{
"authors": [
"Алина Гарбузняк",
"Алексей Малашенко"
],
"type": "legacyinthemedia",
"centerAffiliationAll": "dc",
"centers": [
"Carnegie Endowment for International Peace",
"Берлинский центр Карнеги"
],
"collections": [],
"englishNewsletterAll": "ctw",
"nonEnglishNewsletterAll": "",
"primaryCenter": "Берлинский центр Карнеги",
"programAffiliation": "russia",
"programs": [
"Russia and Eurasia"
],
"projects": [],
"regions": [
"Россия и Кавказ",
"Россия"
],
"topics": [
"Политические реформы",
"Внутренняя политика России"
]
}
Источник: Getty
Алексею Кудрину прочат место во главе оппозиционной правой партии, которая, видимо, будет создана. Кудрин — чуть ли не единственный, кто может ее возглавить, и его будет трудно скинуть. Конечно, эта партия будет не полностью самостоятельной, но она будет серьезнее прохоровской.
Источник: Московские новости
Эксперт Московского Центра Карнеги Алексей Малашенко:
Я думаю, что создание такой партии просто неизбежно, если она не будет создана, все покатится неизвестно куда. Сейчас вопрос в том, насколько эта партия будет контролируема. Кудрин — это не тот человек, которым можно манипулировать, что он доказал, будучи министром финансов. То, что создание партии поддержал Сурков, это, в общем, от отчаяния, я бы так сказал.
Скорее всего, партия будет создана, но это будет очень болезненный процесс. Кудрин разделит элиту: кто-то будет за него, безусловно, потому что это блестящий финансист. А кто-то будет категорически против, потому что он наступит им на горло — мы знаем, как он ведет себя по отношению к бюджету.
С моей точки зрения, на сегодняшний день Кудрин чуть ли не единственный человек, кто может возглавить эту партию. И шею ему просто так не свернешь. Партия будет не полностью самостоятельной, это совершенно очевидно, но это и не будет прохоровское гульбище, она будет серьезнее.
Это будет тот редкий случай, когда у партии будет реальная программа, а не популизм. На это потребуется время. Все, что сейчас происходит, идет под «крышей» президентских выборов. Это создает ненормальную обстановку. Непросто что-то создать на фоне ожиданий того, как будут голосовать за Путина. На сегодняшний день общая задача всей этой конторы, нашего политического класса, это сохранить Путина. Если появляется человек, подобный Кудрину, это ставит какие-то проблемы. Потому что он станет критиковать того же Путина и критиковать очень весомо и профессионально.
Кудрин — человек реформаторского толка, у него есть какие-то пункты, следуя которым можно улучшить экономическое положение России. Но у него один «минус»: он не тянет на харизму: у него тихий голос, он носит очки.
Создание партии во главе с Кудриным будет концом для Медведева. Очень возможно, что Кудрин станет премьером, но не сразу. Думаю, правая партия может быть создана намного раньше, чем мы думаем. Если это будет повтор Прохорова, Кудрин на это не пойдет, если это будет что-то иное, то очень многие вокруг Путина испугаются.
Алина Гарбузняк
Бывший консультант программы «Религия, общество и безопасность»
Malashenko is a former chair of the Carnegie Moscow Center’s Religion, Society, and Security Program.
Карнеги не занимает институциональных позиций по вопросам государственной политики; изложенные здесь взгляды принадлежат автору(ам) и не обязательно отражают взгляды Карнеги, его сотрудников или попечителей.
При значительном дефиците предложения бензина единственный механизм, приводящий рынок в равновесие, — это разрушение спроса и уменьшение автомобильного трафика. То есть масштабы снижения российской нефтепереработки можно оценить на основе того, насколько меньше россияне стали ездить на автомобилях.
Сергей Вакуленко
Путин пригодился бы партии власти как ее покровитель, который находится где-то далеко от выборов и не привлекает к агитации излишнего внимания. Но как активный фронтмен, навязывающий обществу свои взгляды, он оказался вреден и для «Единой России», и для правящей системы в целом.
Андрей Перцев
Основной риск не в том, что оставшийся без привычного представительства русскоязычный избиратель автоматически становится пророссийским. Важно, что политический вакуум повышает привлекательность тех, кто предлагает альтернативные способы быть услышанными: российских пропагандистских СМИ, псевдоправозащитных организаций, спецслужб.
Сергей Потапкин
Эмигрантские раздоры и нападки на Горького встречались в высших московских кабинетах улыбками одобрения: все было на правильном пути, Буревестник в меру запачкан, окольцован и отлучен от враждебной кормушки.
Иван Толстой
В ретроспективе 1989 год оказывается не совсем тем поворотным пунктом, каким мы его считали.
Сергей Радченко