{
"authors": [
"James L. Schoff"
],
"type": "commentary",
"centerAffiliationAll": "",
"centers": [
"Carnegie Endowment for International Peace",
"Берлинский центр Карнеги"
],
"collections": [],
"englishNewsletterAll": "",
"nonEnglishNewsletterAll": "",
"primaryCenter": "Carnegie Endowment for International Peace",
"programAffiliation": "",
"programs": [],
"projects": [],
"regions": [
"Восточная Азия",
"Япония",
"Россия"
],
"topics": []
}Источник: Getty
Как США относятся к попыткам сближения России и Японии
Джеймс Шофф, старший научный сотрудник Азиатской программы Фонда Карнеги, – о том, как Соединенные Штаты смотрят на тесные отношения, сложившиеся между президентом России Владимиром Путиным и бывшим премьер-министром Японии Синдзо Абэ, а также на экономическое сотрудничество между двумя странами
Как американские эксперты оценивают попытки Абэ улучшить отношения с Россией?
Если коротко, никто не ждал, что из этого вообще что-то выйдет. Считалось, что Абэ просто теряет время. В кулуарах звучали опасения, что он может пойти на уступки по санкциям или нарушить единство «большой семерки» по вопросу Крыма. Но в целом эксперты полагали, что японский премьер будет придерживаться единой линии со своими союзниками.
Разумеется, если бы у Абэ получилось добиться успеха на переговорах с Путиным и решить территориальный спор так, чтобы это не нанесло ущерба американо-японским отношениям, то это можно было бы только приветствовать.
В конце концов, установление по-настоящему глубоких, более тесных связей между Японией и Россией отвечает стратегическим интересам США – это не только снизило бы зависимость России от Китая, но и показало бы, что Кремль готов использовать новые подходы в своей внешней политике. Было бы неразумно упускать такую возможность. Однако в Вашингтоне мало кто надеялся, что Путин согласится на условия, сколько-нибудь приемлемые для Абэ.
Как будут развиваться российско-японские экономические отношения после отставки Абэ и что об этом думают в США?
Теоретически в Вашингтоне настроены очень позитивно – лишь бы сотрудничество сопровождалось реальным сближением Москвы и Токио. Таким, чтобы российские военные самолеты реже вторгались в японское воздушное пространство, а милитаризация спорных островов несколько снизилась. В этом случае США будут только приветствовать развитие экономического партнерства между Россией и Японией.
Даже в отсутствие мирного договора или значимого прогресса в двусторонних отношениях любые экономические контакты (например, продолжение экономических программ, которые Абэ запустил на российском Дальнем Востоке) будут иметь положительные последствия. Развитие добрососедских и деполитизированных связей между Россией и Японией ослабит влияние Китая, а в будущем может способствовать экономическому росту обеих стран. Особенно если удастся добиться прогресса в отношениях Северной и Южной Кореи. В целом экономика может сыграть важную роль в стабилизации всего региона.
Конечно, если Япония на переговорах с Россией начнет проявлять излишнюю уступчивость и готовность к компромиссам, то у США могут появиться поводы для беспокойства. Но с политической точки зрения, мне кажется, опасаться нечего, поскольку Япония просто не сможет пойти навстречу российским требованиям, не получив чего-то реального взамен. Поэтому тут, скорее всего, сохранится патовая ситуация.
Согласятся ли США на более тесное экономическое сближение Японии с Россией, чтобы уравновесить расширяющееся сотрудничество между Москвой и Пекином?
Думаю, да. Это потребует очень подробных консультаций между США и Японией, а также взаимного доверия и понимания того, что мы играем в одной команде. На мой взгляд, последняя встреча в формате «два плюс два» и недавние переговоры в рамках четырехстороннего диалога по безопасности заложили прочный фундамент для взаимодействия между президентом США Джозефом Байденом и японским премьером Ёсихидэ Сугой. Учитывая предстоящий визит Суги в США, есть все основания ожидать, что отношения между США и Японией, как и прежде, будут прочными и доверительными.
Никуда не денутся наши разногласия с Японией по вопросам соблюдения прав человека, скажем, в Китае или в Мьянме. Направления нашей и японской внешней политики не всегда совпадают, но мы доверяем друг другу. И если Суга во время визита к Байдену или министр иностранных дел Японии Тосимицу Мотэги при встрече с госсекретарем США Энтони Блинкеном скажут: «У нас появилась возможность улучшить отношения с Россией, что позволит уравновесить влияние Китая и в перспективе обеспечит дополнительные выгоды региону, например в виде расширения связей с Южной Кореей», – то, я полагаю, США не станут возражать. Разумеется, при условии, что в американо-российских отношениях не произойдет какого-то резкого, еще большего ухудшения.
Но, мне кажется, всем и так ясно, что команда Байдена главной угрозой считает Китай, а Азию рассматривает как пространство больших возможностей для развития американской экономики и сохранения ведущей роли США в мире. Поэтому поддержка Японии и проведение твердой внешней политики в регионе всецело отвечают интересам Вашингтона.
Интервью опубликовано в рамках проекта «Диалог Россия – США: смена поколений». Взгляды, изложенные в интервью, отражают личное мнение автора


О авторе
Former Senior Fellow, Asia Program
James L. Schoff was a senior fellow in the Carnegie Asia Program. His research focuses on U.S.-Japan relations and regional engagement, Japanese technology innovation, and regional trade and security dynamics.
- Что означает для США и мира торговая сделка ЕС и ЯпонииКомментарий
Недавние работы
Карнеги не занимает институциональных позиций по вопросам государственной политики; изложенные здесь взгляды принадлежат автору(ам) и не обязательно отражают взгляды Карнеги, его сотрудников или попечителей.
- Удел вечной жертвы. Почему история «по-путински» подрывает тезис о сильной РоссииКомментарий
Рассказ, задуманный как подтверждение исторической силы и суверенитета России, превращается в историю ее хронической пассивности, слабости и уязвимости.
Алексей Уваров
- Незаменимые соучастники. Зачем Z-блогеры разоблачают мифы путинской пропагандыБрошюра
Влияние Z-пространства на политику или общественные настроения в России крайне незначительно. Но как источник информации — при системном, критическом и осторожном чтении — оно почти незаменимо. Z-каналы позволяют увидеть не только отдельные факты войны, но и механизмы, благодаря которым они возникают.
Иван Филиппов
- Сломанная трилемма Путина. Почему экономика России больше не тянетКомментарий
По отдельности плохие новости этого года читаются как не более чем проблемы конкретных отраслей. Но вместе они показывают, что государство отказывается от собственных правил, потому что больше не может им следовать — правила мешают управлять в ручном режиме.
Александра Прокопенко
- Розыск со всех сторон. Чем отличаются западные и российские проблемы Павла ДуроваКомментарий
В то время как Запад требует от Telegram большей ответственности как посредника по передаче информации, Россия требует от Дурова полного подчинения любым требованиям властей.
Мария Коломыченко
- Цинизм не по существу. Почему закрытый разговор с директором ЦРУ был лишен смыслаКомментарий
Россия уже не первое десятилетие настаивает на преимуществах откровенных разговоров за закрытыми дверями. Но на деле Москва на всех уровнях давно практикует то, в чем обвиняет других, — стирание разницы между публичной и непубличной риторикой.
Александр Баунов