Carnegie Endowment for International PeaceCarnegie Endowment for International Peace
  • Пожертвовать
{
  "authors": [
    "Томас де Ваал"
  ],
  "type": "legacyinthemedia",
  "centerAffiliationAll": "dc",
  "centers": [
    "Carnegie Endowment for International Peace",
    "Carnegie Europe",
    "Берлинский центр Карнеги"
  ],
  "collections": [],
  "englishNewsletterAll": "ctw",
  "nonEnglishNewsletterAll": "",
  "primaryCenter": "Carnegie Europe",
  "programAffiliation": "russia",
  "programs": [
    "Russia and Eurasia"
  ],
  "projects": [],
  "regions": [
    "Россия и Кавказ"
  ],
  "topics": []
}

Источник: Getty

В прессе
Carnegie Europe

Призраки Абхазии

Любой разговор об истории Абхазии требует крайней осторожности. В ходе спора депутата Госдумы РФ Затулина и абхазского историка Лакобы последний дал понять, что россияне не должны повторять ошибку грузин и что России надо признать: история Абхазии — и сама Абхазия — не является всего лишь частью российского проекта.

Link Copied
Томас де Ваал
9 декабря 2010 г.
Program mobile hero image

Программа

Russia and Eurasia

The Russia and Eurasia Program continues Carnegie’s long tradition of independent research on major political, societal, and security trends in and U.S. policy toward a region that has been upended by Russia’s war against Ukraine.  Leaders regularly turn to our work for clear-eyed, relevant analyses on the region to inform their policy decisions.

Читать
Российская Федерация включила Фонд Карнеги за международный мир в список «нежелательных организаций». Если вы находитесь на территории России, пожалуйста, не размещайте публично ссылку на эту статью.

Источник: The National Interest

Призраки АбхазииВ абхазском отеле «Рица» мне плохо спалось. Мне приснился кошмар, в котором я бродил по старому дому с престарелым Сталиным, что-то злобно бормотавшим себе под нос. Проснувшись утром, я задумался о том, кто мог растревожить мой сон, и составил целый список подозреваемых из потустороннего мира.

За белыми стенами этого отеля должны обитать многие из бесчисленных привидений Абхазии. Выздоравливающий Троцкий жил в нем в 1924 году и даже произнес в день похорон Ленина с балкона на его втором этаже прощальную речь в память о старом товарище. Или же, возможно, я провел ночь в комнате другой жертвы Сталина – поэта Осипа Мандельштама. 1993 год породил новых призраков, когда отель был сожжен дотла в ходе боев между грузинами и абхазами. Отстроили его только недавно.

В Абхазии спорно все – прошлое, настоящее и будущее. Спорно даже название ее столицы, которую грузины и большая часть остального мира называют на грузинский лад «Сухуми», а сами абхазы называют «Сухум». Это город пустот. В середине XIX века абхазов депортировали в Османскую Империю за восстание против Российской империи. С 1877 по 1907 годы тем, кто остался в Абхазии, запрещалось жить в городе и на побережье Черного моря. На их месте селились греки, грузины и русские, смещая демографический баланс не в пользу коренного населения. В 1949 году большинство греков выслали в Казахстан в ходе одной из безумных сталинских депортаций. В 1992 году большинство абхазов бежало из города, когда он был захвачен грузинскими вооруженными силами, но через год абхазы отбили город столицу обратно, и из нее бежали почти все грузины. Сейчас, семнадцать лет спустя, несмотря на приток российских денег и появление новых кафе, магазинов и гостиниц, развалины по-прежнему обезображивают улицы Сухума/Сухуми.

Таким образом, любой разговор об истории Абхазии требует крайней осторожности. Однако это не помешало российскому парламентарию Константину Затулину ступить на эту территорию, можно сказать, в сапогах со шпорами. Усач Затулин, первый заместитель председателя комитета Государственной думы по делам СНГ, выглядит и говорит, как царский офицер, и излишней деликатностью никогда не отличался. В свое время он активно выступал за признание Россией Абхазии и Южной Осетии и восхвалял августовскую войну 2008 года как победу над Западом. При этом он забыл об одной маленькой подробности, а именно о том, что абхазы настроены так пророссийски скорее по необходимости, чем по природному энтузиазму. Поэтому когда он раскритиковал учебник абхазского историка Станислава Лакобы, по которому учатся в местных школах, то задел больное место.

Затулин публично выступил с осуждением учебника Лакобы, заявив, что абхазы «добровольно» вступили в союз с Российской империей в 1810 году и всегда жили с русскими в гармонии. После нескольких месяцев критики Лакоба ответил программной статьей под названием «Затулинизм», в которой объявил: «Абхазию можно "поздравить". У нее появился политический цензор». Хотя в своей статье Лакоба подчеркивает, что Россия – главный союзник Абхазии и должна им остаться, он делает предупредительный выстрел в сторону тех россиян, которые, по его мнению, повторяют ошибку грузин и считают, что абхазы хотят быть частью российского проекта и не иметь своего собственного. «Слишком свободным показался кому-то абхазский народ, и его, видимо, решили надломить, обуздать, выбив из-под него основу – его историю», – пишет он.

Критиковать Лакобу в Абхазии – большая ошибка, так как он носит знаменитую фамилию своего родственника Нестора Лакобы, популярного большевицкого лидера, который добился для Абхазии широкой автономии, избавил ее от коллективизации и был отравлен главным прихвостнем Сталина Лаврентием Берией. С Лакобой-младшим не должно произойти ничего столь же драматического, однако, когда мы с ним пили кофе перед отелем «Рица», я обнаружил в нем человека, которого всерьез тревожит вопрос о том, чего же русские хотят от его родины.

Для большинства простых жителей Абхазии этот вопрос не слишком много значит. Разногласия с Россией из-за учебников истории или прав собственности для них второстепенная тема по сравнению с тем фактом, что Россия платит людям пенсии и дает паспорта. Грубо говоря, с их точки зрения, Россия – это та держава, которая победила Грузию и не дает грузинам вернуться. Фактический премьер-министр Абхазии Сергей Шамба объяснил мне положение дел следующим образом: «С Россией мы воевали сто пятьдесят лет назад, а с Грузией – восемнадцать лет назад, и Россия нам в этой войне помогала. Вот в чем разница».

Однако спор Лакобы и Затулина напоминает нам, что о будущем Абхазии невозможно говорить, не пробуждая призраки прошлого – давнего и недавнего.

Оригинал перевода

О авторе

Томас де Ваал

Senior Fellow, Carnegie Europe

Старший научный сотрудник, Carnegie Europe

    Недавние работы

  • Комментарий
    С геополитическим размахом. Кто и как повлияет на выборы в Армении

      Томас де Ваал

  • Брошюра
    Избавление от зависимости. Может ли Армения выйти из-под крыла Москвы

      Томас де Ваал

Томас де Ваал
Senior Fellow, Carnegie Europe
Томас де Ваал
Россия и Кавказ

Карнеги не занимает институциональных позиций по вопросам государственной политики; изложенные здесь взгляды принадлежат автору(ам) и не обязательно отражают взгляды Карнеги, его сотрудников или попечителей.

  • Комментарий
    Carnegie Politika
    Уход патриарха. Что принесет смена главы церкви Грузии

    В отличие от дипломатичного Илии II, Шио склонен к резкой антизападной риторике и часто подчеркивает деструктивность «либеральных идеологий» для Грузии. Это вызывает опасения, что при нем церковь может утратить свою объединяющую роль, став инструментом ультраправой политики.


      Башир Китачаев

  • Брошюра
    Стратегические направления для построения устойчивого мира между Арменией и Азербайджаном

    Официальное мирное соглашение между Арменией и Азербайджаном само по себе не способно преодолеть десятилетия взаимного недоверия. Прочность мира будет зависеть от залечивания полученных травм, переосмысления идентичностей, диверсификации нарративов и того, почувствуют ли обычные граждане ощутимые улучшения в своей повседневной жизни.

      Заур Шириев, Филип Гамагелян

  • Комментарий
    Carnegie Politika
    Потеря уникальности. Почему США интересуются Кавказом, но не Грузией

    Грузия оказалась в сложном положении. С одной стороны, она растеряла репутацию образцовой демократии постсоветского пространства. С другой — Тбилиси не удается предложить Вашингтону новые крупные проекты, сопоставимые по привлекательности с тем, что предлагают Армения и Азербайджан.

      Башир Китачаев

  • Комментарий
    Carnegie Politika
    Разрыв без разрыва. Что происходит в отношениях Армении и России

    В восприятии Кремля ставки резко выросли. Вместо гарантированного союзника, который настолько крепко привязан к России, что там можно потерпеть и Пашиняна у власти, Армения превратилась в очередное поле битвы в гибридном противостоянии с Западом.

      Микаэл Золян

  • Комментарий
    Carnegie Politika
    Эпоха мира, но с врагом. Почему Азербайджан не хочет ни мира, ни войны с Арменией

    Азербайджану удобнее всего оставаться в нынешнем двойственном режиме: сочетать миролюбивые жесты и отсутствие войны на международном уровне с сохранением ксенофобии и языка ненависти внутри страны. И судя по всему, такая двойственность — это осознанная стратегия властей.

      Башир Китачаев

Carnegie Endowment for International Peace
0