Carnegie Endowment for International PeaceCarnegie Endowment for International Peace
  • Пожертвовать
{
  "authors": [
    "Дмитрий Тренин"
  ],
  "type": "legacyinthemedia",
  "centerAffiliationAll": "",
  "centers": [
    "Carnegie Endowment for International Peace",
    "Carnegie China",
    "Берлинский центр Карнеги",
    "Carnegie Europe"
  ],
  "collections": [
    "China’s Foreign Relations"
  ],
  "englishNewsletterAll": "",
  "nonEnglishNewsletterAll": "",
  "primaryCenter": "Берлинский центр Карнеги",
  "programAffiliation": "",
  "programs": [],
  "projects": [],
  "regions": [
    "Американский континент",
    "Соединенные Штаты Америки",
    "Восточная Азия",
    "Китай",
    "Россия",
    "Восточная Европа",
    "Западная Европа"
  ],
  "topics": [
    "Экономика",
    "Внешняя политика США",
    "Безопасность"
  ]
}

Источник: Getty

В прессе
Берлинский центр Карнеги

Победа Китая в Украине

Китай будет изучать стратегию США по отношению к России и делать выводы для себя. В его интересы входит сохранение России в качестве стабильного стратегического пограничья и сырьевой базы.

Link Copied
Дмитрий Тренин
31 июля 2014 г.
Российская Федерация включила Фонд Карнеги за международный мир в список «нежелательных организаций». Если вы находитесь на территории России, пожалуйста, не размещайте публично ссылку на эту статью.

Источник: Project Syndicate

Почти четверть века отношения между США и Россией по сути определяла история. После окончания «холодной войны» Россия для Соединенных Штатов и многих других стран все больше отходила на второй план, ее международное влияние и могущество, казалось, остались в прошлом. Теперь эта эпоха завершилась.

Конечно, нынешний конфликт между США и Россией из-за Украины нельзя назвать «состязанием на равных» - слишком уж различен потенциал сторон. Россия не является, и даже не может делать вид, что является претендентом на мировую гегемонию. В отличие от СССР политика России не определяется некоей четкой идеологией, она не возглавляет блок стран, исповедующих такую же идеологию, а число ее официальных союзников невелико (и все они – малые государства). Тем не менее американо-российский конфликт имеет существенное значение для остального мира.

Наибольшую важность, естественно, он представляет для Украины, часть которой сегодня превратилась в поле боя. Будущее крупнейшего государства Европы – его территория, политическое устройство и внешние связи – очень во многом зависят от исхода борьбы между США и Россией.

Вполне возможно, Украина обретет национальное единство, подлинно демократический строй и прочные связи с европейскими и атлантическими институтами, получит от этих институтов щедрую помощь и в результате добьется процветания, даже станет образцом для подражания в глазах соседей-россиян. Но не исключено также, что в конечном итоге Украина распадется на несколько государств с разной политической ориентаций.

Судьба Украины, в свою очередь, важна для других стран Восточной Европы, особенно Молдовы и Грузии. Обе они, как и Украина, подписали соглашения об ассоциации с Европейским союзом, и им придется тщательно выверять свои действия, чтобы не стать полем сражения между Россией и Западом. Аналогичным образом придется балансировать номинальным партнерам Москвы по ее проекту Евразийского союза – Армении, Белоруссии, Казахстану и Киргизии – между Россией (своим формально «стратегическим» союзником) и Соединенными Штатами, владеющими «ключом» к международной политической и экономической системе.

То, что произойдет с Украиной, немаловажно и для Западной Европы. Хотя затяжное военное противостояние с Россией на восточной границе НАТО будет несравнимо по остроте с конфронтацией времен «холодной войны» со странами Варшавского договора, военную безопасность Европы уже нельзя считать чем-то само собой разумеющимся.

По мере усиления тревоги из-за собственной безопасности на континенте начнут рушиться торговые связи между ЕС и Россией. Под давлением США Евросоюз в конечном итоге сократит закупки российского газа и нефти, а Россия – импорт промышленных товаров у своих соседей. В отношениях России и Европы воцарится недоверие. Идея единого пространства от Лиссабона до Владивостока будет похоронена. Вместо этого произойдет еще большее укрепление союза ЕС и США – как в рамках активизирующегося НАТО, так и за счет Трансатлантического торгово-инвестиционного партнерства.

Японию тоже нельзя считать сторонним наблюдателем: ее решение присоединиться к санкциям против России, введенным по инициативе США, ставит крест на планах построения прочных отношений с Кремлем в качестве противовеса Китаю в Азии. Союзнические отношения между Японией и США получат новое подтверждение – как и положение Токио в этом союзе. Нечто подобное произойдет и с Южной Кореей: ей придется уступить давлению США и ограничить торговлю с Россией, что может побудить Кремль занять менее конструктивную позицию по проблеме разделенного Корейского полуострова.

В результате американо-российский конфликт вероятно обернется укреплением позиций Соединенных Штатов в отношениях с европейскими и азиатскими союзниками, а обстановка для России на всей территории Евразии станет менее благоприятной. Даже номинальным союзникам Москвы придется оглядываться на США, и ее «вылазки» в Латинскую Америку и анклавы влияния на Ближнем Востоке не будут иметь большого значения.

В этой картине усиливающегося влияния США есть только одно исключение – Китай. Резкое сокращение экономических связей России с передовыми странами приведет к тому, что Китай останется единственной крупной экономической державой за пределами возглавляемого Вашингтоном санкционного режима. Это повышает значение Китая для России, обещает ему расширение доступа к российским энергоносителям, другим сырьевым ресурсам и военным технологиям.

Китай будет изучать стратегию США по отношению к России и делать выводы для себя. Однако Пекин не заинтересован в том, чтобы Россия уступила американскому давлению, распалась или стала мировой державой. В его интересы входит сохранение России в качестве стабильного стратегического пограничья и сырьевой базы.

Поддержка Китаем России в ее сопротивлении США стала бы новым явлением в международных отношениях. Многие считают такой сценарий нереальным: в конечном итоге для России альянс с Китаем будет непосильным бременем; кроме того, россияне, какова бы ни была их идеология и кто бы ни был их лидерами, остаются европейцами.

Возможно, это так и есть. Но не стоит забывать, что один из самых почитаемых в России героев ее Средневековья – Святой Благоверный князь Александр Невский – успешно сражался с западными захватчиками, сохраняя при этом лояльность монгольским ханам.

России несомненно придется расплачиваться за свои действия на Украине. Вопрос для США и их союзников заключается в другом: не придется ли им самим дорого заплатить за то, чтобы добиться этой расплаты.

Оригинал статьи

Дмитрий Тренин
Директор, Московского Центра Карнеги
ЭкономикаВнешняя политика СШАБезопасностьАмериканский континентСоединенные Штаты АмерикиВосточная АзияКитайРоссияВосточная ЕвропаЗападная Европа

Карнеги не занимает институциональных позиций по вопросам государственной политики; изложенные здесь взгляды принадлежат автору(ам) и не обязательно отражают взгляды Карнеги, его сотрудников или попечителей.

  • Комментарий
    Carnegie Politika
    Исчерпаемый ресурс. Хватит ли у России солдат для продолжения войны

    С наймом новых контрактников у российской армии пока все в порядке, хотя, конечно, остается все меньше людей, готовых ради денег пойти на войну. Военных сейчас больше беспокоит качество «добываемого ресурса».

      Дмитрий Кузнец

  • Комментарий
    Carnegie Politika
    Достоинство/соглашательство. Об эволюции молчания в сегодняшней России

    Молчание огромной страны не может считаться политическим высказыванием — оно может быть таковым только тогда, когда читается как жест, как действие. Когда за ним стоит риск. Когда оно нарушает правила, а не обслуживает их.

      Екатерина Барабаш

  • Комментарий
    Carnegie Politika
    Назад в 1930-е. Угрожает ли Японии возрождение милитаризма

    Рост оборонных расходов Японии продиктован не амбициями, а необходимостью. Страна сталкивается с самым опасным внешнеполитическим окружением со времен Второй мировой войны. Рядом — Россия, Китай и Северная Корея: три авторитарные ядерные державы, которые все чаще координируют свои действия.

      Джеймс Браун

  • Комментарий
    Carnegie Politika
    Не только Краматорск. Чего хочет Путин от Украины в обмен на мир

    Отставка Зеленского — не просто вендетта, но и ясный сигнал, который Кремль хотел бы подать всем лидерам стран, соседствующих с Россией: даже если у вас найдется возможность сопротивляться, цена (в том числе для вас лично) будет максимальной.

      Владислав Горин

  • Комментарий
    Carnegie Politika
    Переоценка рисков. Что стоит за поворотом Украины к белорусской оппозиции

    Оценка рисков, исходящих от Лукашенко, сильно отличается от той, что была в 2022-м. Все более эфемерной выглядит угроза вступления в войну белорусской армии, а способность Украины дронами поразить любую точку в Беларуси добавляет Киеву уверенности.

      Артем Шрайбман

Carnegie Endowment for International Peace
0