин, который прошел в Думу за счет имени Владимира Жириновского. Фамилию коммуниста Андрея Ищенко, который долгое время лидировал во втором туре отмененных выборов в Приморье, до выдвижения мало кто знал. Проблемы власти обеспечили заведомо слабые кандидаты, которые (кроме, пожалуй, Коновалова) по-настоящему не вели кампанию.

Второе правило, которое уже не работает: удачно подобранный кандидат от власти обязательно получит отличный результат. Тут показателен пример бывшего спикера заксобрания Красноярского края Александра Усса на выборах губернатора региона. Двадцать лет краем управляли варяги, и тема местного патриотизма была очень актуальной. Выдвижение Усса казалось точным попаданием. Но на деле спикер получил в свою поддержку меньше голосов, чем чужак Виктор Толоконский в 2014 году. И это при очень слабых соперниках от ЛДПР и «Справедливой России» и отсутствии кандидата от КПРФ. А против Толоконского в 2014 году боролись статусный коммунист Валерий Сергиенко и кандидат от «Патриотов России» Иван Серебряков, которого поддерживал авторитетный предприниматель Анатолий Быков. 

Молодые бюрократы Василий Орлов (Амурская область) и Виктор Томенко (Алтайский край) едва выиграли в первом туре. Станислав Воскресенский в Иванове и Глеб Никитин в Нижнем Новгороде (тот же типаж) тоже не показали выдающегося результата. Привычные образы: «местный, наш», «молодой технократ», «мощный лоббист» – уже не имеют значения. На первый план выходит главная маркировка «кандидат от власти»; какой бы он ни был – людей тянет голосовать против.

Также перестала работать поддержка федерального центра и лично Владимира Путина. Со всеми главами, кто вышел во второй тур, он встретился еще до единого дня голосования – магии не случилось, хотя центр обещал новые проекты, увеличение финансирования и другие плюшки. С Тарасенко в Приморье президент встретился даже дважды – перед вторым туром выборов, и понадеялся (или пообещал), что у врио губернатора все будет в порядке. «Сие есть сын мой возлюбленный», – указал жителям Приморья Путин. «Ага», – пожали плечами избиратели и проголосовали за проблемного бизнесмена Ищенко.

На плакатах главы Хакассии Зимина стоял штамп – «одобрен президентом». «Команда президента» – это был главный лозунг кампании Вячеслава Шпорта во втором туре. Но нарочитое указание на поддержку верхов не дало эффекта.

В штабах кандидатов власти прямо говорят, что катализатором протеста стала пенсионная реформа. Она потянула за собой и другие источники недовольства: предстоящее повышение налогов, люди вспомнили о проблемах в социальной сфере, росте цен. Второй тур, проигрыш кандидатов власти – это упреки Кремлю.

Лояльные власти эксперты могут сколько угодно говорить об отдельных неудачных кандидатах и традиционной протестности Дальнего Востока – выборка получилась слишком разнообразной, чтобы вписаться в эти оправдания. Ведь речь идет не только о четырех регионах, где дело дошло до второго тура. Коммунисты показали неожиданно хорошие результаты и на муниципальных выборах. А самые высокие проценты в губернаторских кампаниях получили справоросс Александр Бурков (82,5%) в Омской области и коммунист Андрей Клычков (83,5%) в Орловской области. У них, как и у единороссов в других регионах, тоже не было серьезных конкурентов, но настолько высокие результаты явно были обеспечены еще и тем, что оба публично выступали против пенсионной реформы.

Реакция власти

Чем чреваты для центра итоги региональной кампании? Главный вывод – центр уже не может предугадать, за кого поставит галочку недовольный гражданин, он играет с неизвестным, а значит, не может пресечь нежелательные итоги.

Для влиятельных местных групп новые особенности голосования дадут немало поводов для размышлений. Оказывается, провести своего кандидата в губернаторы на протестной волне совсем не сложно: нужно подыскать речистого политика, выдвинуть его от системной партии, убедив администрацию, что этот кандидат не опасен. Человек проходит фильтр, начинает яркую кампанию (главное, хорошо ее финансировать) и почти гарантированно выигрывает. На фоне отторжения центра региональные группы влияния могут задуматься, зачем им вообще партия власти? 

В такой атмосфере своевольничать стала даже вечно лояльная ЛДПР: поначалу ее кандидаты во втором туре почти не вели кампанию, а Сергей Фургал в Хабаровске и вовсе принял предложение губернатора пойти к тому первым заместителем. Но в итоге партия направила на выборы своих наблюдателей и даже начала говорить о непризнании итогов голосования (после победы Фургала в Хабаровске эти претензии улетучились).

Единственный ход, который пока придумал центр, чтобы хотя бы формально не проиграть – отменить результаты голосования, как это случилось в Приморье. сославшись на многочисленные нарушения. Но постоянно применять его невозможно, это абсурд. В Хабаровске и Владимире решили уже не рисковать. Во главе регионов оказались люди, которые не хотели победы. Если они будут побеждать и впредь, с управляемостью в стране возникнут проблемы.

Сложно представить себе, что российская власть будет готова отказаться от путиноцентризма в региональных выборах. Что она признает, что имя президента уже не служит гарантией поддержки граждан и даже может ей навредить. Что региональные выборы вдруг начнут проводить на относительно конкурентной основе, тщательно прорабатывая кампании кандидатов от власти или договариваясь о сосуществовании с губернаторами от системной оппозиции.

Скорее система будет всеми силами держаться за старые основы: Путин и центр все решают. Это видно по тому, как оправдывают итоги региональной кампании в лояльных власти СМИ и блогах. Все пытаются списать на контролируемую демократизацию и недоработки местных властей. Но масштабы провала и последующая реакция власти убедительно опровергают оба эти оправдания.

В Кремле, очевидно, понимают, что выборы по старым правилам обернутся новыми поражениями. Значит, правила нужно отменить. Вспомним 2013–2014 годы, когда выборы мэров начали выигрывать представители оппозиции, – на всю страну стали известны имена Галины Ширшиной (Петрозаводск), Анатолия Локотя (Новосибирск), Евгения Ройзмана (Екатеринбург). Кремль приветствовал их победу, а потом взял и наделил региональные заксобрания правом отменять выборы мэров. В итоге они сохранились всего в семи из 83 региональных центров.

Сейчас самый простой первый шаг – отменить двухтуровость выборов губернаторов, как это уже делали для выборов мэров. Ведь в первом туре кандидат власти почти всегда набирает простое большинство голосов, а результат ведущего оппозиционера проще разбавить с помощью спойлеров. Но надолго этого вряд ли хватит – уже сейчас в двух из четырех вторых туров в первоначальном голосовании выиграли кандидаты не от власти. Будет расти недовольство граждан – будут расти протестные проценты.

Поэтому более надежный вариант – отмена губернаторских выборов вообще. Такие предложения уже осторожно звучат. В пользу того, что центр над ними думает, говорит то, как подают новости о выборах на федеральных каналах. Они идут первыми сюжетами в прайм-тайм, но их краткое содержание таково: нарушений море, нарушает в основном оппозиция, но региональные власти тоже не без греха. Даже самый идеальный президентский кандидат портится, погрузившись в эту грязную пучину публичной политики. Что делать? Не проводить выборы.

В тактике отмена прямого голосования за губернаторов дает выигрыш. В стратегии последствия неизвестны. Непредсказуемость итогов голосования заинтересовала граждан – выборы глав регионов попали в топ новостей. Отмени их – получишь негативную реакцию, правда, доза этого негатива пока не очень ясна. Может дойти и до протестных акций, которые явно заинтересуют  местные влиятельные группы и системные партии, почуявшие кровь.

Все решения несут проблемы. Впрочем, Сергей Кириенко – методолог, а один из главных приемов методологов – проведение организационно-деятельностных игр. В них проблема может быть намеренно доведена до абсурдно острой фазы, чтобы участники решали предельно кризисную ситуацию. Кризис налицо: в двух регионах власть находится в подвешенном состоянии. Еще в двух главами стали случайные люди. Игра в самом разгаре, только откатить ее к изначальным вводным уже не получится.