Александр Баунов, Кадри Лиик, Дмитрий Тренин
{
"authors": [
"Дмитрий Тренин"
],
"type": "legacyinthemedia",
"centerAffiliationAll": "dc",
"centers": [
"Carnegie Endowment for International Peace",
"Берлинский центр Карнеги"
],
"collections": [],
"englishNewsletterAll": "ctw",
"nonEnglishNewsletterAll": "",
"primaryCenter": "Берлинский центр Карнеги",
"programAffiliation": "russia",
"programs": [
"Russia and Eurasia"
],
"projects": [],
"regions": [
"Россия и Кавказ",
"Россия"
],
"topics": [
"Политические реформы",
"Внутренняя политика России"
]
}Источник: Getty
20 лет вперед — и 100 назад
Российская модернизация пока остается в основном модернизацией политического языка и стиля. Одновременно усугубляется сырьевая специализация страны, а всепроникающая коррупция может стать причиной скорого социального взрыва. Чтобы не допустить маргинализации страны, необходима консолидация элит на новой основе.
Источник: ИноСМИ

Лидерство в мире ближнего будущего будет все более определяться способностью к производству разнообразных международных общественных благ, а не только способностью к уничтожению, как «величие» держав XIX-XX вв. Важнейшим показателем будет научно-технический потенциал стран, открытость и жизнеспособность их культур, динамизм и привлекательность их образа жизни. Подниматься будут страны, успешно справляющиеся с домашними проблемами и предстающие перед другими, менее успешными, в качестве модели или источника вдохновения.
В прогнозе ИМЭМО сравнительно мало говорится о России. Это понятно: «научный мандат» института предполагает исследование прежде всего общемировых процессов. Авторы исследования, однако, отмечают, что в мировой иерархии государств Россия постепенно опускается с второго уровня, где располагаются ЕС и Китай, на третий, где сосредоточено большинство региональных игроков – Индия, Бразилия, Япония, Турция, ЮАР и другие. (На вершине пирамиды по-прежнему в одиночестве пребывают США.) Дипломатично говорится как о возможностях, открывающихся для России в ближайшие десятилетия, так и о рисках, которые ее подстерегают.
Если, однако, приложить картину воображаемого будущего, нарисованную специалистами ИМЭМО, к нынешней России, то становится тревожно. Российская модернизация пока остается в основном модернизацией политического языка и стиля. Между тем сырьевая специализация страны усугубляется. Социальное напряжение в стране пока контролируется, но коррупция, уже разъевшая архаичную политическую систему РФ, может стать причиной социального взрыва еще до конца начавшегося десятилетия. Симптоматично, что наиболее образованные и энергичные молодые люди покидают Россию, не найдя здесь достойного применения своим талантам и знаниям.
Чтобы развернуть этот тренд, ведущий к маргинализации страны, необходима консолидация ее элит на иной основе, чем в последнее десятилетие. Корпоративной выгоды и личной безопасности в обмен на отстраненность от общественно-политической жизни недостаточно. Прагматизм ущербен, даже бессмыслен, если отсутствуют нематериальные ценности. Монополизация власти и жесткий прессинг оппозиции ослабляют страну – точно так же, как психология гражданской войны и вечной борьбы: то ли с «пятой колонной» выдуманного противника, то ли с «узурпаторами власти».
Смотря вперед, иногда полезно оглядываться назад. Сто лет назад Россия уже проходила модернизацию. Если бы тогдашние элиты – придворные, думские, деловые, профессиональные, интеллектуальные – осознали свою роль, то Россия 1930 года могла бы стать ведущей экономической силой Европы и правовым демократическим государством, своего рода аналогом США. Этого, как известно, не произошло, но весной 1911 года такой шанс у страны еще был.
О авторе
Директор, Московского Центра Карнеги
Дмитрий Тренин был директором Московского центра Карнеги с 2008 по начало 2022 года.
- Стратегии и принципы. Чего Россия добивается от НАТОКомментарий
- Новая ясность. К чему привела неделя переговоров России и ЗападаКомментарий
Дмитрий Тренин
Недавние работы
Карнеги не занимает институциональных позиций по вопросам государственной политики; изложенные здесь взгляды принадлежат автору(ам) и не обязательно отражают взгляды Карнеги, его сотрудников или попечителей.
- Сирийская военная реформа и интересы РоссииКомментарий
В своем стремлении реструктурировать и реформировать сирийские вооруженные силы Россию ждет немало трудностей. Именно в создании сильной сирийской армии она видит ключ к сдерживанию иранского влияния, завершению своего военного участия в конфликте и окончанию гражданской войны на условиях, благоприятных для режима Асада.
- Почему убийство Сулеймани стало подарком для иранского режимаКомментарий
В самой Исламской Республике на осознание последствий смерти Сулеймани уйдут годы. Однако один результат уже есть – режим получил шанс на спасение
- Последняя месть Сулеймани. Чем обернется для США убийство иранского генералаКомментарий
Мир находится сейчас у опасной развилки, к которой его подвело бездумное решение Трампа выйти из ядерной сделки. Когда сделка еще действовала, Иран хоть и был противником США, но не сбивал американские беспилотники в нейтральных водах, не наносил ракетные удары по судам в Персидском заливе, а в Ираке шиитские ополченцы не нападали на американцев. Отказавшись от ядерного соглашения без каких-либо доказательств обмана со стороны Ирана, США запустили предсказуемый цикл эскалации
- Принц и убийство. Как смерть журналиста изменит саудовскую властьКомментарий
К каким бы последствиям ни привело убийство Хашогги, позиции Мухаммеда бин Салмана достаточно прочны, чтобы никто не мог бросить ему вызов внутри страны. А возможности внешнего давления сильно ограничены. Учитывая то, насколько тесны связи Запада с Саудовской Аравией, чрезвычайно трудно представить, что против наследного принца будут введены международные санкции, достаточно серьезные, чтобы он столкнулся с реальными трудностями
- Как Россия расширяет свое влияние в ЛиванеКомментарий
Вне зависимости от того, будет ли осуществлено российское предложение по возвращению сирийских беженцев, в обозримом будущем военное присутствие и влияние России в Сирии неизбежно будет оказывать воздействие на ливанскую политику. А это означает, что после окончательного спасения режима Асада она вполне может начать рассматривать Ливан как еще один трофей сирийской войны