Carnegie Endowment for International PeaceCarnegie Endowment for International Peace
{
  "authors": [
    "Дмитрий Тренин"
  ],
  "type": "commentary",
  "centerAffiliationAll": "",
  "centers": [
    "Carnegie Endowment for International Peace",
    "Берлинский центр Карнеги"
  ],
  "collections": [],
  "englishNewsletterAll": "",
  "nonEnglishNewsletterAll": "",
  "primaryCenter": "Берлинский центр Карнеги",
  "programAffiliation": "",
  "programs": [],
  "projects": [],
  "regions": [
    "Россия",
    "Восточная Европа",
    "Украина"
  ],
  "topics": [
    "Внешняя политика США"
  ]
}

Источник: Getty

Комментарий
Берлинский центр Карнеги

Решение Киева дает ЕС больше времени и загоняет Россию в ловушку

Украина приостановила подготовку к соглашению об ассоциации с ЕС. Нынешнее руководство Украины всегда стремилось избежать четкого выбора между ЕС и РФ, и, подвергшись давлению с обеих сторон, оно приняло решение, которое считало «наименьшим злом» с точки зрения собственной личной безопасности. Но, как ни парадоксально, наибольшее беспокойство это решение должно вызывать у России.

Link Copied
Дмитрий Тренин
25 ноября 2013 г.
Российская Федерация включила Фонд Карнеги за международный мир в список «нежелательных организаций». Если вы находитесь на территории России, пожалуйста, не размещайте публично ссылку на эту статью.

Источник: Eurasia Outlook

Решение украинского правительства приостановить подготовку к заключению Соглашения об ассоциации с Евросоюзом — теперь его подписание в Вильнюсе на этой неделе не состоится — произвело эффект разорвавшейся бомбы. В Брюсселе и многих столицах стран ЕС воцарилось глубокое разочарование, в Вашингтоне — сильнейшее раздражение. На встрече в Нью-Йорке в выходные американские друзья сказали мне, что в «игре» с Западом Путин теперь ведет со счетом 2-0: после сирийского «гола» он забил еще один — украинский.

Но международная политика — вещь более сложная, чем футбольный матч, поэтому ситуацию стоит проанализировать глубже. Нынешнее руководство Украины всегда стремилось избежать четкого выбора между ЕС и Россией, и, подвергшись жесткому давлению с обеих сторон, оно приняло решение, которое считало «наименьшим злом» с точки зрения собственной личной безопасности. Действительно, для президента Виктора Януковича освобождение из тюрьмы его заклятого врага Юлии Тимошенко в качестве предварительного условия для ассоциации с ЕС, затем подписание самого соглашения об ассоциации и, наконец, «дегустация» горьких плодов реакции Москвы на это событие выглядели не просто как путь к утрате власти на выборах 2015 года (где, возможно, победителем стала бы Тимошенко), но и, с большой вероятностью, — как прямая дорога за решетку. Неудивительно, что он ударил по тормозам.

Однако приостановка Киевом процесса ассоциации с ЕС не превращает Украину в вечную «ничейную землю». Скорее речь идет о реальной проверке на прочность европейских устремлений украинцев. Готовы ли они переносить трудности столь необходимых экономических реформ? Готовы ли начать переход к системе, основанной на верховенстве закона, а не на клановых отношениях? Способны ли сначала заплатить цену модернизации, надеясь на компенсацию, которая будет позже? Украинскому народу нужна серьезная дискуссия обо всем этом, и на нее требуется время — но, несомненно, обсуждение должно состояться до президентских выборов 2015 года.

Европейцы, как бы они ни были шокированы сегодня, не должны поддаваться пораженческим настроениям. Если бы Янукович сделал выбор в пользу Соглашения об ассоциации, их ждала бы впереди серьезная проблема. МВФ не спешит выделять средства Украине, а Россия в начале 2014 года лишит ее торговых привилегий, и винить за болезненные последствия украинская общественность стала бы не только Януковича, но и Брюссель. Даже если бы проеэсовские настроения на Украине в подобных обстоятельствах сохранились, сама мысль о том, что коррумпированная элита «ведет в Европу» в основном склонное к патернализму население, не выглядит многообещающей. Скорее, для ЕС это стало бы тяжким бременем. К счастью, благодаря Януковичу европейцы избежали этой неприятной участи.

Как это ни парадоксально, наибольшую настороженность нынешняя «эпопея на Днепре» должна вызывать у России. Москва уже открыла кошелек: в знак признательности за принятое Киевом решение «Газпром» предоставил Украине скидку на газ. На очереди — другие российские денежные вливания, но они пойдут на поддержку неконкурентоспособной украинской промышленности и продлят расточительность в энергопотреблении. И все это происходит в тот момент, когда в самой России наступила экономическая стагнация и финансовое положение страны существенно ухудшается. Если Москве удастся побудить Украину к следующему шагу — присоединению к Таможенному союзу, возникнут еще более серьезные проблемы. Оказавшись в составе данного альянса, Киев затребует для себя права существенно влиять на характер евразийской интеграции и на выгоду, которую Украина будет с этого иметь.

Если Владимир Путин хочет избежать горького разочарования в будущем, ему необходимо пересмотреть основы своей политики по отношению к Украине. Считать украинцев и россиян одним народом — значит предаваться иллюзиям. Такая же иллюзия — думать, будто Москва сможет в одиночку управлять будущим Евразийским союзом, особенно если в его составе окажется Украина. И, наконец, иллюзорны любые ожидания того, что Украина, даже получив от России всю помощь, какую способны использовать ее элиты, и право голоса в евразийских интеграционных институтах, перестанет искать дверь с надписью «выход». Рано или поздно модернизация Украины состоится, и России незачем дорого платить за оттягивание этого момента.

Оригинал поста

О авторе

Дмитрий Тренин

Директор, Московского Центра Карнеги

Дмитрий Тренин был директором Московского центра Карнеги с 2008 по начало 2022 года.

    Недавние работы

  • Комментарий
    Стратегии и принципы. Чего Россия добивается от НАТО
      • Alexander Baunov

      Александр Баунов, Кадри Лиик, Дмитрий Тренин

  • Комментарий
    Новая ясность. К чему привела неделя переговоров России и Запада

      Дмитрий Тренин

Дмитрий Тренин
Директор, Московского Центра Карнеги
Внешняя политика СШАРоссияВосточная ЕвропаУкраина

Карнеги не занимает институциональных позиций по вопросам государственной политики; изложенные здесь взгляды принадлежат автору(ам) и не обязательно отражают взгляды Карнеги, его сотрудников или попечителей.

  • Комментарий
    Carnegie Politika
    Фантазии о воссоединении. Как в Азербайджане воспринимают иранские протесты

    Баку хоть и позволяет радикальным националистам публично рассуждать о воссоединении, сам предпочитает не комментировать протесты напрямую.

      Башир Китачаев

  • Комментарий
    Сирийская военная реформа и интересы России

    В своем стремлении реструктурировать и реформировать сирийские вооруженные силы Россию ждет немало трудностей. Именно в создании сильной сирийской армии она видит ключ к сдерживанию иранского влияния, завершению своего военного участия в конфликте и окончанию гражданской войны на условиях, благоприятных для режима Асада.

  • Комментарий
    Почему убийство Сулеймани стало подарком для иранского режима

    В самой Исламской Республике на осознание последствий смерти Сулеймани уйдут годы. Однако один результат уже есть – режим получил шанс на спасение

  • Комментарий
    Последняя месть Сулеймани. Чем обернется для США убийство иранского генерала

    Мир находится сейчас у опасной развилки, к которой его подвело бездумное решение Трампа выйти из ядерной сделки. Когда сделка еще действовала, Иран хоть и был противником США, но не сбивал американские беспилотники в нейтральных водах, не наносил ракетные удары по судам в Персидском заливе, а в Ираке шиитские ополченцы не нападали на американцев. Отказавшись от ядерного соглашения без каких-либо доказательств обмана со стороны Ирана, США запустили предсказуемый цикл эскалации

  • Комментарий
    Как Россия расширяет свое влияние в Ливане

    Вне зависимости от того, будет ли осуществлено российское предложение по возвращению сирийских беженцев, в обозримом будущем военное присутствие и влияние России в Сирии неизбежно будет оказывать воздействие на ливанскую политику. А это означает, что после окончательного спасения режима Асада она вполне может начать рассматривать Ливан как еще один трофей сирийской войны

Carnegie Endowment for International Peace
0