Сложно было бы придумать более неблагоприятные условия, чем те, в которых новое правительство Германии сейчас начинает выстраивать отношения с Россией. Всего через неделю после вступления в должность министра иностранных дел Анналена Бербок была вынуждена выдворить двух российских дипломатов после того, как немецкий суд признал агента ФСБ виновным в убийстве 2019 года в берлинском Тиргартене. Тем временем Олаф Шольц провел немалую часть своей первой недели в должности канцлера, обсуждая, как Европа должна реагировать на беспрецедентную концентрацию российских войск на границе Украины.

Нет ничего удивительного в том, что Москва испытывает преемника Меркель на прочность и проверяет готовность Евросоюза отстаивать свои позиции в странах Восточного соседства. Для российского руководства сейчас настал идеальный момент, чтобы отодвинуть ЕС на вторые роли в переговорах по европейской безопасности. Новая правящая коалиция в Берлине едва приступила к работе, Эммануэль Макрон готовится к весенним выборам, а США и Россия с недавних пор ведут прямые двусторонние переговоры по вопросам стратегической стабильности. Нормандский формат тоже получил серьезный удар, когда в ноябре российский МИД опубликовал конфиденциальную переписку с французским и немецким коллегами.

Российское руководство этой ситуацией активно пользуется. Москва требует прямых переговоров с Вашингтоном по европейской безопасности, потому что воспринимает как равноправного партнера только США и прекрасно понимает, что для американцев приоритет сейчас – это Китай.

Однако есть немало сомнений, насколько Россия действительно готова к переговорам. Уж слишком нереалистичными оказались некоторые требования по европейской безопасности, которые Москва опубликовала как предложения для обсуждения с Вашингтоном. Не внушает оптимизма и продолжающаяся активность российских войск на украинской границе. В таких условиях новому правительству Германии становится все труднее придерживаться традиционной для Берлина линии на взаимодействие с Россией – особенно если учесть, что само это правительство представляет собой коалицию трех партий, которые очень по-разному видят отношения с Москвой.

Германия всегда выступала за постоянное взаимодействие с Россией, хоть та и не раз пыталась дестабилизировать европейскую систему безопасности. В 2009 году предложения по европейской безопасности, выдвинутые Дмитрием Медведевым, были встречены скептически, но, несмотря на это, Ангела Меркель и ее советник по внешней политике Кристоф Хойсген выступили тогда с ответной Мезебергской инициативой. Позднее, когда дело дошло уже до сдерживания России, Германия настаивала на необходимости соблюдать существующие соглашения, например Основополагающий акт Россия – НАТО 1997 года, и предпочла разместить новые войска в восточных странах НАТО на ротационной, а не постоянной основе.

Такой подход беспокоил восточных соседей Германии, но предостережения, которые они высказывали до войны в Грузии 2008 года и украинского кризиса 2014 года, воспринимались в Берлине скорее как мрачные и безосновательные пророчества, пока не грянули события в Крыму и Донбассе. Больше Германия не повторит прежних ошибок и не станет недооценивать готовность России применять военную силу. Правда, включиться в активный диалог с Россией Германии теперь стало непросто – былых активных контактов между странами уже нет, и Москва не демонстрирует готовности вести с Берлином переговоры по европейской безопасности.

В то же время политика новой правящей коалиции Германии в отношении России пока еще только вырабатывается и по-прежнему отражает очень разные подходы входящих в правительство партий. На непростых межпартийных переговорах им удалось найти разумный баланс между нормативным подходом, которого придерживаются зеленые и в определенной степени свободные демократы, и свойственной социал-демократам ориентацией на взаимодействие с Москвой.

Если сравнивать нынешнюю правящую коалицию с предыдущими, то риторика в отношении России стала более жесткой. Также сохраняются некоторые различия между партиями: зеленые отдают приоритет правам человека и выступают против «Северного потока – 2», что плохо вяжется с позицией социал-демократов, которые апеллируют к восточной политике Вилли Брандта и поддерживают запуск газопровода. Дискуссионным остается и вопрос, какие меры в сфере безопасности следует предпринимать в отношении России. Например, лидер зеленых Роберт Хабек попал под сильную критику, когда предложил поставлять оборонительное оружие Украине.

С тех пор зеленые перешли на более центристские позиции по вопросам безопасности, но они по-прежнему скептически относятся к традиционной концепции сдерживания, в чем их поддерживает левое крыло социал-демократов. То, какие действия будут предприняты в отношении «Северного потока – 2» в случае возможного вторжения России на Украину, может стать непростым тестом для новой коалиции, которой предстоит доказать, что ее политика на российском направлении – это нечто большее, чем просто сумма позиций всех ее участников.

За последние два года Москва сумела укрепить свои позиции в Белоруссии и Закавказье и создала серьезную напряженность на европейском газовом рынке. Сейчас, в 30-ю годовщину распада Советского Союза, она пытается обосновать свои претензии на то, что Украина должна входить в ее сферу влияния. Новой правящей коалиции Германии придется адаптировать традиционный для страны курс на взаимодействие с Россией, чтобы дать достойный ответ на исходящие от нее военные угрозы.

Материал подготовлен в рамках проекта «Россия – ЕС: развивая диалог», реализуемого при поддержке Представительства ЕС в России