{
"authors": [
"Yezid Sayigh"
],
"type": "other",
"centerAffiliationAll": "",
"centers": [
"Carnegie Endowment for International Peace",
"Malcolm H. Kerr Carnegie Middle East Center",
"Берлинский центр Карнеги"
],
"collections": [
"Civil-Military Relations in Arab States"
],
"englishNewsletterAll": "",
"nonEnglishNewsletterAll": "",
"primaryCenter": "Malcolm H. Kerr Carnegie Middle East Center",
"programAffiliation": "",
"programs": [
"Middle East"
],
"projects": [],
"regions": [
"Левант",
"Сирия",
"Ближний Восток",
"Россия"
],
"topics": [
"Внешняя политика США"
]
}
В своем стремлении реструктурировать и реформировать сирийские вооруженные силы Россию ждет немало трудностей. Именно в создании сильной сирийской армии она видит ключ к сдерживанию иранского влияния, завершению своего военного участия в конфликте и окончанию гражданской войны на условиях, благоприятных для режима Асада.
Как это часто случается при вмешательстве великих держав в вооруженные конфликты государств-клиентов, российские ожидания в Сирии оправдались не полностью. Уроки, которые извлекла Россия, — позитивные и негативные — говорят о сложности ситуации и постоянно меняющемся характере современной войны. Официальной информации о планах российского руководства немного, но о том, что известно о поддержке Россией Сирийской Арабской Армии, читайте в материалах нашего проекта.
Сирийская головоломка: что подрывает военные реформы, проводимые Россией, Йезид Сайих
Россия и военная реформа в Сирии: планы и реальность, Алексей Хлебников
Роль России в реформировании сирийских спецслужб, Кирилл Семенов
Карнеги не занимает институциональных позиций по вопросам государственной политики; изложенные здесь взгляды принадлежат автору(ам) и не обязательно отражают взгляды Карнеги, его сотрудников или попечителей.
В Москве привыкли, что важнейшим активом России стала не военная мощь сама по себе, а приложенная к ней непредсказуемость: готовность вести себя вызывающе, рисковать, нарушать правила. Но неожиданно для себя Россия перестала быть лидирующим разрушителем, а ее козырные свойства перехватил в лице Трампа глобальный игрок с превосходящими амбициями и возможностями.
Александр Баунов
Сама дискуссия о возобновлении транзита белорусских удобрений отражает кризис санкционной политики, когда инструменты давления перестают соответствовать заявленным целям. Все явственнее звучит вопрос о том, почему меры, принятые для ослабления режима Лукашенко, в итоге укрепляют позиции Кремля.
Денис Кишиневский
В рациональную логику не вписывается упорное нежелание Путина обменять мечты о небольших территориях, не обладающих экономической ценностью, на внушительные дивиденды, которые сулит сделка с Трампом. Но нелепым это выглядит для всех, кроме самого российского лидера: он занят тем, что пишет главу о себе в учебнике истории.
Андрей Перцев
Просто делаешь что должно и не предаешь своих убеждений. Автор фильма о Павле Кушнире — о попытке преодолеть его одиночество посмертно.
Сергей Ерженков
Опираясь на собственный богатый опыт безнаказанности зла, Россия выступает как разрушитель глобальной этической нормы. Теперь у неё появились единомышленники.
Александр Баунов