Недавний визит президента США Барака Обамы в Эр-Рияд снова привлек внимание мира к новому руководству Саудовской Аравии. Король Салман и его влиятельный сын Мухаммад пришли к власти в начале 2015 года, и с тех пор внутренняя и внешняя политика страны успела заметно измениться. В этом материале исследователи Фонда Карнеги обсуждают новые внешнеполитические инициативы Эр-Рияда, туманное будущее саудовской королевской семьи и внутриполитические проблемы Саудовского королевства.

Как смена руководства Саудовской Аравии повлияла на внешнюю политику страны?

Фредерик Уэри, старший научный сотрудник Ближневосточной программы: Предшественник Салмана, король Абдулла, был склонен к осторожным, продуманным и не бросающимся в глаза шагам во внешней политике. А вот так называемая «доктрина Салмана» предполагает более решительный и воинственный подход к региональным конфликтам. Яркий пример – саудовская интервенция в Йемене. Многие склонны считать, что саудиты ударились в такой авантюризм из-за того, что США, по их мнению, самоустраняются с Ближнего Востока и потакают агрессивным действиям Ирана, особенно после заключения атомной сделки. Но скорее на внешнюю политику Эр-Рияда больше влияют внутренние проблемы королевства.

Сейчас за право руководить страной в будущем борется новое поколение принцев, во главе которого стоит сын короля Салмана и заместитель наследного принца Саудовской Аравии Мухаммад ибн Салман. Мухаммад обладает огромным влиянием в стране. Он занимает пост министра обороны, руководит саудовскими военными операциями в Йемене и, пользуясь этим, создает свой культ личности, опираясь при этом и на новую волну суннитского национализма. Он также курирует создание альянса по освобождению сирийской Ракки от ИГИЛ (группировка запрещена в РФ), хотя альянс этот, вполне вероятно, придуман скорее для внутреннего потребления.

Однако низкие цены на нефть и связанные с ними экономические трудности подталкивают саудитов к тому, чтобы умерить региональные амбиции. А резкие и непредсказуемые шаги нового руководства страны говорят о том, что у саудовской династии дела обстоят непросто и что элиту страны сильно беспокоят вопросы престолонаследия, социальные и экономические проблемы и ряд региональных угроз.

Что происходит в американско-саудовских отношениях?

Перри Каммак, научный сотрудник Ближневосточной программы: Отношения США и Саудовской Аравии проходят очередную проверку на прочность. Лидеры стран Залива так и не смогли приспособиться к сдержанному стилю Барака Обамы, но следующий президент США вряд ли будет настолько же бесстрастным. И наверное, Мухаммад ибн Салман, который пока остается таинственной фигурой для западных лидеров, сможет со временем выработать более тесные контакты с иностранными коллегами.

Но саудитам не стоит рассчитывать на то, что при новом президенте США вернутся к старой парадигме, когда Вашингтон гарантировал безопасность королевства в обмен на стабильность мирового энергетического рынка. Соединенные Штаты уже гораздо меньше зависят от саудовской нефти, а американское общество не хочет, чтобы их страна продолжала играть роль регионального полицейского на Ближнем Востоке. К тому же активизировались отношения Вашингтона и Тегерана, из-за чего саудиты чувствуют себя брошенными или даже преданными. В недавнем интервью Обама заметил, что странам Залива слишком легко все достается, и в Эр-Рияде это восприняли как оскорбление. 

Но и в Вашингтоне, и в Эр-Рияде понимают: Саудовская Аравия стала слишком зависима от Соединенных Штатов в вопросах безопасности. Пока неясно, как США и саудиты смогут поправить эту ситуацию, учитывая, что их взгляды на многие региональные проблемы сильно расходятся. Вашингтону не нравится саудовская интервенция в Йемене, а Эр-Рияд, в свою очередь, недоволен тем, что США самоустраняются с Ближнего Востока, уступая ведущие позиции Ирану. Но вполне вероятно, что две страны продолжат военное и экономическое сотрудничество, несмотря на кардинальные расхождения в оценке региональных проблем.

Как повлияли низкие нефтяные цены на экономику Саудовской Аравии?

Дэвид Ливингстон, научный сотрудник Программы по энергетике и климату: Сегодняшние низкие цены на нефть – это во многом результат целенаправленной политики самой Саудовской Аравии. Еще в ноябре 2014 года на заседании ОПЕК Эр-Рияд недвусмысленно сделал ставку на сохранение доли рынка, пусть даже и за счет падения цен. Такая стратегия оказалась эффективной: рыночная доля Саудовской Аравии выросла, а дорогостоящие нефтяные проекты в других регионах мира заморожены.

Но не все так гладко. Дефицит бюджета Саудовской Аравии достигает уже 15% ВВП, а международные резервы страны каждый месяц сокращаются на несколько миллиардов – в основном деньги идут на поддержание стабильного курса риала к доллару. В апреле 2016 года эти резервы, по оценке МВФ, составляли порядка $592 млрд, так что Эр-Рияду их спокойно хватит еще на несколько лет. Но быстрое сокращение резервов все равно вызывает все больше сомнений в том, насколько устойчива саудовская экономическая модель и как долго королевство сможет сохранить лидерство на мировом нефтяном рынке.

Более того, саудиты уже теряют позиции на самых важных рынках, в том числе в Китае, Индии и США. Там Эр-Рияду угрожает агрессивный демпинг со стороны Ирана, намеренного любой ценой вернуть себе позиции утраченные из-за санкций.

Как последние события повлияли на отношения Саудовской Аравии с Египтом, Иорданией и Йеменом?

Марван Муашер, вице-президент по исследованиям: Традиционный формат отношений саудитов с этими странами – предоставление безвозмездных субсидий – теперь, видимо, придется пересмотреть из-за падения цен на нефть. Саудовское руководство пытается компенсировать падение доходов с помощью частичной приватизации нефтяной компания «Арамко», повышения внутренних цен на топливо и даже прямых заимствований. Но так или иначе, эти деньги пойдут на то, чтобы покрыть дефицит бюджета королевства, а не на субсидии для Египта и Иордании.

Эр-Рияд планирует перевести большую часть своей международной помощи в формат займов. Например, Египту придется платить проценты за полученные топливные субсидии. Это серьезно повлияет на и без того сложную экономическую ситуацию в Египте и Иордании. Впрочем, возможно, тогда эти страны перестанут откладывать давно назревшие реформы.

Война в Йемене уже обошлась Саудовской Аравии примерно в $5,3 млрд – колоссальная сумма с учетом нынешних финансовых проблем королевства. А значит, Эр-Рияд в ближайшем будущем начнет добиваться политического урегулирования конфликта.

Кроме того, похоже, что у саудитов усиливаются разногласия с Египтом и Иорданией по некоторым региональным проблемам, типа сирийского кризиса, отношений с Ираном и «Братьями-мусульманами». Недавно саудовский король Салман посетил Египет явно с целью немного одернуть египетского президента Сиси, который не торопится выполнять свои обещания о военной поддержке операции в Йемене, а также поддерживает слишком тесные контакты с российским президентом Владимиром Путиным по сирийскому вопросу. Эр-Рияд этим крайне недоволен. 

Возможно ли примирение Саудовской Аравии и Ирана?

Карим Саджадпур, старший научный сотрудник Ближневосточной программы: В 2016 году это очень маловероятно. Конфликт Саудовской Аравии и Ирана – это, по сути, гибридная геополитическая война, к которой примешиваются этнические (арабо-персидские) и религиозные (суннитско-шиитские) разногласия. Возник порочный круг: амбиции Тегерана и Эр-Рияда разжигают национализм в обеих странах, а это еще больше обостряет их геополитические противоречия.

В попытках противостоять иранскому влиянию на Ближнем Востоке Саудовская Аравия потратила десятки миллиардов долларов, а результаты оказались довольно сомнительными. Сирия, Ливан и Ирак остаются в сфере влияния Ирана. Военная кампания Эр-Рияда против союзников Ирана в Йемене, хуситов, привела к многочисленным жертвам среди мирного населения и повышает популярность радикальных группировок вроде «Аль-Каиды». Саудитам удалось взять верх лишь в Бахрейне, да и то ценой больших репутационных потерь.

У Тегерана и Эр-Рияда есть общие интересы, прежде всего борьба с ИГИЛ. Но они обвиняют друг друга в его поддержке. В Тегеране считают, что ИГИЛ – порождение ваххабизма (версии ислама, исповедуемой в Саудовской Аравии) и что оно финансируется на саудовские деньги. У Эр-Рияда другая версия: «Исламское государство» возникло из-за поддержанных Ираном репрессий против суннитов в Сирии и Ираке.

Пока разрядки между Ираном и Саудовской Аравией не получается. Саудиты сомневаются в искренности Ирана и явно считают, что им необходимо сначала укрепить свое влияние в регионе, чтобы вести переговоры с более сильной позиции. Кроме того, хотя антииранские инициативы Эр-Рияда оказались дорогостоящими и болезненными, они популярны среди жителей страны.

Падение нефтяных доходов и общее истощение в конце концов неизбежно вынудят Саудовскую Аравию и Иран начать всерьез договариваться. Но до этого еще далеко.

Чего добивается Эр-Рияд в Сирии и Ливане?

Жозеф Баху, приглашенный исследователь Ближневосточной программы: Чтобы ограничить иранское влияние на Ближнем Востоке, Эр-Рияд поддержал сирийское восстание против режима Башара Асада, которое вылилось в милитаризацию страны и породило массу радикальных салафитских группировок. Теперь, когда США и Россия намерены добиться политического урегулирования в Сирии, саудитам приходится перестраиваться. Эр-Рияд продолжает настаивать, что Асад должен уйти, но при этом поддерживает представителей сирийской оппозиции на переговорах в Женеве, а также надеется, что иранское влияние в Сирии со временем сменится российским.

Та же антииранская логика определяет политику саудитов на ливанском направлении. Многие годы Эр-Рияд поддерживал бывшего ливанского премьера Саада Харири и его союзников в их противостоянии с проиранской шиитской «Хезболлой», хотя обе эти силы входили в правительство национального единства. Но поскольку в Ливане пока не удалось выстроить работоспособную власть, а политическое влияние «Хезболлы» растет, саудовская политика стала меняться. В начале 2016 года Эр-Рияд прекратил поддержку ливанской армии и пригрозил урезать другие виды субсидий для ливанской экономики. А это ослабляет позиции саудитов и их союзников.

Каковы планы Саудовской Аравии в ядерной сфере?

Тристан Волпе, научный сотрудник Программы исследования ядерной политики Фонда Карнеги: Ядерная программа нужна Саудовской Аравии для того, чтобы, с одной стороны, что-то противопоставить ядерным амбициям Ирана, а с другой – удовлетворить собственные растущие потребности в электричестве и пресной воде. Однако пока единственное, что предпринял Эр-Рияд в этом направлении – это подписал множество исследовательских соглашений с ведущими поставщиками ядерных технологий. В отличие от ОАЭ, где начинается строительство крупного ядерного реактора, Саудовская Аравия не торопится воплотить такие проекты в жизнь. 

Тем не менее саудиты активно используют угрозу затеять ядерную гонку с Ираном, чтобы оказать давление на Соединенные Штаты. На саммите в Кемп-Дэвиде в 2015 году саудовские представители говорили о возможности уравнять свой ядерный потенциал с иранским, пытаясь добиться от администрации Обамы дополнительной военной поддержки и формального договора об обороне. Потребность в поддержке со стороны США и дальше будет ключевым фактором при выработке ядерной стратегии Саудовской Аравии.