Долгое время Израиль оставался одним из главных партнеров России на Ближнем Востоке. Но война в Газе и сближение Москвы с ХАМАС все поменяло: двусторонние отношения переживают самый тяжелый кризис за последние годы. Москва все больше сближается с Ираном и его союзниками, что лишает ее возможности претендовать на роль нейтрального посредника на Ближнем Востоке. Вместе с этим сокращается и ее влияние в регионе.

Особая дружба

Отношения Москвы с Тель-Авивом не раз бросало в разные стороны. Во время шестидневной войны 1967 года СССР, тогдашний союзник арабских стран, почти на четверть века разорвал отношения с Израилем. Но на рубеже веков двусторонние связи стали быстро улучшаться. Максимально сблизились Россия и Израиль в последние десять лет, при премьере Беньямине Нетаньяху, который прямо называл себя другом Владимира Путина.

В 2019 году Нетаньяху даже начал предвыборную кампанию с билбордов, на которых пожимал руку Путину. Тем самым он как бы показывал, что стоит на одном уровне с российским президентом, которого в Израиле многие считают лидером великой державы.

Цель была ясна: убедить избирателей в том, что личные связи Нетаньяху с Москвой позволят обеспечить безопасность Израиля, что было особенно актуально на фоне начавшейся в 2015 году российской интервенции в Сирии. Долгое время Нетаньяху уверял, что именно его «личная дружба» с Путиным удерживает Россию от активной поддержки Ирана, а также обеспечивает невмешательство Москвы во время израильских ударов по иранским объектам в Сирии.

Все это привело к тому, что Израиль, в отличие от других стран Запада, не изменил своего подхода к отношениям с Россией даже после вторжения российской армии в Украину. Он не стал вводить санкции, а также, несмотря на неоднократные просьбы Киева, воздержался от поставок оружия украинской армии. Более того, когда речь заходила об ударах по Украине, Нетаньяху и его кабинет избегали прямо обвинять в этом Россию. Израиль не только отказывался рвать налаженные связи с Москвой, но во втором полугодии 2023-го даже пошел на расширение сотрудничества: были подписаны новые двусторонние соглашения о взаимодействии в наименее чувствительных областях (например, в культурной сфере).

Израиль оказался одним из немногих союзников США, готовых продолжать дипломатическое и экономическое взаимодействие с Россией. И это заметно смягчило для нее негативные последствия западных санкций. Например, после их введения Израиль превратился в крупнейшего импортера русской водки. Российские компании вроде «Яндекса» расширили свою деятельность в Тель-Авиве. А некоторые высокопоставленные россияне оформили израильские документы и стали ездить по ним в Европу.

Сближение с Израилем было важно и для России, которая после начала интервенции в Сирию пыталась развивать отношения со всеми ближневосточными силами. Несмотря на ряд напряженных моментов (вроде эпизода с российским самолетом, сбитым сирийским ПВО в 2018 году во время израильских ударов), Москва проявляла осторожность и одновременно поддерживала диалог как с Израилем, так и с его противниками — Ираном, ХАМАС, «Хезболлой» и Сирией. Такой подход позволил России заработать себе статус влиятельной державы и важного посредника на Ближнем Востоке.

К давним связям России с Ираном — своим противником и спонсором ХАМАС — Израиль относился сдержанно. Однако нападение на израильскую территорию 7 октября — самое кровавое в истории страны — все изменило. Реакция еврейского государства была однозначной: явная поддержка Москвой ХАМАС в такой ситуации — это слишком. После визита представителей палестинского движения в Москву израильские силовики поставили Россию в один ряд с экзистенциальными врагами Израиля вроде Ирана и «Хезболлы». Россия сейчас поддерживает ХАМАС по большей части лишь на уровне риторики, но это не мешает Израилю считать Москву союзником палестинских боевиков. 

Цена охлаждения

Россия действительно вошла в ряды самых активных критиков действий Израиля в Газе. Например, постпред РФ при ООН Василий Небензя называл Израиль оккупантом и ставил под сомнение его право на самооборону. В свою очередь израильский постпред Гилад Эрдан обвинил Москву в том, что она воспользовалась нападением ХАМАС в собственных корыстных целях — попыталась «отвлечь внимание мира» от своего вторжения в Украину. При этом дипломат назвал Россию «последней страной», которая имеет право учить Израиль морали.

Одновременно Израиль стал активно сближаться с США и Западом в целом. А значит, все больше отдаляться от России. И это серьезный пересмотр внешнеполитического курса. В последние годы Нетаньяху пытался представить Израиль самостоятельной державой, а себя — лидером, который одновременно может сохранять хорошие контакты с коллегами из США, Китая, Индии и России. Но нынешняя поддержка со стороны Джо Байдена и европейских лидеров все больше убеждает израильтян в том, что по-настоящему полагаться они могут только на Запад.

Теперь Израиль всячески старается избегать разногласий с США и Западом в целом, чтобы не лишиться их поддержки в Газе. Например, неслучайно 16 ноября израильские банки прислушались к рекомендациям ЕС и ввели ограничения в отношении счетов, открытых россиянами.

Вместе с тем Израиль пока не пересматривает политику в отношении Украины. По-прежнему нет разговоров ни о поставках ей оружия, ни о введении санкций против России. Во-первых, вряд ли у израильтян будет большое желание оказывать кому-то военную помощь, пока они сами ведут войну. Во-вторых, руководство страны не хочет полностью прекращать диалог с Москвой, поскольку она в ответ может нарастить помощь противникам.

В свою очередь Россия тоже не торопится поставлять противникам Израиля наступательные виды вооружений. Конечно, не факт, что у нее сейчас есть такие возможности. Но в любом случае Москва прекрасно понимает, что подобный шаг станет точкой невозврата в отношениях с Израилем. Хотя сближение России с тем же Ираном, который поставляет российской армии беспилотники и другое оружие, очевидно.

В общем, двусторонние связи России и Израиля пока не разорваны. Но резкое охлаждение между ними может привести к непредсказуемым последствиям. Взять хотя бы то, что Израиль уже перестал предупреждать Москву перед нанесением авиаударов в Сирии. Это резко увеличивает риск непреднамеренного столкновения между двумя странами.

Еще одно последствие: на многолетних попытках России выступать в роли посредника на Ближнем Востоке можно поставить крест. С начала войны в Газе Нетаньяху всего один раз поговорил по телефону с Путиным. Это явный признак того, что Москва в этом конфликте не рассматривается в качестве значимой стороны.

Показательно и то, что ранее Москва сократила свое военное присутствие в регионе (читай: в Сирии) и не стала наращивать его после начала эскалации в Газе. А вот США, напротив, отправили в Восточное Средиземноморье два авианосца.

Разумеется, влияние России в регионе не ограничивается связями с Израилем. Но напряженность в двусторонних отношениях лишь подчеркивает то, что Москва все больше теряет позиции на Ближнем Востоке. Уж слишком она поглощена войной в Украине, которая вынуждает ее отказываться от преимуществ былого нейтралитета.