Комментарий
{
"authors": [
"Yezid Sayigh"
],
"type": "other",
"centerAffiliationAll": "dc",
"centers": [
"Carnegie Endowment for International Peace",
"Malcolm H. Kerr Carnegie Middle East Center",
"Берлинский центр Карнеги"
],
"collections": [
"Civil-Military Relations in Arab States"
],
"englishNewsletterAll": "menaTransitions",
"nonEnglishNewsletterAll": "",
"primaryCenter": "Malcolm H. Kerr Carnegie Middle East Center",
"programAffiliation": "MEP",
"programs": [
"Middle East"
],
"projects": [],
"regions": [
"Левант",
"Сирия",
"Ближний Восток",
"Россия"
],
"topics": [
"Внешняя политика США"
]
}
Источник: Getty
Сирийская военная реформа и интересы России
В своем стремлении реструктурировать и реформировать сирийские вооруженные силы Россию ждет немало трудностей. Именно в создании сильной сирийской армии она видит ключ к сдерживанию иранского влияния, завершению своего военного участия в конфликте и окончанию гражданской войны на условиях, благоприятных для режима Асада.
19 июня 2020 г.
Как это часто случается при вмешательстве великих держав в вооруженные конфликты государств-клиентов, российские ожидания в Сирии оправдались не полностью. Уроки, которые извлекла Россия, — позитивные и негативные — говорят о сложности ситуации и постоянно меняющемся характере современной войны. Официальной информации о планах российского руководства немного, но о том, что известно о поддержке Россией Сирийской Арабской Армии, читайте в материалах нашего проекта.
Сирийская головоломка: что подрывает военные реформы, проводимые Россией, Йезид Сайих
Россия и военная реформа в Сирии: планы и реальность, Алексей Хлебников
Роль России в реформировании сирийских спецслужб, Кирилл Семенов
О авторе
Yezid Sayigh
Senior Fellow, Malcolm H. Kerr Carnegie Middle East Center
Yezid Sayigh is a senior fellow at the Malcolm H. Kerr Carnegie Middle East Center in Beirut, where he leads the program on Civil-Military Relations in Arab States (CMRAS). His work focuses on the comparative political and economic roles of Arab armed forces, the impact of war on states and societies, the politics of postconflict reconstruction and security sector transformation in Arab transitions, and authoritarian resurgence.
- Принц и убийство. Как смерть журналиста изменит саудовскую власть
Недавние работы
Карнеги не занимает институциональных позиций по вопросам государственной политики; изложенные здесь взгляды принадлежат автору(ам) и не обязательно отражают взгляды Карнеги, его сотрудников или попечителей.
- Розыск со всех сторон. Чем отличаются западные и российские проблемы Павла ДуроваКомментарий
В то время как Запад требует от Telegram большей ответственности как посредника по передаче информации, Россия требует от Дурова полного подчинения любым требованиям властей.
Мария Коломыченко
- Цинизм не по существу. Почему закрытый разговор с директором ЦРУ был лишен смыслаКомментарий
Россия уже не первое десятилетие настаивает на преимуществах откровенных разговоров за закрытыми дверями. Но на деле Москва на всех уровнях давно практикует то, в чем обвиняет других, — стирание разницы между публичной и непубличной риторикой.
Александр Баунов
- Патриотизмом единым. Зачем РПЦ решила «обрести мощи» Дмитрия ДонскогоКомментарий
Решение сделать это пришло кому-то в голову только через четыре с лишним года после начала большой войны против Украины. То есть оно не было спонтанным, и главное — никакой надобности в «обретении» не было, пока ожидалась легкая победа.
Александр Занемонец
- Конкуренция с заповедью. Чем опасны для Кремля Шлосберг и «Яблоко»Комментарий
Режим, основанный на силе, на подавлении, на репрессиях, не хочет, чтобы его пропаганда, со всеми ее логическими скачками, недомолвками и прямой ложью, конкурировала с самым простым из возможных посланий — шестой заповедью, пусть и расширительно истолкованной пацифистами.
Леонид Бершидский
- Люди, вы, звери. О книге Леонида Бершидского «Проверено на животных»Комментарий
Смешение людей и животных — давняя традиция социальной утопической прозы. А в книге Бершидского она нам напоминает, что люди сплошь и рядом приравнены к животным в качестве объекта социальных экспериментов. Это в общем-то роман о подопытных людях.
Александр Баунов
