{
"authors": [
"Наталья Журавлева",
"Сергей Алексашенко"
],
"type": "legacyinthemedia",
"centerAffiliationAll": "dc",
"centers": [
"Carnegie Endowment for International Peace",
"Берлинский центр Карнеги"
],
"collections": [],
"englishNewsletterAll": "ctw",
"nonEnglishNewsletterAll": "",
"primaryCenter": "Берлинский центр Карнеги",
"programAffiliation": "russia",
"programs": [
"Russia and Eurasia"
],
"projects": [],
"regions": [
"Россия и Кавказ",
"Россия"
],
"topics": [
"Политические реформы",
"Внутренняя политика России"
]
}
Источник: Getty
Чтобы бороться с коррупцией, нужно обязать чиновников отчитываться не только о доходах, но и о расходах. Если выявляется разница между суммой доходов и суммой расходов, надо выяснять, с чем она связана и откуда взялись деньги. Людей, которые не могут объяснить разницу, следует увольнять, сажать в тюрьму, конфисковывать имущество.
Источник: ВЗГЛЯД
Комментируя результаты совместной работы с FATF (международная группа по противодействию отмыванию денежных средств), Чиханчин сообщил, что для службы это «может быть новым направлением, которое потребует изменения законодательства».
«В первую очередь это требование ужесточения стандартов, связанных с контролем за VIP-персонами, государственными чиновниками. И нам необходимо будет работать – вносить поправки», – приводит его слова ПРАЙМ-ТАСС.
О том, с чего нужно было бы начать, газете ВЗГЛЯД рассказал Сергей Алексашенко, директор по макроэкономическим исследованиям ГУ-ВШЭ, в 1995–1998 годах первый зампред ЦБ, в 1993–1995 годах – заместитель министра финансов.
ВЗГЛЯД: Сергей Владимирович, как вы смотрите на инициативу Росфинмониторинга? Направление выбрано верно?
Сергей Алексашенко: Я вообще не знаю, чем занимается Росфинмониторинг, потому что никогда и нигде не озвучивались отчеты о том, чего он достиг. Отчеты, что он собрал столько-то справок, что ему прислали столько-то информации... И в чем практический смысл существования этой организации, я не понимаю. Поэтому все предложения, касающиеся реформы Росфинмониторинга, для меня пустой звук.
И все же, если говорить об ужесточении финансового контроля за VIP-персонами, о чем тут может идти речь? Какие поправки в законодательство нужны, на ваш взгляд?
Речь должна идти о контроле над расходами чиновников и, соответственно, о проверках доходов и расходов. В первую очередь нужно обязать чиновников отчитываться о расходах и имуществе. И если существует разница между суммой доходов и суммой расходов, выяснять, с чем она связана и откуда взялись деньги.
Это должны быть какие-то специальные отчеты?
Это должна быть декларация. Есть такая декларация о расходах, вот они ее и должны заполнять. Есть декларация о доходах, ее тоже надо заполнять.
С чиновниками понятно. А кого имел в виду глава Росфинмониторинга, говоря о VIP-персонах?
Начните с министров, замминистров, депутатов Госдумы, членов Совета Федерации, губернаторов и вице-губернаторов. Для начала хватит.
А вам не кажется, что все, кого вы назвали, благополучно «похоронят» идею Росфинмониторинга?
А это уже проблема премьер-министра Владимира Путина.
Почему именно сейчас заговорили об ужесточении контроля над чиновниками?
Не знаю. Видимо, уже достал масштаб коррупции.
И вы считаете, что декларация о расходах может реально снизить уровень коррупции в России?
Если вы хотите бороться с коррупцией, то декларация – это только первый шаг. А потом вы должны людей, которые не могут объяснить разницу, увольнять, сажать в тюрьму, конфисковывать их имущество.
Россия не первая и не последняя, кто столкнулся с этой проблемой. Мы обсуждаем это так, будто с луны свалились.
Можете ли вы назвать другие меры борьбы с коррупцией? Декларация – первый шаг, а второй, третий?
Сделайте первый шаг. Пока он не будет сделан, все остальные шаги обсуждать бессмысленно. Нельзя сделать третий шаг, не сделав первого. Вот сделайте его, а мы посмотрим на результаты и на то, каким он получится. И вообще, будет ли и он сделан или только продекларирован. А вот потом уже и будем обсуждать, что делать дальше.
Вы настроены скептически...
Абсолютно. Власти не хотят бороться с коррупцией, или хотят бороться так, чтобы при этом ничего не изменилось. А так не бывает.
Наталья Журавлева
Член научного совета, Московского Центра, Программа «Экономическая политика»
Сергей Алексашенко, бывший заместитель министра финансов РФ и первый заместитель председателя Центрального Банка РФ, являлся экспертом программы «Экономическая политика».
Карнеги не занимает институциональных позиций по вопросам государственной политики; изложенные здесь взгляды принадлежат автору(ам) и не обязательно отражают взгляды Карнеги, его сотрудников или попечителей.
При значительном дефиците предложения бензина единственный механизм, приводящий рынок в равновесие, — это разрушение спроса и уменьшение автомобильного трафика. То есть масштабы снижения российской нефтепереработки можно оценить на основе того, насколько меньше россияне стали ездить на автомобилях.
Сергей Вакуленко
Путин пригодился бы партии власти как ее покровитель, который находится где-то далеко от выборов и не привлекает к агитации излишнего внимания. Но как активный фронтмен, навязывающий обществу свои взгляды, он оказался вреден и для «Единой России», и для правящей системы в целом.
Андрей Перцев
Основной риск не в том, что оставшийся без привычного представительства русскоязычный избиратель автоматически становится пророссийским. Важно, что политический вакуум повышает привлекательность тех, кто предлагает альтернативные способы быть услышанными: российских пропагандистских СМИ, псевдоправозащитных организаций, спецслужб.
Сергей Потапкин
Эмигрантские раздоры и нападки на Горького встречались в высших московских кабинетах улыбками одобрения: все было на правильном пути, Буревестник в меру запачкан, окольцован и отлучен от враждебной кормушки.
Иван Толстой
В ретроспективе 1989 год оказывается не совсем тем поворотным пунктом, каким мы его считали.
Сергей Радченко