Carnegie Endowment for International PeaceCarnegie Endowment for International Peace
  • Пожертвовать
{
  "authors": [
    "George Perkovich",
    "Sinan Ülgen"
  ],
  "type": "legacyinthemedia",
  "centerAffiliationAll": "dc",
  "centers": [
    "Carnegie Endowment for International Peace",
    "Carnegie Europe",
    "Malcolm H. Kerr Carnegie Middle East Center",
    "Берлинский центр Карнеги"
  ],
  "collections": [
    "Turkey’s Transformation"
  ],
  "englishNewsletterAll": "",
  "nonEnglishNewsletterAll": "",
  "primaryCenter": "Carnegie Endowment for International Peace",
  "programAffiliation": "NPP",
  "programs": [
    "Nuclear Policy",
    "Europe"
  ],
  "projects": [],
  "regions": [
    "Турция",
    "Европа",
    "Иран"
  ],
  "topics": [
    "Политические реформы",
    "Безопасность",
    "Ядерная политика",
    "Ядерная энергетика"
  ]
}

Источник: Getty

В прессе

Почему Турция не станет ядерной страной

Экономические интересы вкупе с особенностями проблем национальной безопасности побуждают Турцию не стремиться к обладанию ядерным оружием.

Link Copied
George Perkovich и Sinan Ülgen
10 апреля 2015 г.
Program mobile hero image

Программа

Nuclear Policy

The Nuclear Policy Program aims to reduce the risk of nuclear war. Our experts diagnose acute risks stemming from technical and geopolitical developments, generate pragmatic solutions, and use our global network to advance risk-reduction policies. Our work covers deterrence, disarmament, arms control, nonproliferation, and nuclear energy.

Читать
Program mobile hero image

Программа

Europe

The Europe Program in Washington explores the political and security developments within Europe, transatlantic relations, and Europe’s global role. Working in coordination with Carnegie Europe in Brussels, the program brings together U.S. and European policymakers and experts on strategic issues facing Europe.

Читать
Российская Федерация включила Фонд Карнеги за международный мир в список «нежелательных организаций». Если вы находитесь на территории России, пожалуйста, не размещайте публично ссылку на эту статью.

Источник: Project Syndicate

СТАМБУЛ – Согласно общему мнению, если Иран разработает ядерное оружие, то Саудовская Аравия, Турция и, возможно, Египет попытаются последовать его примеру. Израильский премьер-министр Биньямин Нетаньяху пошел далее, когда он обратился к Конгрессу США в начале марта, утверждая, что разрешение Ирану иметь программу обогащения урана «разожжет гонку ядерных вооружений в самой опасной части планеты».

Каждое государство из этого потенциального ядерного домино необходимо проанализировать отдельно и тщательно. И, насколько это касается Турции, общее мнение, кажется, в основном неверное.

У Турции в стадии создания действительно есть своя программа ядерной энергии. После десятилетий неудачных попыток турецкое правительство подписало контракт с Россией в 2010 г. по строительству и вводу в эксплуатацию первой атомной электростанции. Проект, осуществляемый на Средиземноморском побережье Турции, теперь находится в процессе строительства.

Попытки турецкого правительства обеспечить участие других международных поставщиков были осложнены тем, что условия, предложенные Россией, были значительно более выгодны, чем условия, предложенные конкурентами. В то же время Турция ведет переговоры с франко-японским консорциумом по строительству второй атомной электростанции на Черном море.

У Турции есть веские экономические аргументы для развития производства атомной энергии. Импорт первичных энергоресурсов составляет почти половину хронического дефицита текущего счета Турции, так как страна импортирует более 90% используемой нефти и природного газа. Кроме того, в отличие от Европы, потребности Турции в электроэнергии продолжают расти на 5-6% в год. Влиятельные турецкие политики рассматривают ядерную энергию как почти незаменимое средство для усиления энергетической безопасности и сокращения счетов за импорт.

Эти экономические интересы, вместе с рассмотрением вопросов национальной безопасности, побуждают Турцию не стремиться к обладанию ядерным оружием. Как подписанту Договора о нераспространении ядерного оружия, Турции запрещена разработка военных приложений ядерной технологии. Если бы Турция нарушила это обязательство, другие государства, включая те, которые иначе способствовали бы ее программе развития ядерной энергетики, выступят против нее и подвергнут опасности способность страны удовлетворить растущий спрос на энергию по доступной цене. Это, в свою очередь, подорвало бы экономический рост, который был основным вопросом в поддержке обществом правительства Турции за два последних десятилетия.

Кроме того, Турция — член НАТО и таким образом извлекает выгоду из гарантий безопасности, которую обеспечивает этот военный союз, включая ядерное прикрытие. Действительно, США базировали ядерное оружие в Турции в течение многих десятилетий. Недавно НАТО и США развернули в стране элементы системы защиты от баллистических ракет. Если бы турецкое правительство стремилось получить свое собственное ядерное оружие, то оно бы поставило под удар эти гарантии безопасности и восстановило бы НАТО против себя.

В любом случае у Турции нет ноу-хау (технологии) и производственной инфраструктуры, чтобы быстро создать ядерное оружие, и стране потребовалось бы долгое время – вероятно, больше десяти лет – чтобы создать эти возможности. В этот период Турция подверглась бы серьезному политическому и экономическому давлению и напряжению в вопросах безопасности не только со стороны США и других государств НАТО, но также со стороны России, Ирана и других стран.

Между тем, прямые угрозы безопасности Турции усугубились бы очень сильно. Ядерное оружие мало бы помогло в уменьшении опасности, созданной распадом Сирии, ростом Исламского государства и нерешенной проблемой курдского сепаратизма. Отношения Турции с Ираном, которые прежде были управляемы, могли бы стать более предрасположенными к кризису.

Все эти соображения указывают на серьезные риски, которые появятся в вопросах безопасности Турции в случае стремлении этой страны к обладанию ядерным оружием. Эти риски могут, в свою очередь, обострить внутренние разногласия в стране в то время, когда правящая «Партия справедливости и развития» изо всех сил пытается сохранить общественную поддержку.

При этих обстоятельствах имеет большое значение, как остальная часть мира видит и что говорит о ядерном будущем Турции. Утверждать, что Турция будет естественно – возможно, неизбежно – стремиться приобрести ядерный арсенал, значит игнорировать важные побудительные мотивы страны не милитаризировать свою существующую гражданскую энергетическую программу.

Легкомысленный разговор о рисках распространения ядерного оружия не должен вводить в заблуждение турок относительно их собственных интересов. Вместо этого, миру было бы гораздо более разумным вновь подтвердить усилия страны преследовать чисто мирную программу развития ядерной энергии и работать с НАТО в поиске разрешения иранской проблемы.

Оригинал статьи

О авторах

George Perkovich

Japan Chair for a World Without Nuclear Weapons, Senior Fellow

George Perkovich is the Japan Chair for a World Without Nuclear Weapons and a senior fellow in the Carnegie Endowment for International Peace’s Nuclear Policy Program. He works primarily on nuclear deterrence, nonproliferation, and disarmament issues, and is leading a study on nuclear signaling in the 21st century.

Sinan Ülgen

Senior Fellow, Carnegie Europe

Sinan Ülgen is a senior fellow at Carnegie Europe in Brussels, where his research focuses on Turkish foreign policy, transatlantic relations, international trade, economic security, and digital policy.

Авторы

George Perkovich
Japan Chair for a World Without Nuclear Weapons, Senior Fellow
George Perkovich
Sinan Ülgen
Senior Fellow, Carnegie Europe
Sinan Ülgen
Политические реформыБезопасностьЯдерная политикаЯдерная энергетикаТурцияЕвропаИран

Карнеги не занимает институциональных позиций по вопросам государственной политики; изложенные здесь взгляды принадлежат автору(ам) и не обязательно отражают взгляды Карнеги, его сотрудников или попечителей.

  • Комментарий
    Carnegie Politika
    Заметки из Киева. Как Украина готовится к выборам

    Приближающаяся весенняя оттепель может временно облегчить ситуацию в украинской энергетике, но она же добавит интенсивности военной, дипломатической и внутриполитической борьбе.

      Балаш Ярабик

  • Комментарий
    Carnegie Politika
    Поставки перед войной. Поможет ли российское оружие Ирану

    Расширение военно-технического сотрудничества двух стран говорит о том, что у Москвы по-прежнему серьезные планы на иранском направлении. А это значит, что поставки российских вооружений Ирану не только не прекратятся, но и могут резко расшириться, если у России появится такая возможность.

      Никита Смагин

  • Комментарий
    Carnegie Politika
    Жемчужина и горе. Что стало с Одессой и ее жителями за четыре года войны

    Русская речь в Одессе по-прежнему звучит везде. Я встретил немало людей, на чистом русском языке проклинающих тех, кто двинул в Украину войска и уже четыре года отдает приказы ежедневно обстреливать ее города ракетами и дронами.

      • Vladimir Solovyov

      Владимир Соловьев

  • Комментарий
    Carnegie Politika
    В разных комнатах. Ведут ли переговоры к окончанию войны

    Путин тянет в ожидании прорыва на фронте или большой сделки, когда Трамп отдаст ему в обмен на уступки по Украине нечто большее, чем Украина. А если не отдаст, то конфликт можно вывести за рамки украинского, спрятав провал в новой эскалации.

      • Alexander Baunov

      Александр Баунов

  • Комментарий
    Carnegie Politika
    Без жестов для Киева. Почему отношение арабского мира к войне дрейфует в сторону России

    В декабре 2025 года в Генассамблее ООН ни одна арабская страна не проголосовала за резолюцию с осуждением российской агрессии. Показательное падение количества поддерживающих стран с 16 до нуля за четыре года.

      Руслан Сулейманов

Carnegie Endowment for International Peace
0