Carnegie Endowment for International PeaceCarnegie Endowment for International Peace
  • Пожертвовать
Сирийская развилка

Источник: Getty

Статья
Берлинский центр Карнеги

Сирийская развилка

События в Сирии могут развиваться в соответствии с двумя сценариями: либо оппозиция одержит военную победу, что приведет к жесточайшей резне, либо Башар Асад добровольно, хотя и вынужденно, уйдет с поста. В любом случае Асад проиграл.

Link Copied
Алексей Малашенко
31 мая 2012 г.
Российская Федерация включила Фонд Карнеги за международный мир в список «нежелательных организаций». Если вы находитесь на территории России, пожалуйста, не размещайте публично ссылку на эту статью.
Project hero Image

Проект

Евразия переходного периода

Читать

Создается впечатление, что, рассуждая о ситуации в Сирии, внешние игроки, во-первых, постоянно недоговаривают, а во-вторых, страшатся предсказывать, чем закончится тамошняя гражданская война. Кстати, от термина «гражданская война» также многие уходят. Вероятно, потому, что в гражданской войне не бывает только правых и только виноватых; ей присуща особая жестокость, а нести ответственность за гражданскую войну в чужой стране опасно и даже страшно.

Каковы перспективы развития ситуации в Сирии? Есть два варианта.

Первый. Военная победа оппозиции приведет к жесточайшей резне. Кого будут резать — понятно: сторонников Башара Асада. Это и собственно клан Асадов, и члены правящей партии БААС, и алавиты — шиитская секта, к которой принадлежит семья Асадов, и те военные, которые, храня верность нынешней власти, будут сражаться за нее до конца. В одних регионах и городах сторонников нынешней власти больше, в других — меньше. Где их больше, будет больше крови, где меньше — меньше.

Оппозиция послала президенту «черную метку», предъявив ультиматум, после которого она угрожает формально отказаться от перемирия, которое и так практически не соблюдается.

Второй вариант. Добровольный, хотя и вынужденный, уход Башара Асада. Если он не уйдет сам, его вынесут — см. вариант первый. Резня неизбежна и в этом случае, но она уже будет не столь массовой. Расправляться с противниками будут «точечно». Сначала многие будут по-майдан-тахрировски радоваться — время мести и сведения счетов наступит потом. И тут свое веское слово обязаны сказать «друзья Сирии»: они должны будут уже не столько поддерживать оппозицию, сколько сдерживать ее. Это будет очень нелегко.

Куда деваться Асаду? Лучше всего — в Москву. Во-первых, здесь он будет в целости и сохранности, а во-вторых, приняв его, Россия сохранит лицо: «своих друзей мы не сдаем». Безусловно, это у многих вызовет недовольство и испортит отношения РФ с новым сирийским режимом. Но эти отношения испорчены априори — и надолго. Так что лучше быть последовательными до конца. Уважать больше будут.

Бывает, случаются и чудеса. Например, Кремль добивается реальных уступок от Дамаска, а остальные члены международного сообщества «жмут» на оппозицию, делая ее менее яростной и более конструктивной. В этом случае появится некое коалиционное руководство — разумеется, временное и переходное. В такое чудо со счастливым концом, однако, давно не верят ни в Вашингтоне, ни в Европе, ни в арабских столицах. Вероятно, что в это перестают верить и в Москве.

Башар Асад уже проиграл. Это понятно. Причем проиграл без всякого иностранного военного вмешательства. Если оно и случится, то лишь затянет гражданскую войну. Сирия — не Ливия.

О авторе

Алексей Малашенко

Бывший консультант программы «Религия, общество и безопасность»

Malashenko is a former chair of the Carnegie Moscow Center’s Religion, Society, and Security Program.

    Недавние работы

  • В прессе
    Трения или столкновение?

      Алексей Малашенко

  • В прессе
    ИГ в 2017 году полностью не исчезнет

      Алексей Малашенко

Алексей Малашенко
Бывший консультант программы «Религия, общество и безопасность»
Алексей Малашенко
ЛевантСирияБлижний ВостокПолитические реформыБезопасностьПродвижение демократии

Карнеги не занимает институциональных позиций по вопросам государственной политики; изложенные здесь взгляды принадлежат автору(ам) и не обязательно отражают взгляды Карнеги, его сотрудников или попечителей.

  • Комментарий
    Carnegie Politika
    Третья война. Что означает для России столкновение Афганистана и Пакистана

    Вооруженный конфликт между двумя странами Глобального Юга ставит под сомнение усилия Москвы сформировать новые международные платформы, способные стать альтернативой западноцентричному миропорядку.

      Руслан Сулейманов

  • Комментарий
    Carnegie Politika
    Уход патриарха. Что принесет смена главы церкви Грузии

    В отличие от дипломатичного Илии II, Шио склонен к резкой антизападной риторике и часто подчеркивает деструктивность «либеральных идеологий» для Грузии. Это вызывает опасения, что при нем церковь может утратить свою объединяющую роль, став инструментом ультраправой политики.


      Башир Китачаев

  • Комментарий
    Carnegie Politika
    Изменить, чтобы законсервировать. Зачем Токаев опять переписывает Конституцию

    Новая Конституция — это воплощение страхов правящей группы и попытка законсервировать устраивающий ее порядок, прежде чем обстоятельства кардинальным образом изменятся.

      Серик Бейсембаев

  • Брошюра
    Стратегические направления для построения устойчивого мира между Арменией и Азербайджаном

    Официальное мирное соглашение между Арменией и Азербайджаном само по себе не способно преодолеть десятилетия взаимного недоверия. Прочность мира будет зависеть от залечивания полученных травм, переосмысления идентичностей, диверсификации нарративов и того, почувствуют ли обычные граждане ощутимые улучшения в своей повседневной жизни.

      Заур Шириев, Филип Гамагелян

  • Комментарий
    Carnegie Politika
    Что взамен. Почему Казахстан стал выдавать политических активистов

    Защита активистов из других авторитарных стран больше не приносит Астане дивидендов на Западе, зато раздражает соседей. Причем договариваться с последними гораздо проще.

      Темур Умаров

Carnegie Endowment for International Peace
0